https://anarchy.mybb.social/ Форум единого анархиста ru-ru Mon, 11 May 2026 16:36:34 +0300 MyBB/mybb.ru https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=343#p343 <p><strong>Великое горное царство — Зомия, или Пограничные территории материковой Юго-Восточной Азии</strong></p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">Свернутый текст</div><blockquote><p>Один из крупнейших, если не самый большой оставшийся на земле безгосударственный регион — это обширное высокогорное пространство, которое называется по-разному на равнинной части Юго-Восточной Азии, но в последнее время — Зомией.<br />Эта огромная горная область на границах материковой Юго-Восточной Азии, Китая, Индии и Бангладеш простирается примерно на 2,5 миллиона квадратных километров, занимая площадь, практически равную Европе. Вот как один из первых ученых, выбравших это пространство и населяющие его народы как объект изучения, Жан Мишо, оценил его масштабы: «С севера на юг оно охватывает южные и западные границы провинции Сычуань, полностью Гуйчжоу и Юньнань, западные и северные земли провинции Гуанси, западную часть провинции Гуандун, б&#243;льшую часть северной Бирмы с соседней территорией самой [северо]-восточной Индии, север и запад Таиланда, практически весь Лаос выше долины реки Меконг, северный и центральный Вьетнам вдоль исторической области Аннамских гор, север и восточные рубежи Камбоджи».<br />По самым приблизительным подсчетам населяющие Зомию меньшинства насчитывают от восьмидесяти до ста миллионов человек. Эти народности состоят из сотен этнических подгрупп и используют наречия по крайней мере пяти языковых групп, которые не поддаются какой-либо классификации.<br />Будучи расположена на высоте от двухсот-трехсот метров до более чем четырех тысяч метров над уровнем моря, Зомия могла бы восприниматься как Аппалачи Юго-Восточной Азии, если бы не тот факт, что она охватывает территорию восьми национальных государств. Поэтому лучшей аналогией является Швейцария — горная периферия Германии, Франции и Италии, ставшая самостоятельным государством. Заимствуя удачную характеристику Эрнеста Геллнера, данную им берберам Высокого Атласа, можно назвать Зомию, эту широко раскинувшуюся горную территорию, «огромной Швейцарией, только без часов с кукушкой». Впрочем, эти высоко расположенные территории не формируют горную страну, поскольку здесь много болот, да и расположены они слишком далеко от основных городских центров соответствующих национальных государств. Практически во всех возможных смыслах Зомия — маргинал: она географически далека от очагов экономической деятельности, формирует своеобразную контактную зону восьми национальных государств и целого ряда традиций и космологий.<br />Научные школы, исторически возникавшие в первых классических государствах, в их культурных центрах и, даже чаще, в национальных государствах, к сожалению, используют неадекватную оптику для изучения этого высокогорного пояса в качестве некоей целостности. Виллем ван Шендель — один из немногих ученых, кто впервые убедительно обосновал необходимость рассматривать эту совокупность «осколков» национальных государств как особый регион. Он пошел даже дальше и дал этой «осколочной» зоне собственное благородное имя — Зомия: этот термин привычен горцам, которые говорят на близких тибетских и бирманских языках на пограничных территориях между Индией, Бангладеш и Бирмой. Собственно Зо означает «отдаленный» и потому несет в себе коннотацию жизни в горах; Ми — «люди». Практически по всей Юго-Восточной Азии сочетания Ми-зо и Зо-ми обычно используются для обозначения жителей удаленных горных районов, хотя в то же время это устойчивое этническое название географической области. Ван Шендель смело предлагает растянуть границы Зомии до Афганистана и да же дальше; я все же буду использовать этот термин для обозначения более восточных горных территорий, начиная с горный районов Нага и Мизо на севере Индии и Читтагонгского горного района в Бангладеш.<br />На первый взгляд Зомия кажется неподходящим кандидатом на звание отдельного региона. Для того чтобы некоторая географическая область могла называться регионом, она должна обладать значимыми культурными чертами, явно отличающими ее от соседних территорий. Например, подобным образом Фернан Бродель обосновал свое утверждение, что населяющие побережья Средиземного моря сообщества составляют особый регион, поскольку между ними существуют длительные и интенсивные коммерческие и культурные связи. Несмотря на глубочайшие политические и религиозные противоречия между Венецией и Стамбулом, они всегда были неотъемлемой частью легко опознаваемого мира постоянных обменов и взаимного влияния. Энтони Рид высказал схожее, но по многим параметрам куда более сильное предположение относительно прибрежных территорий Зондского шельфа в морской Юго-Восточной Азии, где осуществлять торговлю и миграцию было куда проще, чем в Средиземноморье. Принцип формирования региона во всех случаях схож: в досовременном мире вода, особенно если она была спокойной, объединяла людей, тогда как горы, особенно если они были высоки и скалисты, — разобщали. Уже к 1740 году морское путешествие от Саутгемптона до мыса Доброй Надежды занимало не больше времени, чем поездка на дилижансе из Лондона до Эдинбурга.<br />На этом основании следует считать Зомию скорее «негативным» регионом, поскольку разнообразие, а не однородность — ее отличительное свойство. На площади в сотню километров в здешних горах можно обнаружить большее культурное многообразие — языков, видов одежды и поселений, этнических идентичностей, экономических занятий и религиозных практик, — чем где-либо в долинах рек. Наверное, Зомия не может похвастаться тем безмерным культурным разнообразием, коим обладает почти калейдоскопичная Новая Гвинея, но и здесь крайне сложная этническая и лингвистическая мозаика ставила в тупик этнографов и историков, не говоря уже о претендентах на статус правителей. Научные исследования этой территории оказались столь же фрагментарными и автономными, как и она сама.<br />Я глубоко убежден не только в том, что Зомия — регион в полном смысле этого слова, но и в том, что невозможно сконструировать сколь-либо удовлетворительную модель становления равнинных государств, не понимая, насколько важную роль в их возникновении и распаде сыграла Зомия. Я считаю, что диалектические и симбиотические отношения гор и равнин, как антагонистических, но одновременно тесно взаимосвязанных пространств, должны быть исходной посылкой любых научных гипотез исторического развития Юго-Восточной Азии.<br />Бо&#769;льшая часть физически и социально обжитых горных пространств внятно отличается от куда более плотно заселенных городских центров в долинах. Жители гор значительно более рассеяны и разнятся в культурном отношении. Такое впечатление, что сложные географические условия и относительная изоляция в течение веков стимулировали нарастание здесь «спецификации» языков, диалектов, одежды и культурных практик. Относительная доступность лесных ресурсов и земли на крутых склонах также способствовала большей дифференциации хозяйственных практик, чем это было возможно в долинах, где в ос нов ном безраздельно доминировало поливное рисоводство. Подсечно-огневое земледелие (или палевое, «огневое»), требующее больше территорий для постоянного выжигания все новых лесов под поля и иногда перемещений поселений, куда больше распространено в горных районах.<br />В целом социальная структура здесь более подвижна и эгалитарна, чем в иерархических равнинных обществах с кодифицированными системами права. Гибридные идентичности, территориальные перемещения и социальная подвижность — типичные характеристики жителей приграничных районов. Первые колониальные чиновники, проводя инвентаризацию своих новых владений, были удивлены, обнаружив деревни, в которых бок о бок проживали несколько «народностей»: на селение горных деревень говорило на трех-четырех языках, этническая идентичность отдельных членов или групп могла существенно варьировать, иногда даже в рамках одного поколения. Стремясь составить реестр населения по модели классификации растительного и животного мира Линнея, колониальные чиновники постоянно впадали в отчаяние, сталкиваясь с поразительной текучестью населения, которое просто отказывалось жить на одном месте. Тем не менее нашелся единственный поселенческий принцип, который смог внести хоть какой-то порядок в эту, казалось бы, полную анархию идентичностей, — высотность проживания. Как первым заметил Эдмунд Лич, если смотреть на Зомию не с высоты воздушного шара, а в горизонтальной плоскости, как бы прочерчивая топографический профиль территории, то ее упорядоченность становится очевидна. В любом ландшафте каждая конкретная группа обычно селится в достаточно ограниченном диапазоне высот, чтобы использовать агроэкономические возможности своей экологической ниши. Так, например, народность хмонг предпочитает селиться очень высоко (между восемьюстами и тысячей метров над уровнем моря) и выращивает кукурузу, опий и просо, которые бурно разрастаются на этих высотах. Если с воздушного шара или же на карте поселения хмонгов выглядят как случайная россыпь мельчайших точек, то только потому что эта народность целенаправленно селится только на вершинах гор, оставляя склоны и межгорные долины другим группам.<br />Расселение в горах в четком соответствии с высотностью над уровнем моря и экологическими нишами влечет за собой территориальное рассеяние. Однако дальние перемещения, брачные союзы, схожие хозяйственные практики и культурная преемственность способствуют формированию схожих идентичностей на огромных территориях. Народность акха, проживающая вдоль границы провинции Юньнань и Таиланда, и народность хани, населяющая верховья Красной реки во Вьетнаме, — очевидно похожие культуры, хотя и разделенные более чем тысячей километров. Обычно горные народности более схожи друг с другом, чем какая бы то ни было из них с равнинными группами, проживающими не далее тридцати-сорока миль от них. Таким образом, Зомия существует как регион не благо даря политическому единству, которого здесь просто нет, но вследствие аналогичности разнообразных горных сельскохозяйственных практик, моделей расселения и мобильности, принципов грубого эгалитаризма, который, что неслучайно, приписывает женщинам несколько более высокий статус, чем достался жительницам долин.<br />Ярчайшая отличительная черта Зомии в сопоставлении с низменными регионами, с которыми она граничит, — ее относительная безгосударственность. Конечно, в исторической перспективе в горах возникали государства — эта возможность гарантировалась достаточно плодородными плато и/или же расположением на пересечении важных сухопутных торговых путей. Наньчжао, Кенгтунг, Нан и Ланна — самые известные из них — исключения, подтверждающие правило. Хотя проекты государственного строительства в изобилии возникали в горных районах, справедливости ради надо отметить, что лишь небольшая их часть смогла осуществиться. Претенденты на звание царств, которым удавалось сломить сопротивление объективных обстоятельств, сохраняли свои позиции лишь на очень короткий и заполненный бесконечными кризисами период времени.<br />Но если отставить в сторону эти немногочисленные случаи возникновения государств, горы, в отличие от долин, не платили налоги монархам и десятины каким-либо устойчивым религиозным институтам. Здешние жители представляли собой сообщества относительно свободных, обходившихся без государства животноводов и горных фермеров. Положение Зомии на границах центров равнинных государств определило ее своеобразную изоляцию и, соответственно, автономию, которой подобная изоляция способствует. Само размещение Зомии в буферной зоне на границах множества конкурирующих и примыкающих друг к другу суверенных государств предоставляло населяющим ее народам определенные преимущества в занятиях контрабандой, производстве опия и создании «мелких пограничных держав», с трудом балансирующих на грани утраты тяжело выторгованной квазинезависимости.<br />Более убедительное и, я думаю, корректное политическое описание Зомии состоит в том, что горные народы активно сопротивлялись поглощению классическими, колониальными и независимыми национальными государствами. Помимо использования преимуществ своей географической изоляции от центральных районов суверенных держав, бо&#769;льшая часть Зомии «противостояла проектам национального и государственного строительства тех стран, на территории которых находилась». Это сопротивление стало особенно явным после получения многими государствами независимости после Второй мировой войны — Зомия стала ареной сепаратистских восстаний, борьбы за права коренных народов, милленаристских движений, региональных конфликтов и вооруженного противостояния равнинным государствам. Однако истоки этих протестов схожи: в доколониальную эпоху сопротивление, по сути, было культурно детерминированным отказом от жизненных практик долин и выражалось в бегстве из государств в горы в поисках прибежища.<br />В колониальный период политическая и культурная автономия горных районов поддерживалась европейцами, которые воспринимали местный сепаратизм как малозначимую для себя проблему по сравнению с сопротивлением большинства равнинных жителей колониальным порядкам. Одним из результатов классической политики «разделяй и властвуй» стало то, что, за редкими исключениями, горные народы играли незначительную роль или вообще не участвовали в антиколониальных восстаниях (а иногда выступали на стороне колониальных властей). В лучшем случае они оставались в маргинальной позиции по отношению к национально-освободительным нарративам, в худшем — считались пятой колонной, угрожающей национальной независимости. Отчасти по этой причине постколониальные равнинные государства стремились установить полный контроль за горными территориями, используя для этого методы воен ной оккупации, проводя кампании против подсечно-огневого земледелия, основывая поселения, стимулируя миграцию горожан в горные районы, насаждая религиозные практики, побеждая пространство строительством дорог, мостов и телефонных линий, претворяя в жизнь программы развития, в ходе которых в горах вводились равнинные модели административного управления и культурные стили жизни.<br />Но горы — не только пространство политического сопротивления, но и зона культурного протеста. Если бы дело было только в политике и власти, то, скорее всего, горные сообщества походили бы на равнинные государства в культурном отношении, отличаясь от них лишь высотностью и рассеянностью расселения, обусловленными географическими факторами. Однако нельзя сказать, что в целом жители гор похожи на население равнин с точки зрения культурных, религиозных и лингвистических практик. Социокультурная пропасть между горами и долинами до самого недавнего времени воспринималась в Европе как некая историческая константа. Фернан Вродель признавал политическую независимость гор и одобрительно цитировал высказывание барона де Тотта о том, что «самые скалистые горы всегда были прибежищем свободы». Но он пошел еще дальше, предположив наличие непреодолимого культурного разрыва между долинами и горами: «Горы, как правило, представляют собой мир, удаленный от цивилизации, детища городов и низменностей. Жители гор в большинстве случаев остаются на обочине великих цивилизационных движений, бывают не затронуты их медленным распространением. Обладая хорошей способностью к расширению по горизонтальной плоскости, эти движения оказываются бессильными перед препятствиями в несколько сотен метров, мешающими им подниматься по вертикали». По сути, Вродель воспроизводит идею, высказанную столетия назад, в XIV веке, великим арабским философом Ибн Хальдуном, заметившим, что «арабы могут установить контроль только на равнинной территории» и не преследуют племена, которые скрываются в горах. Сравните смелое утверждение Вроделя о том, что цивилизации не могут подняться в горы, с почти идентичным высказыванием Оливера Уолтерса о доколониальной Юго-Восточной Азии, в котором он процитировал слова Пола Уитли: «Многие люди жили на отдаленных высокогорьях и были вне досягаемости городских центров, где сохранились записи.<br />Мандалы [судебные центры цивилизаций и власти] — феномен равнин, и даже здесь географические условия способствовали неуправляемости. Пол Уитли верно заметил, что „санскрит перестает звучать уже через 500 метров от них“».<br />Исследователи Юго-Восточной Азии не перестают поражаться тому, сколь жесткие ограничения накладывает география, особенно высота над уровнем моря, на культурное и политическое влияние. Пол Мае, изучая Вьетнам и вторя Уитли, заметил по поводу распространения вьетнамского языка и культуры, что «это этническое приключение заканчивается у подножия горных хребтов страны». Оуэн Латтимор, широко известный прежде всего своими исследованиями северных границ Китая, также отметил, что индийская и китайская цивилизации, в соответствии с высказыванием Вроделя, хорошо перемещались по равнинам, но быстро выдыхались, как только сталкивались со скалистыми горами: «Подобная стратификация пространства характерна не только для Китая, она переходит его границы, проникая на полуостров Индокитай, в Таиланд и Бирму, — влияние великих древних цивилизаций распространяется безмерно далеко на низменностях, где возникают очаги сельского хозяйства и большие города, но заканчивается перед высотами».<br />Хотя Зомия исключительно разнообразна в лингвистическом плане, как правило, языки, на которых говорят в горах, явно отличаются от используемых в долинах. Структуры родства, по крайней мере формальные, также различны в горах и на равнинах. Отчасти это объясняет идея Эдмунда Лича, который охарактеризовал горные народы как наследующие «китайской модели», а равнинные общества — как последователей «индийской» или санскритской традиции.<br />Горные сообщества, как правило, во всем отличны от равнинных: первые склоняются к анимизму или, в XX веке, к христианству, но не к «великим традиционным» религиям спасения, которые исповедуют жители равнин (в частности буддизм или ислам). Даже если, что иногда случается, горные народы принимают «мировую религию» своих равнинных соседей, они делают это с той степенью нетрадиционности и таким милленаристским пылом, которые скорее пугают, чем внушают доверие элитам равнинных государств. Горные жители производят излишки, но не используют их в интересах царей и монахов. Отсутствие крупных, устойчивых, поглощающих излишки производственной деятельности религиозных и политических структур обусловливает возникновение в горных районах социальной пирамиды, которая, в отличие от стратификационных моделей равнинных обществ, имеет мало уровней и локально детерминирована. Статусные различия и маркеры достатка весьма разнообразны и в горных, и в равнинных районах — различие в том, что во втором случае они имеют надлокальный и устойчивый характер, тогда как в горах они одновременно нестабильны и географически локализованы.<br />Эта характеристика, конечно, не раскрывает разнообразия политических практик в горных сообществах. Подобная вариативность ни в коем случае не является лишь функцией «этничности», хотя некоторые горные народности, например лаху, хму и акха, исключительно эгалитарны и децентрализованны. Однако повсеместно встречаются группы, на которые такое обобщение не распространяется. Окажем, среди народностей карен, качин, чин, хмонг, яо/мьен и ва встречаются как относительно иерархизированные подгруппы, так и децентрализованные, эгалитарные. Что удивительно и важно, так это то, что уровень иерархичности и степень централизации исторически изменчивы. Насколько я понимаю, вариативность существенно зависит от стремления имитировать процессы государственного строительства. Иными словами, либо речь идет о некотором кратковременном военном союзе, либо о каком-то типе «грабительского капитализма», основанном на захвате рабов и сборе дани с жителей равнин. Горные народы вполне могли выстраивать взаимовыгодные отношения с равнинными царствами, что совершенно не означало их политического поглощения или подчиненного положения, — они могли руководствоваться соображениями выгоды в случае контроля прибыльного торгового пути или охраны удобного выхода на ценные рынки. Политические структуры горных сообществ, за редчайшими исключениями, были имитационными в том смысле, что могли использовать внешнюю атрибутику и дискурс монархии, но не ее сущностные практики — налогообложение и прямой контроль за всем и вся, не говоря уже о постоянной армии. Горные государственные формы — это почти всегда редистрибутивные отношения с системой состязательных пиршеств, и поддерживаются они лишь из соображений доступной таким образом выгоды. Если иногда они и казались относительно централизованными, то, по мнению Варфилда, лишь потому что изображали «теневые империи» кочевых скотоводов, которые хищная периферия создавала, чтобы монополизировать преимущества торговли и набегов на окраинах равнинных государств. Горные государственные формы обычно еще и паразитичны в том смысле, что разрушались сразу после того, как вскормившая их империя распадалась .</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Mon, 11 May 2026 16:36:34 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=343#p343 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=342#p342 <p>Автоматические Удовлетворители - Утренничек</p> <p><a href="https://youtu.be/gI4-zdTouwk?si=srUEtDN684xtmwid" rel="nofollow" target="_blank">https://youtu.be/gI4-zdTouwk?si=srUEtDN684xtmwid</a></p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Mon, 11 May 2026 16:32:10 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=342#p342 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=341#p341 <p><a href="https://govoritmoskva.ru/news/491296/" rel="nofollow" target="_blank">https://govoritmoskva.ru/news/491296/</a></p> <p>Эксперт сообщил о дальнейшем ухудшении климатической ситуации в мире</p> <p><span style="font-style: italic">09:06 МАЙ 5, 2026</span></p> <p>Тенденция к потеплению сохранится в ближайшие годы.<br />В России этот процесс происходит в 2,5 раза интенсивнее. Кроме того, ожидается рост числа аномальных погодных явлений, включая штормы, ураганы и ливни.<br />Об этом в эфире радиостанции «Говорит Москва» рассказал кандидат физико-математических наук, ведущий научный сотрудник Главной геофизической обсерватории имени Воейкова Андрей Киселёв. <br />«Ситуация в ближайшие годы будет усугубляться. Изменения климата, как правило, связываются с изменением температуры, глобальное потепление и так далее. На самом деле это более широкое понятие, сюда входит и изменение гидрологического режима. В какие-то годы осадков много, в какие-то мало. Ещё одна особенность — это учащение аномальных погодных явлений: шторм, ураган, ливни и так далее. Это всё в комплексе. Говорить о том, что каждый год будет теплее предыдущего не приходится. Но тенденция к продолжению потепления сохранится в ближайшие годы, потому что все действия человека возымеют реакцию не сразу, поскольку сама климатическая система инерционна. Известно, что на российской территории потепление идёт в 2,5 раза интенсивнее, чем в мире вообще. Тенденция к учащению всевозможных погодных климатических аномалий имеет место и в России». <br />Ранее климатолог РАН назвал глобальное потепление причиной погодных аномалий.</p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Mon, 11 May 2026 16:29:47 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=341#p341 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=340#p340 <p><a href="https://piter.anarhist.org/00magid.htm" rel="nofollow" target="_blank">https://piter.anarhist.org/00magid.htm</a></p> <p>Приложение к Магиду</p> <p>Нижеследующие замечания относятся к тексту М.Магида “Национализм”, хотя адресованы они прежде всего не автору указанного опуса, а участникам анархического движения, заинтересованным в реальном противодействии фашизму и имперской государственной политике.<br />Сначала ещё раз напомним, в чем состоит наше ОСНОВНОЕ РАСХОЖДЕНИЕ с т. Магидом по вопросу о войне и национально-освободительных движениях. Магид считает, что “национально-освободительные” движения поддерживать недопустимо, поскольку они неизбежно ведут к образованию новых государств; что национализм – не в состоянии содействовать подъёму культуры; что использование “национальной идеи” в целях освобождения вообще невозможно, так как единственно-возможным результатом этого оказывается фашизм. Напротив – мы убеждены, что, поскольку угнетение существует в том числе и в национальной форме, ему и здесь требуется противодействовать; что именно противодействие угнетению является для нас наиболее важной составляющей национально-освободительных движений; что национализм существует в различных формах – и не все они тождественны фашизму. При этом для нас признание право народов на самостоятельное определение собственной судьбы никогда не означало признания “права на создание собственного государства” - что нам постоянно пытаются приписывать некоторые “либертарные” деятели. Напротив, – в истории можно найти множество примеров того, когда народы решали проблему защиты от внешней агрессии, используя во многом анархические методы самоорганизации и сопротивления (партизанско-повстанческие движения) – а к образованию государств это вело далеко не всегда (и именно чеченский народ, в частности, столетиями охранял свою независимость без какого-либо государства – вплоть до середины прошлого века). К сожалению, в последнее время результатом побед национального освобождения действительно как правило становится появление новых государственных структур, и здесь сохраняется серьёзная проблема – но тот же аргумент может быть использован, между прочим, и против “чисто-социальных” революций. На наш взгляд, однако, решение должно заключаться не в отказе от революционной борьбы (равно как и от борьбы за национальное освобождение), а в корректировке “позитивных” задач этой борьбы. То, против чего сражаются участники сопротивления, обычно не вызывает возражений – вопросы возникают лишь в связи с их “положительными программами”. Но для того, чтобы иметь моральное право на их критику – а, соответственно, и возможность быть услышанным, и какой-то шанс на достижение НАШИХ целей, необходимо соответствующим образом практически поддерживать сопротивление – и участвовать в нём, насколько это оказывается возможным. Усилия же, прилагаемые в противоположном направлении, основным содержанием всегда будут иметь, напротив, как минимум косвенную поддержку существующей государственной диктатуры. Так, каждое “осуждение” чеченского сопротивления, на наш взгляд, является дополнительным аргументом, подтверждающим “оправданность” политики властей РФ на Кавказе (не говоря уже о тех случаях, когда некоторые “либертарии” открыто заявляют о том, что действующий президент – “лучше” ряда участников сопротивления!) Но это только общая “диспозиция”. Конкретно же обмен аргументами происходит в специальной форме, на которую уже и обращалось внимание. Очередная “реплика” Магида даёт к тому дополнительные основания.<br />Первое, что декларирует Магид – отказ от полемики. То есть – отказ от разбора всех предъявленных ему фактов, выводов, отказ от анализа их внутренней логической взаимосвязи. Но, оказывается, можно, “отказавшись” от дискуссии, тотчас же – её продолжить. Прежними методами – выборочно, фрагментарно, чередуя ложь с оскорблениями, ничем не подкрепленные заявления – с откровенным хамством, претензии на некие “исторические познания” – с явной демонстрацией собственного кретинизма. Опровергать это, на первый взгляд, достаточно легко. Но дело в том, что уход в рассмотрение частных вопросов – о том, например, может ли национальное движение способствовать развитию национальной культуры; или по поводу того, занимала ли Повстанческая армия Махно населенные пункты, тем самым фактически вызывая их обстрел, – и насколько такая тактика была оправдана – но при этом теряется видимая связь с основной проблемой – ПРОБЛЕМОЙ ВОЙНЫ.<br />В чём, согласно Магиду, главная причина Кавказской войны? В борьбе между двумя группировками – старой, “дряхлеющей”, российской, и “молодой, агрессивной” чеченской – за нефтяные ресурсы? Нечто подобное утверждалось в одной из статей МПСТ – и с такой постановкой вопроса мы не согласны; на наш взгляд, здесь налицо - умышленное смещение акцентов. Кроме того, аргументация “от нефти” вырывает эту войну из исторического контекста, за пределами рассмотрения оказывается основной факт – факт завоевания Российской империей Северного Кавказа (в то время, когда никакой промышленной добычи нефти там не велось, равно как не существовало и никакого чеченского государства). Или причина этой войны – в “нападении” чеченских боевиков на Дагестан? Но об агрессии здесь можно говорить только при принятии двух аксиом, – во-первых, протестующие против нарушения “административных границ” должны a-priori эти границы признавать правомерными; во-вторых, требуется сделать вид, что никакого исторически предшествовавшего “агрессии” завоевания не было – иначе “нападение” оказывается ничем иным, как вооруженным восстанием! Магид на самом деле ни разу не называет восстанием выступления в Кара-Махах и Чабан-Махах, он действительно отказывается говорить о том, что Кавказ был Россией завоеван – зато об “агрессии” чеченцев в Дагестане и чеченском “фашизме” говорит более чем охотно! Спрашивается – не аналогичный ли подход к проблеме демонстрируют и русские фашистские организации (РНЕ, НБП и т.п.)?<br />Магид иронизирует: “забавно слышать … обвинения одновременно и в русском шовинизме и в сионизме” (и при этом ему нас, конечно, нельзя не обвинить в национализме – чеченском?) Трудно сказать, чем мы напоминаем чеченцев, и Магида собственно в сионизме пока никто не обвинял (видимо, его еврейский национализм следует квалифицировать иначе) – но вот в связи сионизма с русским фашизмом ничего забавного, увы, нет! Напротив, существуют примеры, доказывающих устойчивую взаимозаинтересованность отмеченных движений. Впрочем, поскольку, конечно, не каждый еврей – сионист, вопрос стоит иначе. Некоторые евреи могут быть и обычными “российскими” шовинистами, не имеющими к сионизму отношения. И вне зависимости от своих связей с сионизмом ряд еврейских деятелей в своей оценке происходящего на Кавказе практически ничем от русских фашистов не отличается. Например, режиссёр Марк Захаров, постановщик шварцевского “Дракона”. Или Березовский, спонсор невзоровского “Чистилища”. Или покойный генерал Лев Рохлин, ликвидированный ФСБ совершенно не за то, за что ему действительно следовало бы нести ответственность. А как следует оценивать историка Якова Гордина, регулярно выступающего за уничтожение чеченских сепаратистов? В более замаскированной форме та же линия осуществляется Явлинским и Гусинским. Можно, наконец, и Жириновского вспомнить. На низовом уровне – я лично был свидетелем, как некие люди в Питере искали организацию русских фашистов, подходящую для того, чтобы ей можно было передать деньги от израильских сионистов! А как относится, например, к деятельности небезызвестного Юрия Нерсесова, одного из вдохновителей местной группы НБП? Наконец, на уровне государственном – встреча Путина с руководителем израильского МВД Натаном Щаранским, на которой было достигнуто “полное взаимопонимание по основным вопросам”. А на “антигосударственном”, “либертарном”, “антифашистском” уровне стоит вспомнить отношение к чеченской проблеме Александра Шубина, который считает вполне возможным состоять в руководстве лужковского “Отечества” совместно с генералом Громовым – и в то же время заявлять, что ислам и фашизм едва ли ни тождественны. Нужны ещё примеры? К сожалению, основная масса подобных случаев имеет слишком явный характер – прежде всего по причине активной работы СМИ. Теперь вопрос: какие особые заслуги дают Магиду право предполагать, что, повторяя аргументы из идеологического арсенала указанных нами его соплеменников, полностью соглашаясь с ними в отношении к чеченскому сопротивлению, он застрахован от обвинений в русском шовинизме? Тем более, что неоднократно уже отмечалось – в России наиболее одиозными шовинистами слишком часто оказывались именно представители национальных меньшинств. Евреи, безусловно, не исключение – напомним и В.И.Даля, и Сталина, и Гоголя с Достоевским. Последних, между прочим, их польские земляки абсолютно обоснованно воспринимали как врагов. А они, видимо, обоснованно могли гордиться ненавистью со стороны разнообразных “националистов”?<br />Можно добавить ещё – для тех, кто не вполне понял актуальность в данном случае темы сионизма, что чеченская проблема для РФ в принципе аналогична палестинской проблеме для Израиля. И там, и здесь идет речь о праве самоопределения народов. И в арабском, и в чеченском движении, конечно, существует множество неприемлемых для анархиста моментов (вождизм, религиозный фанатизм, сильная государственническая ориентация) – но вопреки этому, они остаются всё-таки прежде всего народными движениями, движениями освободительными! И прежде всего против этих движений направлен тезис, отрицающий самоопределение! Обратим особое внимание – Магид как бы отталкивается от противного, вроде бы пытается даже доказать, что создание израильского государства было ошибкой, – но это относительно прошлого, а вот что делать арабскому населению нынешнего Израиля в настоящем? Признать, что права на самоопределение не существует – и отказаться от борьбы? Не подставлять 14-летних мальчишек под пули? Общее впечатление – борьба палестинцев для Магида – это прежде всего трагедия еврейского народа. Увы, настроения, превалирующие у сегодняшних израильтян применительно к арабам, очевидно ещё хуже, чем отношение среднерусского обывателя к кавказцам. Массовые митинги с требованиями силового решения проблемы - требованиями, адресованными властям, - это Израиль, а не Россия. Здесь, несмотря на все усилия правительственной пропаганды, до такого дело не дошло. Здесь массовое отношение к Чечне проявляется иначе. Это отношение и выразил, собственно, М.Магид: “мне, лично, наплевать … на независимость Чечни”. “Наплевать” – очень удачно сформулировано! И не за, и не против, и не я решаю. Миллионы обывателей относятся к этому аналогично. И на войну им – тоже, в общем, наплевать. Причем наплевать именно “лично”. Но, позвольте, разве т.Магид и его товарищи уже настолько слились с массами, что готовы разделить их сегодняшнее отношение к войне? “Революционным либертариям” на войну – тоже наплевать? Какое антивоенное движение, зачем оно? Когда Магид последний раз участвовал в антивоенной акции – не весной ли? И что он там говорил – что: “Басаев – фашист”?<br />Что же касается вопросов культуры и их сопряженности со свободой и самоуправлением, то не всё так просто. После с редкостной тупостью повторенного перла: “национальное освобождение не способствовало расцвету культуры” - Магид сам же приводит пример, который в этом смысле для него едва ли ни самоубийственен:<br />“Да уж, христианская культура в Испании прямо-таки процветала после завершения реконквисты!” Так что, не процветала? Что - Кальдерон, Эль Греко, Сервантес, Веласкес, Мурильо, Магеллан, Лопе де Вега – эти имена для всемирной культуры значения не имеют? На это, пожалуй, можно возразить уже только нашим аргументом – отнести указанных деятелей по линии “песни и пляски”, определить это как культуру “верхов”, попытавшись противопоставить это культуре народа (хотя, видимо, Сервантес оказал определенное влияние на развитие испанского языка?), а дальше проанализировать, каким образом испанское государство в это же время не только уничтожала евреев и морисков, но и ликвидировало городское и сельское самоуправление в Андалусии и Каталонии. Однако совершенно выбрасывать Сервантеса из области культуры – это уже как-то слишком. Видимо, следует признать хотя бы неоднородность, неоднозначность культурных процессов? Очевидным для нас представляется, что в определенные периоды и национальное (даже не только национально-освободительное) движение, и, более того – даже государство! - всё же могут оказывать положительное влияние на развитие определенных областей культуры. Другое дело, что для анархии главная цель – не развитие культуры любой ценой, а свобода человека от принудительных отношений, унижающих его достоинство. Даже есть вопрос, может ли поступиться отдельный анархист своей свободой для реализации неких культурных проектов (останется ли он после этого – анархистом?), но уже совершенно бесспорен факт невозможности для нас распространения и подъёма того, что мы воспринимаем как культуру – принудительными методами.<br />Теперь – несколько слов по поводу общины. Мы, собственно, нигде не утверждали, что крестьянская община на Екатеринославщине полностью отсутствовала. Мы лишь обратили внимание на то, что этот район практически не имел традиций общинного землепользования – как “зачатка социализма”, - включая регулярный передел крестьянских наделов общинной земли – на чем преимущественно основывалась народническая, а впоследствии – эсеровская концепция. Что области, где такая общинная традиция была выражена гораздо отчетливее, – скажем, Тульская или Тверская губернии – как раз и не дали сопоставимых с махновским примеров сопротивления государственной политике. Что у самого Махно в его воспоминаниях слово “община” действительно не встречается НИ РАЗУ! (для историка это что-нибудь да должно значить!). С другой стороны, Махно несколько раз упоминает сельские сходы. Но только в одном случае в его “Воспоминаниях” сход действительно рассматривает по инициативе крестьян реально стоящую перед ними проблему – конкретно в том случае – экономическую, связанную с правом собственности на маслобойни и мельницы в селе Времьевка и уровнем платы за помолы и выделывание масла. И причём даже здесь решение принимается не то, к которому склонялось большинство крестьян (уничтожение этих предприятий), а компромиссное, предложенное Махно (оставление мельниц во владении кулаков при условии снижения платы за помолы). Во всех остальных эпизодах сельские сходы созываются лишь очередными властями военного времени – гетманцами, австро-германцами, самими махновцами – с целью оповещения селян о новых решениях этих властей и с намерением выявления зачинщиков предшествовавших выступлений против власти. Таким образом, говорить о том, что осенью 18-го года (именно в период массового подъёма крестьянского повстанческого движения на Украине!) “суверенные” по определению Магида сельские сходы играли существенную, определяющую роль, “Воспоминания” Махно не дают ни малейшего основания. Непосредственно же формированию первой боевой махновской группы предшествовало совсем другое собрание: “Собрание имело место … во дворе, в большом крестьянском сарае. Посреди сарая стоял большой и низкий стол. Вокруг него сидела молодежь. А сбоку, прямо на застланной рядном земле, по-цыгански сидели крестьяне постарше, лет по 30-40. Первые выпивали и пели песне о крестьянской доле. Вторые играли в карты … и т.д.” - далее Нестор Иванович подробно рассказывает, каким образом собравшиеся терновские крестьяне пытались убить его (поскольку он был принят ими за шпиона) и как он едва ли ни случайно этого избежал, неожиданно для самого себя начав среди них революционную агитацию. Но что же это за собрание терновских крестьян? Сельский сход? Нет. Простая “неформальная вечеринка”. Только одному нашему знакомому историку, интересующемуся вопросами местной самоорганизации и структурами традиционного общества, этот терновский сарай напомнил – и не без оснований – полинезийский мужской дом! Или – кавказский? По поводу последнего можно рекомендовать этнографическую работу Ю.Карпова, посвященную северокавказским мужским союзам. Впрочем, в этой книге рассматриваются не только мужские союзы, но и кавказская земельная община: “Хорошо известны примеры сдерживания общиной процесса экономического расслоения своей среды, во имя чего из общинного фонда (разрядка везде наша – П.Р.) малоимущим семьям выделялись дополнительные земельные наделы и т.п. Иногда предпринимались акции экспроприации наиболее состоятельных, резко выделявшихся на общем фоне экономическим достатком лиц. … В чеченском обществе Малхиста даже в начале XX в. случались прецеденты умышленного убийства молодца, особо прославившегося своим удальством.… Как выражение этой же тенденции можно оценивать достаточно популярные в Чечне предания об изгнании местных или пришлых князей, в значительной степени соответствующие действительно имевшим место событиям. В одном из преданий содержатся следующие строки: “И с тех пор… если кто-нибудь из нашей среды желает возвыситься и заделаться князем, находится всегда человек, который убивает его” (Карпов Ю.Ю., “Джигит и Волк”, СПб, РАН, с.132). Напомним, что разговор об общине был начат Магидом с намерением противопоставить “либертарно-общинные” движения 21-го года кавказскому сопротивлению, роль общины в котором, по его мнению, пренебрежимо невелика. Позволим себе заметить ещё, что горские сообщества вообще достаточно социально и экологически сбалансированы - и в силу этого консервативны; исторические и этнографические традиции их достаточно устойчивы, и обычаи, широко распространенные лишь столетие назад, не могли бесследно исчезнуть за относительно краткий временной промежуток.<br />Что же касается украинской общины, то ссылка Магида, как бы подтверждающая её решающую роль в махновском движении: “об этом подробно говорится в эсеровских документах”, слишком мало о чем говорит. Практически с таким же успехом можно провозгласить, что в эсдековских документах содержится нечто совершенно противоположное. Вообще же предлагается вдуматься в смысл следующей фразы: “Крестьянская община, как культурный феномен существовала в то время почти везде, даже в Сибири, где формально ее не было”. “Культурный феномен”, в который таким образом община превратилась, оказывается столь растяжимым понятием, что, пожалуй, действительно смог бы существовать и там, где крестьянской общины не было не только “формально”, но и фактически – “Даже в городе!”. Если под определение общины подводить уже и ФЗМК, то, спрашивается, к чему тогда вообще рамки терминов? МПСТ или “Хранители”, очевидно, тоже не более чем разновидности крестьянской общины как “феномена”?<br />Далее у нас речь пойдет о ярлыках и этикетках. Магид в своем опусе первоначально как-то слишком резко протестует против практики “развешивания ярлыков”, и особенно ему здесь дороги Ганди и Бакунин: нехорошо, оказывается, их “записывать в какую-то партию, приклеивать к ним этикетки (например, националиста или анархиста) и говорить о них как об этикетках, а не как о живых людях”. Ещё раз – оказывается, Бакунина нельзя определять как анархиста и говорить о нём как об анархисте! И Платона неверно воспринимать как тоталитарного философа – видимо, его идеи были по преимуществу “либертарны”? И сотрудничество Мартина Хайдеггера с нацистами не имеет существенного значения: “Да, Хайдеггер сделал гадость, но спустя 10 месяцев ушел со всех университетских постов, заперся у себя в доме”. Образцовое покаяние! И опять же: не согрешишь – не покаешься, не покаешься – не спасёшься! Но, оказывается “покаяние” не всегда было столь пассивным: “ Он (Хайдеггер) написал впоследствие несколько замечательных работ против тоталитаризма и национализма - этим он нам и интересен”. А не интересен ли Вам Гитлер как художник? Может, и на него не будем никаких ярлыков вешать? Если уж Бакунина анархистом не стоит называть, так и Гитлера с тем же основанием можно не называть нацистом!<br />Несмотря на всё вышеизложенное, мы рады, что с некоторыми нашими соображениями Магид согласен. Так, например, признано “консенсусом”, что движения 21-го года имели множество недостатков, в ряде случаев страдали шовинизмом и национальной ксенофобией – и всё же, вопреки этому, и нами, и тт. “либертариями” оцениваются положительно. То есть, в принципе идеализации крестьянского сопротивления со стороны Магида уже нет. Этот отдельный вопрос вроде бы закрыт, но нам нужно поправить одну неточность, действительно нами допущенную (и которую Магид немедленно обозначил как “враньё”). Действительно, лично Антонов в положительном контексте Магидом нигде не упоминался – только антоновское движение. За это – и пока ни за что более! – приносятся извинения. Однако остается вопрос о связи вчерашнего дня с настоящим временем. Или: “они любить умеют только мертвых?” Или дело в том, что элементы национального в 21-м году действительно не носили решающего характера, а в чеченском движении это – именно то самое СУЩЕСТВЕННОЕ, что и создаёт идейную основу сопротивления режиму РФ (ислам – это не идеологическая основа движения, а его религиозное оформление, его знамя)? С этим согласимся. Но вот последний пример для Магида – именно тот, который ему будет ближе – восстание против нацистов в еврейском гетто! Пусть он представит себе, что оно происходит в данный момент. Пусть поймет, что его причина – национальное угнетение и геноцид (а не государственнические устремления сионистов, некоторые из которых – входят в число повстанческих активистов; и уж, наверное, не борьба за ближневосточную нефть!). Ну, вот оно – национально-освободительное движение! Так вот на наш взгляд, в такой ситуации открытая критика “сионистского актива” повстанцев морально оправдана лишь при условии того, что мы непосредственно участвуем в боевых действиях по одну сторону фронта с ними (насколько бы плохо мы ни относились к сионизму, бывают ситуации, которые диктуют определенную тактику). И смеем заверить – для этого вовсе необязательно становиться еврейскими националистами. Достаточно – смертельной ненависти к фашизму. А рассуждать в такой момент, сидя в тёплой московской (берлинской) квартире, на тему о том, что “сионизм – это еврейский фашизм” – а тем более выступать перед общественностью с докладами соответствующего содержания - дело самое последнее.</p> <p><span style="font-style: italic">П.Рауш</span></p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Mon, 11 May 2026 15:56:22 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=340#p340 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=339#p339 <p><a href="https://piter.anarhist.org/37elem.htm" rel="nofollow" target="_blank">https://piter.anarhist.org/37elem.htm</a></p> <p>О ТРАНСМУТАЦИИ ЭЛЕМЕНТОВ</p> <p>Газета “Смена” от 8 октября этого года. Пятая полоса. Фотография лимоновского пикета с “пояснением” внизу: “Современные анархисты вышли из среды студентов-гуманитариев” (изображена группа молодых людей, в руках которых красный флаг со стилизованным под нацистскую свастику изображением серпа и молота). Фотография иллюстрирует статью Д. Жвания “Эстетика как средство революционной борьбы”. Почти треть материала действительно имеет отношение к анархизму – но логика мифа, создаваемая автором, ведет его по пути произвольного искажения фактов. Так, первой анархической организацией объявляется группа АКРС (которая на деле появилась лишь в июне 1989 года); издание КАС’овской “Общины”, выходившей уже в 1987 году, “отодвигается” на пару лет назад; “Новый Свет” превращается из газеты в журнал, а ИРеАн – в ИР’у; в число групп, принимавших участие в создании Конфедерации Анархо-Синдикалистов, попадают Гомель, Тула, Минск и Воронеж – и, соответственно, исчезают Томск, Хабаровск, Запорожье, Новосибирск и Черкассы; передергиваются цитаты из московских анархических изданий; выводится никогда в действительности не существовавшее деление анархистов на “радикалов” и “гуманистов-ненасильников” (отношение анархистов к насилию, конечно, неоднозначно – но мы, например, никогда не отрицали права на сопротивление). Отмеченные “неточности” можно было бы понять, будь статья написана тем, кто не имеет никакого представления о движении (как, например, обстоит дело с публикацией в № 7 журнала “Пчела”. Однако с “Эстетикой” случай другого рода. С весны 1989 по осень 1990 года автор статьи, Д. Жвания, был одним из активистов Анархо-Коммунистического Революционного Союза. Потом, правда, профиль деклараций “революционного журналиста” не раз менялся. В 1990 образованные им Революционные Пролетарские Ячейки заявляют себя как троцкистская организация, а во время войны в Чечне новая группа – “Рабочая борьба” – солидаризируется с неофашистской НБП, в состав которой сегодня и входит. Поэтому материалы об анархистах (ряды которых разочарованный в безвластии радикал покинул шесть лет назад) без колебаний дополняются “новейшими достижениями эстетики”: презрением в отношении каких бы то ни было теорий, поиском образцов революционности в романах Достоевского, защитой дорогих сердцу автора бунтарей-гомосексуалистов, авторитетными ссылками на Муссолини т.п. В целом статья по ее прочтении оставляет гнусное впечатление. Под флагом мифических “новых левых” производится попытка синтеза несоединимого – а анархическая революционность подменяется фашистской демагогией.<br />Публикация в “Смене”, увы, не есть исключение. Значительно более интенсивно делом идеологической трансмутации занимается газета “Лимонка”, в коллективе которой особо выделяется некий Леша Цветков (он же “Павел Власов – партизан”). Цветков – тоже бывший анархист, но в движении задержался ненадолго и влился в лимоновскую “партию” вскоре после ее провозглашения. Изыски Цветкова предпринимаются в направлении образования единого черно-красно-коричневог-голубого фронта. Удовлетворяя информационный голод путем обильного отсасывания фактического материала у заигрывающих с ним московских ИреАн’овцев, на выходе юный селекционер-мичуринец выдает поразительные букеты “околоанархической” фантастики. В ряду последних упражнений – статьи о Бакунине (“Лимонка”, №52), о Махно (№53) синдикализме (№54). За перлы о “чернознаменной кронштадтской матросне”, о духовном родстве Бакунина и Геббельса (?!), о выбритом наголо Махно, рисовавшем деньги с “саблезубым Лениным”, за восторженно-трепетные дифирамбы “никем не управляемым” профсоюзам фашистской Италии и тому подобную “информацию” Цветков рискует расплатиться (причем в казенный суд с опровержением клеветы мы обращаться не можем).<br />Но откуда у лимоновских фаши патологический интерес к анархии? Похоже. Что основной мотив здесь – стремление замаскировать собственную революционную импотенцию. Именно этому и служит вздувшийся в лице Цветкова фиолетовый презерватив. Под визжание о революции – голосуют за Ельцина и поддерживают курс на войну в Чечне, ностальгируют по сильной руке и великой державе – и при первой же возможности лезут к власти на выборах.<br />Попытки растворения динамита в идейном “коктейле Молотова – Риббентропа” могут вызвать энтузиазм только у эстетствующих метафизических засранцев. Фашизм – это не анархия. Конечно, с известной точки зрения повешенный ногами вверх Муссолини может вызвать оптическую иллюзию трансмутации. Но все сразу же встанет на свои места при замене эстетики – этикой. Повесили как следует. Бенито, перевертыш из антигосударственника в фашисты, получил от жизни то, за что боролся (не дожив до 62 лет трех месяцев). Современный молодняк, вскормленный отрыжкой дуче, рискует сильнее. Опыты по трансмутации элементов, предпринимаемые НБП, вполне могут привести к неожиданностям, крайне неприятным для экспериментаторов. И никакой Куликов им уже не поможет.</p> <p><span style="font-style: italic">Бертольд Шварц</span></p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Mon, 11 May 2026 15:48:54 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=339#p339 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=338#p338 <p><span style="font-style: italic">Михаил Зощенко </span><br /> ЗАПАДНЯ</p> <p>Один мой знакомый парнишка,— он, между прочим, поэт — побывал в этом году за границей.<br />Он объездил Италию и Германию для ознакомления с буржуазной культурой и для пополнения недостающего гардероба.<br />Очень много чего любопытного видел.<br />— Ну, конечно,— говорит,— громадный кризис, безработица, противоречия на каждом шагу. Продуктов и промтоваров очень много, но купить не на что.<br />Между прочим, он ужинал с одной герцогиней. Он сидел со своим знакомым в ресторане.<br />Знакомый ему говорит:<br />— Хочешь, сейчас я для смеха позову одну герцогиню. Настоящую герцогиню, у которой пять домов, небоскреб, виноградники и так далее.<br />Ну, конечно, наворачивает.<br />И, значит, звонит по телефону. И вскоре приходит такая красоточка, лет двадцати.<br />Чудно одетая. Манеры. Небрежное выражение. Три носовых платочка. Туфельки на босу ногу.<br />Заказывает она себе шнельклопс и в разговоре говорит:<br />— Да, знаете, я уже, пожалуй, неделю мясного не кушала.<br />Ну, поэт кое-как по-французки и по-русски ей отвечает: дескать, помилуйте, у вас а ла мезон столько домов, врете, дескать, наворачиваете, прибедняетесь, тень наводите.<br />Она говорит:<br />— Знаете, уже полгода, как жильцы с этих домов мне квартплату не вносят.<br />У населения денег нет.<br />Этот небольшой фактик я рассказал так, вообще. Для разгона. Для описания буржуазного кризиса. У них там очень отчаянный кризис со всех сторон. Но, между прочим, на улицах у них чисто.<br />Мой знакомый поэт очень, между прочим, хвалил ихнюю европейскую чистоту и культурность. Особенно, говорит, в Германии, несмотря на такой вот громадный кризис, наблюдается удивительная чистота и опрятность.<br />Улицы они, черт возьми, мыльной пеной моют. Лестницы скоблят каждое утро. Кошкам не разрешают находиться на лестницах и лежать на подоконниках, как у нас.<br />Кошек своих хозяйки на шнурочках выводят прогуливать. Черт знает что такое.<br />Все, конечно, ослепительно чисто. Плюнуть некуда.<br />Даже такие второстепенные места, как, я извиняюсь, уборные, и то сияют небесной чистотой. Приятно, неоскорбительно для человеческого достоинства туда заходить.<br />Он зашел, между прочим, в одно такое второстепенное учреждение. Просто так, для смеху. Заглянул — верно ли есть отличие,— как у них и у нас.<br />Оказывается, да. Это, говорит, ахнуть можно от восторга и удивления. Волшебная чистота, голубые стенки, на полочке фиалки стоят. Прямо уходить неохота. Лучше, чем в кафе.<br />«Что,— думает,— за черт. Наша страна, ведущая в смысле политических течений, а в смысле чистоты мы еще сильно отстаем. Нет, думает, вернусь в Москву — буду писать об этом и Европу ставить в пример. Конечно, у нас многие ребята действительно относятся ханжески к этим вопросам. Им, видите ли, неловко писать и читать про такие низменные вещи. Но я, думает, пробью эту косность. Вот вернусь и поэму напишу — мол, грязи много, товарищи,— не годится… Тем более у нас сейчас кампания за чистоту — исполню социальный заказ».<br />Вот наш поэт находится за закрытой дверью. Думает, любуется фиалками, мечтает, какую поэму он отгрохает. Даже приходят к нему рифмы и строчки.<br />Чего-то там такое:<br /><span style="font-style: italic">Даже сюда у них зайти очень мило —<br />Фиалки на полках цветут.<br />Да разве ж у нас прошел Аттила,<br />Что такая грязь там и тут.</span><br />А после, напевая последний немецкий фокстротик «Ауфвидерзейн, мадам», хочет уйти на улицу.<br />Он хочет открыть дверь, но видит — дверь не открывается. Он подергал ручку — нет. Приналег плечом — нет, не открывается.<br />В первую минуту он даже слегка растерялся. Вот, думает, попал в западню.<br />После хлопнул себя по лбу.<br />«Я, дурак,— думает,— позабыл, где нахожуся,— в капиталистическом мире.<br />Тут у них за каждый шаг небось пфеннинг плати. Небось, думает, надо им опустить монетку — тогда дверь сама откроется. Механика. Черти. Кровопийцы. Семь шкур дерут. Спасибо, думает, у меня в кармане мелочь есть. Хорош был бы я гусь без этой мелочи».<br />Вынимает он из кармана монеты. «Откуплюсь,— думает,—от капиталистических щук. Суну им в горло монету или две».<br />Но видит — не тут-то было. Видит — никаких ящиков и отверстий нету.<br />Надпись какая-то есть, но цифр на ней никаких не указано. И куда именно пихать и сколько пихать — неизвестно.<br />Тут наш знакомый прямо даже несколько струхнул. Начал легонько стучать.<br />Никто не подходит. Начал бить ногой в дверь.<br />Слышит — собирается народ. Подходят немцы. Лопочут на своем диалекте.<br />Поэт говорит:<br />— Отпустите на волю, сделайте милость.<br />Немцы чего-то шушукаются, но, видать, не понимают всей остроты ситуации.<br />Поэт говорит:<br />— Геноссе, геноссе, дер тюр, сволочь, никак не открывается. Компренешен.<br />Будьте любезны, отпустите на волю. Два часа сижу.<br />Немцы говорят:<br />— Шпрехен зи дейч?<br />Тут поэт прямо взмолился:<br />— Дер тюр, говорит, дер тюр отворите. А ну вас к лешему!<br />Вдруг за дверью русский голос раздается:<br />— Вы, говорит, чего там? Дверь, что ли, не можете открыть?<br />— Ну да,— говорит.— Второй час бьюсь.<br />Русский голос говорит:<br />— У них, у сволочей, эта дверь механическая. Вы, говорит, наверное, позабыли машинку дернуть. Спустите воду, и тогда дверь сама откроется. Они это нарочно устроили для забывчивых людей.<br />Вот знакомый сделал, что ему сказали, и вдруг, как в сказке, дверь открывается.<br />И наш знакомый, пошатываясь, выходит на улицу под легкие улыбки и немецкий шепот.<br />Русский говорит:<br />— Хотя я есть эмигрант, но мне эти немецкие затеи и колбасня тоже поперек горла стоят. По-моему, это издевательство над человечеством…<br />Мой знакомый не стал, конечно, поддерживать разговор с эмигрантом, а, подняв воротник пиджака, быстро поднажал к выходу.<br />У входа сторож его почистил метелочкой, содрал малую толику денег и отпустил восвояси.<br />Только на улице мой знакомый отдышался и успокоился.<br />«Ага, — думает, — стало быть, хваленая немецкая чистота не идет сама по себе.<br />Стало быть, немцы тоже ее силой насаждают и придумывают разные хитрости, чтобы поддержать культуру. Хотя бы у нас тоже чего-нибудь подобное сочинили».<br />На этом мой знакомый успокоился и напевая «Ауфвидерзейн, мадам», пошел в гости как ни в чем не бывало.</p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Wed, 06 May 2026 08:06:18 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=338#p338 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=337#p337 <div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">Свернутый текст</div><blockquote><p>Вот где psyhedelic так psyhedelic ! Причем здесь Doors с Моррисоном , не знаю .<br />Альбом пугачихи -&quot;Зеркало души&quot; 77-го . Вставляет почём халва .</p></blockquote></div><p>А.Пугачева - Бубен Шамана</p> <p><a href="https://youtu.be/zEvDaU_FrvM?si=3yO0USs2x9Sz_tAy" rel="nofollow" target="_blank">https://youtu.be/zEvDaU_FrvM?si=3yO0USs2x9Sz_tAy</a></p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Wed, 06 May 2026 08:04:49 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=337#p337 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=336#p336 <p><a href="https://piter.anarhist.org/volja7-03.htm" rel="nofollow" target="_blank">https://piter.anarhist.org/volja7-03.htm</a></p> <p>АНАРХО-СИНДИКАЛИСТСКОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ НА КУБЕ</p> <p>В статье из бразильской газеты &quot;Либера&quot; по понятным причинам содержатся лишь отрывочные сведения о сопротивлении кубинских анархистов и рабочих диктатуре. Надеемся, что после неизбежных перемен на острове мы сможем узнать всю правду об этой героической борьбе, которую и сегодня ведут кубинские товарищи, отстаивая истинные идеалы народной революции 1959 года.</p> <p>В 1960 году промосковская коммунистическая партия ПСП потребовала от Фиделя Кастро, чтобы в своей внешней политике он ориентировался на СССР и начала критиковать его &quot;антикоммунистические позиции&quot;. Сближению Кубы и Советского Союза способствовали и другие - экономические, политические и военные факторы. Коммунисты потребовали запрета всех неленинских левых групп, которые годом раньше участвовали в свержении режима Батисты. Правительство быстро уступило давлению. Среди запрещенных организаций оказались анархо-синдикалистский Профсоюз работников пищевой промышленности и Либертарно-синдикалистское объединение (ASL); многие их члены были арестованы, а влиятельная анархистская пресса разгромлена. Между 1960 и 1968 годами Кубу вынуждены были покинуть сотни анархистов, организовавшие &quot;Либертарное движение Кубы в изгнании&quot; (MLCE).<br />В 1965-80 гг. внутри правящей Коммунистической партии Кубы разразилось несколько острых конфликтов, связанных с &quot;Пражской весной&quot;, положением в Польше и вторжением советских войск в Афганистан. Конфликты закончились тем, что &quot;великий вождь&quot; Фидель исключил несогласных из партии, обвинив их в &quot;идеологических отклонениях&quot;, троцкизме и маоизме. В это время уцелевшие анархисты ведут кропотливую и опасную подпольную работу. Им удалось сохранить контакты по всей стране.<br />К началу 80-х на Кубе забыли о существовавшем когда-то широком анархистском движении. Но в это время появляется группа &quot;Сапата&quot;, названная так в честь мексиканского повстанческого лидера. Эта организация пыталась создать независимый профсоюз сельхозрабочих, что вызвало негативную реакцию официальных государственных профсоюзов. В волне забастовок, прокатившихся по стране в 1981-82 гг., ощущалось ее сильное влияние. Режим Кастро подавил забастовки, объявив их &quot;индустриальным саботажем и контрреволюцией&quot;. Были арестованы 20 членов группы &quot;Сапата&quot;. В числе арестованных оказалась молодая девушка Каридад Павон. Ее обвинили в &quot;анархистской контрреволюции&quot; и замучили до смерти на следствии в тюрьме госбезопасности.<br />В 1981 году за организацию независимых профсоюзов и антиправительственных выступлений были казнены двое членов группы &quot;Сапата&quot;. В следующем году пятеро анархистов были приговорены к смерти на открытом &quot;показательном&quot; процессе. Международную кампанию за спасение их жизней буржуазные правозащитные организации - и прежде всего Международная Амнистия - проигнорировали. Другие шесть человек были осуждены на 30 лет заключения каждый, среди них - братья Кардо, Хесус Бардо, Израэль Лопес и Тимотео Луго.<br />В дальнейшем власти продолжали репрессии против анархистов и рабочего движения. В феврале 1987 года в провинции Камагуэй была кроваво подавлена забастовка на железной дороге; два руководителя стачки, Эрнесто Столонго и Эфраим Кесада, казнены.<br />В период краха просоветских диктатур в Восточной Европе анархистское движение Кубы вышло на улицы. В 1991 году анархисты вместе с другими оппозиционерами организовали демонстрацию перед зданием госбезопасности в Гаване и потребовали освобождения политзаключенных. Демонстрацию быстро разогнала спецбригада полиции; многие ее участники оказались в тюрьме.<br />Сегодня, когда агонизирующий режим Фиделя Кастро делает все, чтобы сохранить власть, Куба переживает серьезные трудности, которые усугубляются экономической блокадой со стороны империалистов США. В это нелегкое время мы выражаем солидарность с нашими кубинскими товарищами, со всем кубинским народом. Ведь все мы боремся против Системы, как бы она ни называлась, и единственный выход - бороться до победы!</p> <p><span style="font-style: italic">Перевод с португальского на немецкий - неизвестного товарища, с немецкого на русский - товарища Шмидта</span></p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Wed, 06 May 2026 08:02:19 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=336#p336 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=335#p335 <p><a href="https://cyberleninka.ru/article/n/sistema-selskogo-mestnogo-samoupravleniya-v-novoy-normalnosti-kitaya-etapy-razvitiya-i-modeli-vyborov?ysclid=mnoyim07ml715646675" rel="nofollow" target="_blank">https://cyberleninka.ru/article/n/siste &#8230; l715646675</a></p> <p>СИСТЕМА СЕЛЬСКОГО МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ В «НОВОЙ НОРМАЛЬНОСТИ» КИТАЯ: ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ И МОДЕЛИ ВЫБОРОВ</p> <p><span style="font-style: italic">Арбатская М.Н.<br />Сюй Линьчун</span></p> <p>Социалистическая представительная демократия в Китае должна быть всесторонней непоказной реальностью, обязательной для исполнения верхами и низами, для чего нужно создавать рационально-упорядоченную завершенную систему и соответствующий ей общественный строй. Такого мнения придерживается Си Цзиньпин. Разумеется, крестьянские низы не могут быть вне этого процесса, а методы и способы, применяющиеся для создания такого строя, раскрываются в системе функционирования и воспроизводства МестногоСамоУправления.<br />Деревня - это исторический тип крестьянских поселений; по-китайски «естественная» деревня, которая, как правило, не показывается на схеме АдминистративноТерриториальногоДеления (пятый уровень), называется цзыжань цунь. С декабря 1950 г. как способ организации власти в сельской местности после образования КНР и на основе специального положения Госсовета появились административные деревни (синчжэн цунь). C 1958 г. вместо прежнего низового уровня - волостей, повсеместно стали создаваться «народные коммуны» (жэньминь гуншэ ) С момента создания и до полной ликвидации в 1984 г. народные коммуны практиковали «трехуровневое владение, командное управление &quot;на основе низового режима, производственные бригады были организованы на основе природных и административных деревень&quot;».<br />Прокомментировать историю лучше Дэн Сяопина никто не сможет. Итак, <span style="font-style: italic">«во время большого скачка в 1958 году кооперативы высшего типа еще не успели укрепиться, как мы перешли к повсеместному созданию народных коммун, в результате в начале 60-х годов пришлось отойти назад и снова принять производственную бригаду за основную хозрасчетную единицу. В ходе движения за социалистическое воспитание в деревне в некоторых местах, целесообразная по своим масштабам, производственная бригада была поделена на мелкие ... А в других местах, наоборот, объединили бригады, и их размеры стали непомерно крупными. Практика показала, что ни то, ни другое не принесло желаемых результатов»</span>. И все потому, что с 50-х годов <span style="font-style: italic">«правительство придерживалось принципа &quot;заставить лошадь бежать быстрее, но не давать ей пастись&quot;»</span>, на что трудящиеся сельские массы гениально отвечали: <span style="font-style: italic">«главная цель - прийти на работу, нестись на нее как рой пчел, а там можно и отдохнуть»</span><br />Закон о выборах 1980 г., Конституция 1982 г., дополнительные рекомендации ЦК КПК по созданию и деятельности комитетов сельского населения и провинциальные «Краткие правила по работе комитетов сельского населения» стали правовыми инструментами распространения и совершенствования системы сельских выборов в Китае. В соответствии с Белой книгой &quot;40 лет прогресса развития прав человека в реформах и открытости&quot;, по состоянию на 2017 год в сельских районах Китая через каждые 3 года прямыми выборами было избрано более 9 созывов сельских комитетов. Большинство сельских комитетов проводили выборы в соответствии с законом, а доля зарегистрированных избирателей достигла 95% от общего числа жителей; явка на выборы при этом составила более 90%<br />Началось с того, что <span style="font-style: italic">«Конституция 1982 г. в ст. 30 подтвердила трехзвенную структуру АдминистративноТерриториальногоДеления с восстановленным волостным уровнем. Мероприятия по ликвидации народных коммун и воссозданию волостей проходили в течение 1982-1984 гг. Совместное постановление ЦКК ПК и Госсовета КНР от 07.11.1983 г. при образовании волостей разрешало в интересах повышения эффективности государственного управления выходить за территориальные рамки прежних ... коммун»</span>. Поселки уездного уровня теперь закреплялись за волостным , приближая некоторое влияние урбанизации к сельской местности.<br />По признанию Дэн Сяопина, начало реформ вообще не было простым, но «еще большую проблему составляли реформа на селе, переход в деревне к семейному подряду, отмена народных коммун». Рассмотрим поэтапное создание сельских комитетов, с помощью которых деревенские жители Китая стали осуществлять «самоуправление, самовоспитание, самообслуживание и самоконтроль», и предшествующую данному процессу деколлективизацию.<br />Ситуация в сельской местности под прессом маоистского режима была настолько суровой, что переход к единоличному хозяйству вызывал у крестьян смертный страх перед расправой властями. В провинции Аньхой зимой 1978 года жители маленькой, бедной и голодной деревушки «Сяоганцунь подписали письмо кровью (хранящееся сейчас в музее - авт.), в котором говорилось, что если их единоличные хозяйства будут обнаружены правительством, а их бригадира расстреляют, то члены других 17 домохозяйств возьмут на себя ответственность за воспитание его детей». Данный пример ярко иллюстрирует, что «политика реформ в деревне начиналась снизу и была в значительной мере результатом самоорганизации крестьян, поддержанной властями не сразу, а спустя некоторое время».<br />Дэн Сяопин вспоминает, что <span style="font-style: italic">«вначале не все одобряли реформу. Две провинции показали пример в перестройке. Одна - это провинция Сычуань, моя родина. Другая - это провинция Аньхой. Курсы и установки на реформу мы разработали именно на основе опыта, накопленного этими двумя провинциями»</span>. В самом начале только треть провинций приступила к делу, на второй год - больше двух третей, а на третий подтянулись и все остальные . Уже <span style="font-style: italic">«в октябре 1983 года ЦК КПК и Госсовет в соответствии с указаниями Конституции КНР относительно учреждения волостных правительств издали &quot;Циркуляр об отделении народных коммун от органов власти и создании волостных правительств&quot;. К концу 1984 года эта работа во всей стране была в основном закончена. С тех пор система народных коммун в деревне прекратила свое существование» </span>.<br />На 18 съезде КПК в ноябре 2012 года (ответственный секретарь съезда Си Цзиньпин) было заявлено, что <span style="font-style: italic">«начиная с политики реформ и открытости мы обобщаем положительный и отрицательный опыт развития социалистической демократии» </span>. Достижения и успехи в совокупности с проблемами и неудачами образуют реальность реформ и процесса выборов сельских комитетов, которая была фундаментально отражена в обширном двухтомное досье эксперта китайской академии социальных наук Ши Вэймина (Shi Weimin). К 60-летию КНР и 30-летию реформ китайское общественно-научное издательство выпустило данную монографию, опирающуюся на внутреннюю служебную отчетность министерства гражданской администрации (далее - МГА), которое было образовано в 1978 г. и курирует, в том числе, воспроизводство сельского МестногоСамоУправления (китайское ведомство - нечто среднее между управлением внутренней политики АП и ЦИК в РФ).<br /><span style="font-style: italic">«Вслед за социально-экономическим развитием постепенно началось расширение каналов упорядоченного участия граждан Китая в политической жизни страны»</span>. Но несмотря на то, что сельские выборы проходили, опираясь на рекомендации ЦК КПК по созданию и деятельности сельских комитетов и аналогичные провинциальные правила, <span style="font-style: italic">«опыт исторического развития Китая 1980-х гг. раннего периода реформ показал крайне высокий уровень административной неэффективности государства»</span>. Жизнь впроголодь отступила, но <span style="font-style: italic">«из-за разделения полей на домохозяйства, фермеры, получившие поля и свободу, вскоре столкнулись с новыми проблемами, наиболее заметными из которых были резкое ухудшение общественной безопасности, воровство, азартные игры, борьба за воду, анархия»</span>. Стабильность политической системы в таких условиях <span style="font-style: italic">«дорогого стоит»</span>. Крестьяне описывали жизнь того времени как <span style="font-style: italic">«сытую и плохо спящую» </span>, что означает еду один раз в сутки - «на ночь глядя», а затем плохой сон на полный желудок.<br />С 1 июня 1988 года директивных источников для провинциального нормотворчества, касающегося выборов в сельской местности, стало два (плюс конституция). Это «технологический» закон о выборах в части, относящейся к низовому уровню, который действует с 1 января 1980 г.; «содержательный» закон о комитетах сельских жителей, «экспериментально» принятый 24 ноября 1987 г. для реализации «в опытном порядке» с 1 июня 1988 г. Последний был переработан и через 10 лет, 4 ноября 1998 г. принят уже как норматив для всех АдминистративноТерриториальныхЕдиниц первого уровня. На основе законов были приняты соответствующие провинциальные положения (регламенты) о выборах в сельские комитеты и регулярные поправки к ним.<br />Рассмотрим этапы создания комитетов сельских жителей (сельсоветов), начиная с предконституционного периода, когда возник первоначальный вакуум сельской власти вследствие/после ликвидации коммун и бригад. Китайские эксперты предложили периодизацию выборов согласно трехлетним избирательным циклам. Более логичными нам представляются отрезки, границы которых обусловлены событиями, относящимися к политическому и экономическому ходу реформ в Китае, нераздельному в целом.<br />Длительный и весьма насыщенный событиями этап создания и развития сельского комитета (совета) как института в 1980-1988 гг., включая ввод в действие первого экспериментального закона с 1 июня 1988 года, правомерно разделить на периоды: 1) создание образца, 2) пилотные проекты, 3) полное развертывание и начало оформления института главы сельсовета .<br />Начальный этап реформирования с 1979 по 1984 год характеризуют как «первоначальный «хаос», наряду с которым вступила в действие демографическая политика «одна семья - один ребенок». Доконституционный период 1980-1982 гг. - «спонтанное» создание сельских комитетов (советов). «Первоначально они были созданы только в некоторых районах страны и носили разные названия, например &quot;сельские комитеты&quot;, &quot;руководящие группы по охране общественного порядка&quot;, &quot;комитеты по управлению&quot; и т.д.». В Гуанси-Чжуане, Хэбэе и Сычуани возникла целая группа выбранных населением сельских комитетов, с неоднородным составом и ненадежной организацией; их деятельность ограничивалась какой-либо одной проблемой; правила сельской жизни не были направлены на достижение общего блага. Постоянно действующий сельский совет как сельская первичная общественная автономная организация соседних домохозяйств числом от 100 до 700, впервые был закреплен в Конституции 1982 г. и после того начался период «пилотных проектов».<br />Все провинции в соответствии с конституционными требованиями направили рабочие группы в сельскую глубинку для создания экспериментальных сельсоветов. Период 1983-1985 годов - это завершение работы по созданию института сельсовета: к февралю 1985 г. было создано более 940 тысяч пилотных сельских комитетов по всей стране, которые «явились новой структурой в системе управления Китая и положили начало реформам политической системы в сельской местности. Комитеты сельского населения должны были стать самыми массовыми организациями самоуправления, которые представляли собой важное связующее звено между крестьянством и партийно-государственным аппаратом».<br />Представляется, что сельские комитеты действительно создавались как связующее звено и форма сотрудничества государства с <span style="font-style: italic">«дойной коровой»</span> китайской модернизации, которое осуществлялось (-ется) на двух уровнях: с конкретным фермерским домохозяйством и с коллективом домохозяйств как единым пользователем инфраструктуры, сформированным после внедрения системы совместных контрактов. И только затем сельский комитет выступает как организация самоуправления, обеспечивающая, главным образом, общественную безопасность в деревне. <span style="font-style: italic">«Официальная пропаганда поспешила провозгласить завершение процесса создания комитетов по всей стране» </span>, но огромное количество наспех созданных комитетов (советов) не перешло в качество управления. И <span style="font-style: italic">«стало очевидно, что работа по упорядочению и совершенствованию органов низового самоуправления в деревне еще далеко не закончена» </span>.<br />В соответствии с Конституцией было установлено единое название «сельский комитет (совет)», за которым были закреплены функции народных представителей, безопасности и общественного здравоохранения. Были разработаны система работы и принципы деятельности сельсоветов. Период 1986-1988 гг. характеризуется повсеместным становлением сельсовета как института МестногоСамоУправления и началом формирования института главы сельсовета.<br />Второй этап 1989-1998 гг. - непростой путь от одного закона к другому. В течение данного периода в истории современного Китая произошли политические события разной значимости, одно из которых на площади Тяньаньмэнь стало известно всему миру. В 1989 году - году сорокалетия КНР, который завершил пятилетний период высокой инфляции, приведший к избыточной денежной массе и обесценению юаня, к экономическому кризису добавился острый политический кризис. Участники совещания в ЦК КПК 5 июля 1990 г., включая авторитетных китайских экономистов, пришли к мнению, что «инфляция 1988 г. и политические волнения лета 1989 г. были спровоцированы чрезмерным увлечением рынком», невидимая рука которого оказалась палкой о двух концах и больно ударила по всему Китаю.<br /><span style="font-style: italic">«Во всех сферах общественной жизни усилился крен в сторону &quot;порядка&quot; и &quot;стабилизации&quot;, восстановления авторитета власти и проводимой социально-экономической политики» </span>. Общенациональный тренд не миновал и процесса реализации закона о выборах сельских комитетов. Стали появляться мнения, что сельские комитеты <span style="font-style: italic">«являются продуктом буржуазной либерализации»</span> и <span style="font-style: italic">«отклоняются от реальности сельского Китая»</span>. В самой крупной крестьянской провинции - Хэнань, где в пилотном режиме создавали сельские комитеты, процесс был приостановлен. Чтобы обсудить проблемы, стоящие на пути развития местного самоуправления, МГА, другие ведомства и профсоюзы подготовили и провели первую общекитайскую конференцию на данную тему со времени основания КНР -конференцию в уезде Лайси провинции Шаньдун. <span style="font-style: italic">«Когда состоялась &quot;Лайси-конференция&quot; (5-10 августа 1990 г.), первые общенациональные выборы в сельский комитет были в основном завершены. Важность встречи (конференции) состоит в определении перспективы развития самоуправления жителей и избрания их комитетов, чтобы &quot;они не перевернулись с ног на голову в ответ на брошенный им вызов&quot;» </span>.<br /><span style="font-style: italic">«Опыт Лайси (как уездной системы выборов, так и решений собственно конференции) по окончании мероприятия был распространен по всей стране. В Китае считают, что конференция сыграла важную роль в демократизации и стандартизации выборов в сельские комитеты» </span>, а самое главное - свела до нуля риск возврата к коммунам и бригадам. Представляется, что результат &quot;пути назад нет, только вперед&quot; был предопределен двумя факторами: а) разумностью решения для сельского населения, и, что не менее, а может быть более важно, б) объективной потребностью всего Китая, поскольку село было (и по сей день еще остается) системным источником ресурсов модернизации и базой продовольственной безопасности страны.<br />После успешного завершения «Лайси-конференции» и создания демонстрационных сельских комитетов появилось расписание на 1991-1994 гг., согласно которому в провинциях, после согласований «наверху» были запланированы и стали проводиться выборы в сельской местности. В целом для Китая 1990-1996 годы были периодом экономической, ценовой и валютной турбулентности: сверхвысокий экономический рост, сверхвысокая инфляция (21,7% в 1994 г.), на фоне которого в 1991-1994 гг. состоялись выборы в сельские комитеты, хотя и не везде.<br />В работе Э. Ниу, посвященной избирательным методам (системам) на сельских выборах 90-х годов в Ките, выделено четыре формы действий для попадания кандидатов в финальный список для голосования: голосование по номинации, т.е. прямая корреляция числа предварительных голосов с рейтингом замещаемых должностей; первичный метод, когда после оглашения имен претендентов избирательной комиссией организуются первичные выборы; консультативный способ или «три взлета - три падения», а также сходный с последним способ, только вместо сельского избиркома предложения исходят от местной партячейки; алгоритм согласования «три взлета - три падения» в любом случае считается основным.<br />С течением времени влияние модели «морских выборов», выбранной в качестве образца, распространялось все больше. В 1995-1997 гг. регулирование избирательных процедур было расширено до 9 способов выдвижения кандидатов. К таковым отнесены: 1) обычные выборы без кандидатов; 2) кандидаты, прошедшие предварительный отбор; 3) кандидат от коалиции (избираемых или фермеров); 4) кандидат от деревенской группы; 5) кандидаты от собрания представителей деревни или представители жителей деревни; 6) кандидат сельского комитета, партийной ячейки или организации сельского кластера (предлагать можно вместе либо отдельно); 7) кандидат от парткома деревни; от правительства; 8) кандидат от избирательной комиссии; 9) самовыдвиженцы.<br />С 1997 года начался первый этап развития современной экономики Китая - этап «слабой дефляции»; 1 июля 1997 г. юридически и фактически произошло присоединение Гонконга; 1997-1998 годы - купирование Китаем азиатского финансового кризиса. В ноябре 1998 года был принят постоянный закон о сельских комитетах, который вступил в силу с 1 января 1999 года, года нижней точки экономического цикла в Китае. В тот период, как пишет демистификатор китайской экономики Линь Ифу, пристальное внимание китайских и зарубежных специалистов, а также властей Китая привлекли три «сельские» проблемы, под которыми понимают «бедность села, тяготы крестьянства и угрозу для сельского хозяйства», которые фактически исходят от одного источника: слишком медленный рост уровня доходов крестьян.<br />Дефляция не лучшим образом <span style="font-style: italic">«повлияла на производственные отрасли, ... городские инвестиционные возможности изменились очень мало, рабочая сила не могла более перемещаться из сельской местности в город, и большая ее часть оказалась заперта в деревне </span>; а <span style="font-style: italic">«сельское население, которое к тому времени перебралось в город, оказалось под ударом» </span> городской безработицы. В таких условиях начался третий этап 1999-2003 годов - пятилетка всеобщих прямых выборов сельских комитетов после принятия обязательного закона, перерегулирование на его основе процедуры выборов в сельский комитет, которое означает видоизменение правил голосования.<br />В провинции Дзилинь (Гирин), например, внедрили двухтуровые способы замещения вакансий, которые назвали двойными выборами : если после первого тура не получали ожидаемого результата, либо избираемые получили одинаковые голоса, либо получили меньше требуемого количества голосов на должность, то через 5 дней проводили второй тур <span style="font-style: italic">«по простому большинству»</span>. Другой способ, не дающий осечки - <span style="font-style: italic">«позиционные выборы»</span> на предварительно составленный список вакансий по их числу избирали людей, а затем избранные распределяли между собой должности. В провинции Чжэцзян проходили выборы по соглашению : кандидаты давали предвыборные обещания; в случае избрания подписывали соглашение на исполнение своих предвыборных обещаний. В более людных, как представляется, населенных пунктах аннулировали общие собрания избирателей, разделив их на группы по избирательным участкам. Некоторые провинции аннулировали прокси-голосование и мобильные урны, в других добавили механизм юридической помощи. В Фуцзяни и Цзянси были введены выборы с предвыборной телерекламой и пропагандой .<br />Распространенными проблемами на выборах до начала нулевых годов были непрямое голосование, несоблюдение тайны голосования и <span style="font-style: italic">«нерегулярный»</span> подсчет голосов . В начале нулевых китайское руководство поставило перед собой и народом перечень ключевых задач, которые нужно выполнить. Наряду с «беспрецедентно беспощадной задачей» борьбы с коррупцией, «кампанией по развитию западных регионов», расширением прозрачности политических процессов (по мере урбанизации Китая), в их число вошло также установление дополнительных связей между руководством и крестьянством, включая содействие проведению демократических выборов в деревне.<br />Следующий этап выборов сельских комитетов в 2004-2010 гг. начался в новой социальной ситуации на селе, которую характеризуют такие кардинальные меры госпомощи, как отмена сельхозналога, увеличение инвестиций в сельское хозяйство и создание в сельской местности системы социального обеспечения; была введена также охрана пашни.<br />Вкупе с увеличением финансовой поддержки села сработал фактор урбанизации: деревни стали менее людными, т.к. отток жителей в города сыграл свою роль .<br />Политический курс на строительство новой социалистической деревни официально был выдвинут только в октябре 2005 года («развитие производства, достижение зажиточного уровня жизни, культурное просвещение, опрятность деревни, демократическое управление»), а в марте 2006 года такое строительство было названо ключевой задачей очередной китайской пятилетки, в решение которой наконец вошли и «три сельские проблемы». Инновационные практики, которые появились на сельских выборах 2004-2006 гг. в основном сводятся к действиям, перечисленным ниже.<br />На основе популяризации морских выборов , были приняты «выборы выдвинутых кандидатов» , «позиционные выборы» и «выборы кандидатов-самовыдвиженцев» Создали «судебное учреждение» сельской избирательной комиссия, в более широком масштабе на выборах стала внедряться система наблюдения. Добавили «судебное/нотариальное заверение» и установили систему правовой помощи; посредством собрания села (схода жителей) или собрания представителей села стали решать непростые вопросы сельской жизни, непосредственно влияющие на благосостояние жителей.<br />Наконец, заработала модель «два комитета», означающая одновременное выдвижение кандидатов в сельский комитет и сельский партком, которая априори предполагает устранение ненужной конфликтности сельского руководства. Для больших «объединенных деревень» стали применять «разделение избирательных округов (на участки)» и «двойные выборы». Нововведения таковыми фактически не являются. Например, «обучение инновациям» означает, что существующие практики спустили на местный уровень, или, что называется, дали «толчок»; «широкие инновации» означают продвижение или популяризацию удачных случаев предыдущих выборов в сельские комитеты.<br />В Китае пришли к выводу, что после дальнейшего регулирования выборов, процедура которых достигла высокой степени заорганизованности, нельзя будет совершать крупные <span style="font-style: italic">«прорывы»</span> и не следует ожидать <span style="font-style: italic">«взрывов». «Прорыв», «изучение (продвижение) инноваций»</span> стали основными формами, роль которых заключается в быстром распространении существующего опыта и зарекомендовавших себя практик . Например, в 2005 году как способ снятия социальной напряженности в межвыборный период в провинции Хэнань предложили метод оптимальной разработки демократических решений <span style="font-style: italic">«4+2»</span>, подразумевающий тесное сотрудничество низовых парторганизаций и крестьян-фермеров и/или их представителей. <span style="font-style: italic">«4+2»</span> включает 4 совещания <span style="font-style: italic">«по любому важному сельскому делу и вопросу, связанному с собственными интересами сельского населения»</span>, и 2 гласности, которые означают, что принятие решений и результат должны быть открытыми. <span style="font-style: italic">«Данный метод работы расширил каналы, по которым принимают участие в общественных делах члены партии, проживающие в деревне, расширил и укрепил демократию широких масс на этих территориях»</span> и привел к тому, что <span style="font-style: italic">«в работе наблюдается невиданный рост» </span>.<br />Откровенно перечисленные проблемы первого плана дополняются другими, менее заметными, но не менее важными и острыми, которые, по мнению Ши Вэймина, нельзя игнорировать . Например, вопросы об увеличении срока полномочий сельского комитета, о снятии с должности члена сельского комитета, о невыполнении сельской избирательной комиссией своих обязанностей и различные взгляды на выплату <span style="font-style: italic">«заработной платы за потерянную работу». «Анализ проведения выборов свидетельствует о том, что демократический режим серьезно недостаточен, предвыборные условия &quot;скудны&quot;, рабочие процедуры наивны по дизайну, игрофицированы и неудобны при голосовании, фактическая ситуация так называемого &quot;решения большинства&quot; часто является &quot;решением клана&quot;» </span>. Что касается последнего, то в Китае считают, что <span style="font-style: italic">«в новое время ... требуется исключить такие неприемлемые ситуации, когда формально власть принадлежит народу, а на деле все обстоит прямо противоположным образом».</span><br />Из провинциальных отчетов приведены разные принципиально-критичные мнения, наиболее фундаментальным считаем политически оценочное: выборы в сельские комитеты направлены не на создание современной нормативной демократической системы, а всего лишь стали политическим шагом правительства, позволяющим снять с себя бремя ответственности . О серьезности аргумента и отношения к нему лидера пятого поколения китайского руководства можно судить по тому, что с 2012 года «выражение &quot;брать ответственность&quot; стало частым в выступлениях Си Цзиньпина». В условиях &quot;новой нормальности&quot; <span style="font-style: italic">«смелость брать на себя ответственность стала одним из важнейших критериев оценки чиновников» </span>, ведь «представительная демократия имеет своей целью сформировать механизм обнаружения и исправления ошибок и недочетов, эффективно бороться с такими пороками, как принятие решения при недостаточной осведомленности и излишней самоуверенности» .<br />Как видно, наивысший уровень руководства Китая публично корректирует нюансы проводимой политики, и примеры издания монографии с анализом проблем в юбилейный год и книг - дополнительное свидетельство зрелости и дальновидности политического руководства, которое «не хочет стать собакой, стараясь стать тигром».<br />Далее приведем мнение китайского автора, обнародованное им на английском языке: «выборы в деревне, являющиеся политическим ответом на проблемы развития в сельских районах Китая в 1980-х годах, не были направлены на содействие демократии в Китае. Однако за последние десять лет (90-е годы ХХ века - авт.) процесс сельских выборов стал новой формой сотрудничества между государством и крестьянством», и данная форма постепенно развивается на пользу обеим сторонам.<br /><span style="font-style: italic">«После того, как Дэн Сяопин творчески включил рыночную экономику в социалистическую систему, ограничения для рыночного социализма в Китае исчезли. Вследствие этого в Китай были привнесены демократические преобразования по принципу разделения властей как основной формы изменения системы» </span>. За годы реформ Китай прошел путь от рубикона «спустить права и передать власть крестьянам» Дэн Сяопина, уничтожившего ограничения для развития материального благосостояния народа, до статуса, когда народная демократия широких масс вознесена на уровень жизненной необходимости, и до глобальной конкуренции социализма с капитализмом, в которой первый (под руководством КПК - авт.) стремится возглавить новую человеческую цивилизацию.<br />В целом по итогам сельских выборов 2007-2008 годов китайские аналитики предложили ключевые задачи реформирования и развития сельского самоуправления на длительную перспективу: формирование избирательных комиссий, регистрация избирателей, определение окончательного списка кандидатов и их конкуренция, процедура выборов и передача полномочий новому составу, проведение аудита сельских комитетов и продвижение некоторых <span style="font-style: italic">«инновационных»</span> практик, включая трансформацию <span style="font-style: italic">«морской»</span> модели выборов .<br />Что касается аудита как весьма острой проблемы, отмеченной первым местом, то девять провинций (Ляонин, Цзянсу, Хунань, Хайнань, Чунцин, Сычуань, Ганьсу, Цинхай и Синцзян) в 2007-2008 годах уже провели всесторонние финансовые проверки села . На втором месте оказалось регулирование конкурса кандидатов и привнесение в эту кампанию атмосферы единства, дружелюбия и сотрудничества. Далее отмечено регулирование избрания руководителей деревенских групп и представителей сельских жителей, что имеет очень важное значение, поскольку данные агенты избирательной кампании имеют полномочия и представляют соответствующие территориальные (производственные) части жителей деревни. На четвертом месте - изменение модели выборов и расширение, как поняли авторы, позиционных выборов и самовыдвижения кандидатов <span style="font-style: italic">(«кандидаты без выдвижения») </span>и их публичной предвыборной конкуренции. Пятым пунктом программы идет совершенствование механизма наблюдения за выборами, затем объединение выборов <span style="font-style: italic">«двух комитетов»,</span> партийного и сельского, которое уже произошло в Ляонине, Чжэцзяне, Аньхое, Шаньдуне, Хунани, Хайнани и Гуйчжоу, с выработкой и установкой системных стандартов. Завершает перечень пункт о выборах в <span style="font-style: italic">«трудных», «ключевых»</span> и <span style="font-style: italic">«объединенных»</span> деревнях - т. е. таких, где выборы ранее не были удачными, и в которые необходимо, по предложению провинции Цзилинь, включить систему доверенных сельских комитетов .<br />Фактически был проведен фундаментальный анализ, и на его основе создали долгосрочный прогноз развития, который стал сбываться в условиях «новой нормальности»: <span style="font-style: italic">«с 2012 года государственное управление в Китае фокусируется на реализации народного управления государством»</span>. Понятие &quot;народного управления&quot; в условиях &quot;новой нормальности&quot; включает четыре компоненты, три из которых - институциональные столпы китайской демократии: институты собрания народных представителей, национальной районной автономии и самоуправления широких масс; и коммуникативная - многопартийное сотрудничество и политические консультации (естественно, под руководством КПК); при этом <span style="font-style: italic">«возрастающее внимание уделяется совершенствованию демократии и обогащению ее форм» </span>.<br />Система самоуправления широких масс как одна из основ «народного управления» впервые была упомянута в 2007 г., в докладе на 17 съезде КПК, и, тем самым, «ранг системы поднялся на небывалую высоту». Здесь есть маленький нюанс: доклад распространил понятие «демократия широких масс» также на внутрипартийную жизнь. Ранг системы поднялся, внутрипартийная жизнь стала сближаться с общественной, а нерешенные вопросы к законодательству остались, и в конце октября 2010 года состоялось назревшее обновление органического закона о выборах сельских комитетов (на полгода ранее обновили закон о выборах депутатов разных уровней). Внесенные поправки уточнили условия регистрации избирателей (три ситуации «семья в деревне»), выдвинули единообразные требования к анкетам кандидатов, усовершенствовали процедуры выборов и увольнения членов сельских комитетов, добавили механизмы выхода членов сельских избирательных комиссий и обжалования возражений по спискам избирателей, правила делегирования голосов.<br />Этап 2011-2017 гг. - это время реализации обновленного закона в жизнь, когда все провинции (АР, города) активно стали принимать поправки в свои регламенты о выборах и на обновленной основе проводить избирательные кампании по истечении трехлетнего срока. На пять лет, как предлагалось, пока не перешли. В 2012 г. в докладе<br />18 партийного съезда впервые прозвучало словосочетание <span style="font-style: italic">«режим здоровой социалистической представительной демократии»</span> и была поставлена задача <span style="font-style: italic">«усовершенствовать демократию широких масс»</span>, расширяя рамки народного самоуправления и активно развивая демократические консультации . В 2017 году состоялся 19 съезд КПК, на котором было принято решение а) о переходе на пятилетний срок работы низовых парторганизаций и сельских советов, и б) о синхронизации данных выборов.<br />Тем самым, с 2018 года открылся этап перехода на 5-летний срок работы сельсоветов, провинции стали вносить поправки в свои регламенты (на момент написания статьи состоялись процедуры в небольшом числе провинций, выборы на пятилетку начались в конце 2020 г.), дабы следующие избирательные кампании проводить согласно новым правилам. Новая образцовая модель выборов в сельские комитеты взамен «морской» пока дискутируется, однако, во исполнение решений 19 съезда КПК, активно внедряется модель «два комитета». Процедура выборов по этой модели начинается с избрания секретаря сельской партийной организации, в котором принимают участие только деревенские члены партии (например, 32 чел. в деревне численностью 1600-1700 чел.). Затем начинаются выборы деревенского «старосты» и членов сельского комитета. Избиратели - это 32 члена КПК и 14 представителей групп населения, всего 46 чел. Из них на выборах присутствуют не все: кто-то может опоздать, кто-то не прийти по иной причине. Избиратели пишут на бумаге имена предварительно согласованных кандидатов, а затем счетная комиссия подсчитывает голоса. Проходят 5 кандидатур с наибольшим числом голосов. Через 3 недели назначается второй тур, поскольку нужно до-выбрать недостающих членов комитета до полного комплекта в 7-11 человек. За всем процессом наблюдает специальная комиссия от поселка, вокруг которого расположены деревни (один поселок может объединять до двух десятков деревень). Все этапы избирательного процесса сопровождает симбиоз конкуренции и коррупции как непременный атрибут выборов.<br />Подведем итоги. Политика реформ в китайской деревне, которая привела к созданию комитетов сельских жителей в 80-х годах ХХ века, и демократические преобразования по принципу разделения властей как основной формы изменения системы, были в значительной мере результатом самоорганизации крестьян, поддержанной властями отнюдь не сразу. Сельские комитеты стали возникать как связующее звено и форма сотрудничества государства с донором модернизации, которое осуществляется как с домохозяйством, так и с коллективом оных как единым пользователем инфраструктуры. Поначалу сельский комитет как организация самоуправления обеспечивал, главным образом, общественную безопасность в условиях «сытой, но плохо спящей жизни».<br />Поэтапно развиваясь, вслед за перипетиями социально-экономического развития, комитеты сельских жителей уже прожили девять трехлетних созывов и стали неотъемлемой частью жизни на селе. Тем не менее, в Китае обоснованно появилось суждение, что выборы в сельские комитеты не направлены на создание современной демократической системы, а всего лишь стали политическим шагом правительства, позволяющим снять с себя бремя ответственности. И действительно, с 2012 года, в формате &quot;новой нормальности&quot; смелость брать на себя ответственность стала одним из важнейших критериев оценки чиновников. При этом в большинстве провинций, с оглядкой на постоянное уменьшение численности сельского населения, постепенно вернулись к дореформенному делению территориальной организационной структуры.<br />Поскольку в большинстве деревень нет коллективных хозяйствующих субъектов, и сельские жители мало зависят от организаций данного уровня, то часть людей апатично относится к политическому участию. Западные институты народовластия наполняются восточным содержанием в случаях, когда де-факто «решение большинства» является «решением клана», а препятствия выборам и негативное влияние на них со стороны кланов и религиозных сект, межклановые конфликты вырастают, в том числе, на почве несовершенства законодательства, подкупа и его трактовки в сознании сельских жителей.<br />Воспроизводство системы местного самоуправления, как и сама система, стали активно развиваться с 2004 года, когда на селе применили комплекс мер государственной социально-экономической поддержки. Вместе с тем, сложному процессу пере/выборов, контролируемому властями, сопутствуют объективные трудности, вызванные урбанизацией страны. Речь идет о проблемах, вызываемых непрерывным административно-территориальным переделом (укрупнением населенных пунктов, ликвидацией деревенских групп, переселением деревень, изъятием земель под строительство) и миграцией.<br />Современный этап обновления жизни в деревне как политический курс официально был выдвинут только в октябре 2005 года, в марте следующего строительство опрятной деревни было названо ключевой задачей очередной китайской пятилетки, в решение которой включили сельские проблемы. Система самоуправления широких масс как одна из четырех основ «народного управления» впервые была прописана в докладе 17 съезда КПК в 2007 г., подняв, тем самым, ранг данной системы на необходимо-должную высоту. В 2010 г. состоялось назревшее обновление органического закона о выборах сельских комитетов.<br />Китайское село было и остается системным источником ресурсов модернизации и базой продовольственной безопасности страны. С 2012 года государственное управление в Китае официально стало фокусироваться на реализации народного управления государством, которое в условиях «новой нормальности» включает институт самоуправления широких масс.<br />Поскольку обязательная для исполнения сверху донизу непоказная китайская реальность имеет целью сформировать механизм исправления ошибок, эффективно бороться с принятием решений в условиях недостатка осведомленности и излишка самоуверенности, то задача исключения ситуаций, когда формально власть принадлежит народу, а де-факто все наоборот, последовательно и настойчиво решается. Тому свидетельство - многолетний непрерывный процесс воспроизводства местного самоуправления в сельской местности Поднебесной.</p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Wed, 06 May 2026 08:00:07 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=335#p335 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=334#p334 <p><a href="https://dzen.ru/a/afnZ4U64eBw9edSM?ysclid=mosng72280458605416" rel="nofollow" target="_blank">https://dzen.ru/a/afnZ4U64eBw9edSM?yscl &#8230; 0458605416</a></p> <p>Два шага до Кремля: после удара по Чебоксарам Киев анонсировал «горячее лето» с баллистикой по Москве</p> <p><span style="font-style: italic">5 мая 2026</span></p> <p>В ночь на 5 мая Вооруженные силы Украины впервые применили крылатые ракеты F-5 «Фламинго» для удара по российской территории, поразив оборонный завод «ВНИИР-Прогресс» в Чебоксарах. Ракеты преодолели более 1500 километров, а президент Украины Владимир Зеленский назвал эту атаку частью операции Deep Strike. Параллельно с этим совладелец компании-разработчика «Фламинго» Денис Штильман анонсировал на середину 2026 года запуск по Москве 20–30 баллистических ракет с дальностью до 850 километров.<br />Украина нанесла свой самый дальний ракетный удар по российской территории с начала конфликта. В ночь на 5 мая в рамках операции Вооруженных сил Deep Strike были осуществлены боевые пуски крылатых ракет F-5 «Фламинго», которые поразили несколько объектов военно-промышленного комплекса России, включая завод АО «ВНИИР-Прогресс» в городе Чебоксары (Чувашия). По словам президента Владимира Зеленского, украинские ракеты преодолели расстояние более 1500 километров. Завод «ВНИИР-Прогресс» производил системы релейной защиты, автоматики и, что наиболее важно, помехозащищенные навигационные модули «Комета» для российских беспилотников, крылатых и баллистических ракет, а также для корректируемых авиабомб.<br />Цель атаки была предельно конкретной: подорвать российский военно-промышленный потенциал, лишив армию РФ критически важных компонентов для навигации высокоточного оружия, которое используется против Украины. Эта атака стала не первой попыткой удара по данному предприятию — завод уже подвергался обстрелам в ноябре 2025 года и летом 2024-го, что приводило к приостановке его работы. Нынешний удар, по всей видимости, стал самым успешным. На фоне атаки в 18 регионах России объявлялась ракетная опасность, а более десятка аэропортов, включая Пермь, Челябинск, Уфу и Казань, вводили ограничения на прием и вылет рейсов.<br />Однако этим дело не ограничивается. Совладелец компании Fire Point (разработчика «Фламинго») Денис Штильман в интервью Дмитрию Гордону* заявил, что Украина планирует нанести удар по Москве с использованием 20–30 новых баллистических ракет. По его словам, такие ракеты будут иметь дальность до 850 километров, а их подготовку к боевому применению планируется завершить к середине 2026 года.<br />Эти планы следует рассматривать в связке с ультиматумом, который Владимир Зеленский фактически выдвинул на саммите Европейского политического сообщества в Ереване, открыто заявив о возможности нанесения ударов дронами по Москве во время празднования Дня Победы 9 мая. В российском МИДе это назвали прямым провокационным заявлением, направленным на срыв перемирия, объявленного Владимиром Путиным на 8 и 9 мая. Мария Захарова провела жесткую историческую параллель: «Дню Победы 9 мая 80 лет назад отчаянно сопротивлялись нацисты. То же мы видим и сегодня». В Минобороны РФ, в свою очередь, пообещали, что в случае попыток сорвать празднование последует «массированный ракетный удар по центру Киева».<br />Таким образом, перед нами — следствие многомесячных усилий Украины по созданию собственного ракетного арсенала. В марте 2026 года Зеленский заявлял, что все ракеты с дальностью поражения более 1000 километров были произведены на Украине, а не получены от западных партнеров. Успешный пуск «Фламинго» по Чебоксарам стал демонстрацией этого тезиса. Следующий этап, по всей видимости, будет включать удары по российской столице. Нет нужды напоминать, что в этом году на московском параде Победы впервые за 18 лет не будет военной техники, что объясняют соображениями безопасности. Удар по Кремлю во время главного праздника страны стал бы актом максимальной эскалации — и именно к этому, судя по всем признакам, сейчас готовится украинская сторона.</p> <p><span style="font-style: italic">*- внесён в список террористов и экстремистов Росфинмониторинга.</span></p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Wed, 06 May 2026 07:57:31 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=334#p334 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=333#p333 <p>VI<br />&#160; &#160; &#160;На чаше весов</p> <p>&#160; &#160; &#160;</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">Свернутый текст</div><blockquote><p>Победил&#160; человек,&#160; но&#160; &#160;победила&#160; и&#160; &#160;пушка.&#160; Правда,&#160; непосредственная опасность кораблекрушения миновала, но, однакож, корвет&#160; не был окончательно спасен.<br />Вряд&#160; ли представлялось возможным&#160; исправить нанесенные&#160; повреждения. В борту насчитывалось пять пробоин,&#160; при этом самая большая -- в носовой части судна;&#160; из&#160; тридцати&#160; каронад&#160; двадцать&#160; лежали на&#160; лафетах&#160; мертвой&#160; грудой металла. Да и сама укрощенная и вновь посаженная на цепь пушка тоже вышла из строя:&#160; ее&#160; подъемный&#160; винт был погнут,&#160; из-за чего стала невозможной точная наводка. Батарея теперь состояла всего из&#160; девяти действующих орудий. В трюм набралась вода. Необходимо было принять&#160; срочные меры для спасения корабля и пустить в ход насосы.<br />Нижняя&#160; палуба, доступная теперь для осмотра, являла поистине плачевное зрелище. Взбесившийся слон и тот не мог бы так изломать свою клетку.<br />Как ни важно&#160; было&#160; для корвета пройти незамеченным,&#160; еще&#160; важнее&#160; было предотвратить&#160; неминуемое&#160; крушение.&#160; Пришлось&#160; осветить&#160; палубу,&#160; прикрепив фонари к борту.<br />Когда длилась трагическая борьба, от исхода&#160; которой зависела&#160; жизнь&#160; и смерть экипажа, никто не обращал внимания на то, что творилось в&#160; море.&#160; Тем временем&#160; сгустился&#160; туман, погода резко переменилась, ветер&#160; свободно играл кораблем; выйдя из-под прикрытия Джерсея и&#160; Гернсея,&#160; судно&#160; отклонилось&#160; от курса и оказалось значительно южнее, чем следовало;&#160; теперь корвет находился лицом к лицу&#160; с разбушевавшейся&#160; стихией. Огромные&#160; валы лизали зияющие раны корабля, и как страшна была&#160; эта&#160; грозная ласка! Баюкающая зыбь таила в себе опасность. Ветер крепчал. Нахмурившийся горизонт сулил шторм, а быть&#160; может, и ураган. Взор различал в потемках лишь ближайшие гребни волн.<br />Пока весь экипаж спешно&#160; исправлял&#160; наиболее&#160; серьезные повреждения&#160; на нижней палубе,&#160; пока&#160; заделывали&#160; пробоины, расставляли по&#160; местам уцелевшие орудия, старик пассажир поджидал на верхней палубе.<br />Он стоял неподвижно, прислонившись к грот-мачте.<br />Погруженный в свои&#160; думы, он не замечал движения, начавшегося на судне. Шевалье&#160; Ла&#160; Вьевиль&#160; приказал солдатам&#160; морской&#160; пехоты выстроиться&#160; в&#160; две шеренги&#160; по&#160; обе&#160; стороны&#160; грот-мачты;&#160; услышав&#160; свисток&#160; боцмана,&#160; матросы, рассыпавшиеся по реям, бросили работу и застыли на местах.<br />Граф дю Буабертло подошел к пассажиру.<br />Вслед&#160; &#160;за&#160; капитаном&#160; шагал&#160; какой-то&#160; человек&#160; в&#160; &#160;порванной&#160; одежде, растерянный, задыхающийся и все же довольный.<br />То&#160; был&#160; канонир,&#160; который&#160; только что и&#160; весьма&#160; кстати&#160; показал&#160; себя искусным укротителем чудовищ и одолел взбесившуюся пушку.<br />Граф отдал старику в крестьянской одежде честь и произнес:<br />- Господин генерал, вот он.<br /> Канонир стоял по уставу на вытяжку, опустив глаза.<br /> Граф дю Буабертло добавил:<br /> - Генерал, не считаете ли вы, что командиры должны отметить чем-нибудь поступок этого человека?<br />- Считаю, -- сказал старец.<br />- Соблаговолите отдать соответствующие распоряжения, --&#160; продолжал&#160; дю Буабертло.<br />- Командир здесь вы. Ведь вы капитан.<br />&#160; &#160; &#160;-- А вы -- генерал, -- возразил дю Буабертло.<br /> Старик бросил на канонира быстрый взгляд.<br />- Подойди сюда, -- приказал он.<br />Канонир сделал шаг вперед.<br />Старик&#160; повернулся к&#160; графу&#160; дю Буабертло, снял&#160; с груди капитана крест Святого Людовика и прикрепил его к куртке канонира.<br />- Урра! -- прокричали матросы.<br />Солдаты морской пехоты взяли на караул.<br />Но&#160; старый&#160; пассажир,&#160; указав&#160; пальцем&#160; на&#160; &#160;задыхавшегося&#160; от&#160; счастья канонира, добавил:<br />- А теперь расстрелять его.<br />Радостные клики вдруг смолкли, уступив место угрюмому оцепенению.<br />Тогда&#160; среди&#160; воцарившейся мертвой&#160; тишины старик&#160; заговорил громким&#160; и отчетливым голосом:<br />- Из-за небрежности одного человека судну грозит опасность. Кто знает, удастся ли спасти его от крушения. Быть в открытом море, значит быть лицом к лицу с врагом. Корабль в плавании&#160; подобен армии&#160; в бою. Буря притаилась, но она&#160; всегда&#160; рядом. Море - огромная ловушка.&#160; И смертной казни заслуживает тот,&#160; кто совершил&#160; ошибку&#160; перед&#160; лицом врага. Всякая&#160; ошибка&#160; непоправима.<br />Мужество достойно вознаграждения, а небрежность достойна кары.<br />Слова&#160; старика&#160; падали в&#160; тишине&#160; медленно&#160; и&#160; веско, с&#160; той неумолимой размеренностью, с которой топор удар за ударом врезается в ствол дуба.<br />И, властно взглянув на солдат, он добавил:<br />- Выполняйте приказ.<br />Человек,&#160; на лацкане куртки&#160; которого&#160; блестел крест&#160; Святого Людовика, потупил голову.<br />По знаку графа дю&#160; Буабертло два матроса спустились на нижнюю палубу&#160; и принесли оттуда морской саван;&#160; корабельный&#160; священник,&#160; который&#160; с&#160; момента прибытия на судно не выходил из кают-компании,&#160; где он читал молитвы, шел за ними&#160; следом; сержант&#160; вызвал из рядов двенадцать&#160; человек и построил&#160; их по шестеро&#160; в&#160; две&#160; шеренги, канонир молча&#160; стал между ними.&#160; Священник,&#160; держа распятие&#160; в&#160; руке, выступил вперед&#160; и подошел&#160; к&#160; капитану. &quot;Шагом марш&quot;, - скомандовал сержант. Взвод медленно двинулся к носу&#160; корабля,&#160; два&#160; матроса, несшие саван, замыкали шествие.<br />На&#160; &#160;корвете&#160; наступила&#160; гробовая&#160; тишина.&#160; Слышались&#160; &#160;только&#160; далекие завывания бури.<br />Через&#160; несколько&#160; мгновений&#160; раздался&#160; залп,&#160; блеснул&#160; во&#160; мраке&#160; огонь выстрелов,&#160; потом все&#160; смолкло, и лишь всплеск&#160; воды,&#160; принявшей в свое лоно труп расстрелянного канонира, нарушил тишину.<br />Старик пассажир&#160; попрежнему стоял в раздумье, прислонясь к грот-мачте и скрестив на груди руки.<br />Буабертло указал&#160; на него пальцем и, обращаясь к Ла Вьевилю, вполголоса произнес:<br />- Отныне у Вандеи есть глава.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Fri, 01 May 2026 13:24:57 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=333#p333 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=332#p332 <p>Pete Johnson - Boogie Woogie Man</p> <p><a href="https://youtu.be/dASH4Ocw7iA?si=xefXJLl6U3XyDH1J" rel="nofollow" target="_blank">https://youtu.be/dASH4Ocw7iA?si=xefXJLl6U3XyDH1J</a></p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Fri, 01 May 2026 13:23:09 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=332#p332 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=331#p331 <p>(М.Букчин . Испанские анархисты. Героические годы, 1868–1936.)</p> <p>(гугл-перевод)<br />МИХАИЛ БАКУНИН </p> <p>Человеком, наиболее успешно обеспечившим обширные плебейские слои испанского анархизма целостным сводом идей, был не испанец и не плебей, а русский аристократ Михаил Бакунин. Хотя с момента его смерти прошло уже столетие, он остается одной из самых противоречивых, малоизвестных и оклеветанных фигур в истории революционных движений XIX века. Он не удостоился посмертных почестей, которыми награждают Маркса. По сей день почти все описания его жизни и идей, написанные неанархистскими авторами, пронизаны злобой и враждебностью. Его имя до сих пор вызывает в воображении образы насилия, грабежа, терроризма и пламенного восстания. В эпоху, когда присвоение памяти погибших революционеров стало искусством, Бакунин пользуется уникальной честью быть самым оклеветанным революционером своего времени.<br />То, что один лишь вид Бакунина вызывал ощущение угрозы, подтверждается каждым описанием, переданным нам его современниками. Все они изображают его в общих чертах: невероятно высокий, крупный мужчина (Маркс описывал его как «бык»), с растрепанной, львиной гривой, лохматыми бровями, широким лбом и густо бородатым лицом с выраженными славянскими чертами. Эти гигантские черты сочетались с жизнерадостным характером и необычайной энергией. Утонченный русский эмигрант Александр Герцен оставил нам бесценное описание того времени, когда Бакунин, которому уже было около пятидесяти лет, находился в его доме в Лондоне. Бакунин, рассказывает он :<br /><span style="font-style: italic">&quot;спорил, проповедовал, отдавал приказы, кричал, решал, организовывал, увещевал — весь день, всю ночь, все двадцать четыре часа подряд. В оставшиеся короткие мгновения он бросался на стол, сметал с него немного табачного пепла и начинал писать пять, десять, пятнадцать писем в Семипалатинск и Арад, в Белград, Молдавию и Белоруссию. В середине письма он бросал ручку, чтобы опровергнуть какого-нибудь реакционного далматинца; затем, не закончив речь, он хватал ручку и продолжал писать… Его активность, его аппетит, как и все остальные его черты — даже его гигантские размеры и постоянное потоотделение — были сверхчеловеческими…&quot;</span></p> <p>Это было написано после того, как измученный, политически разочарованный Герцен расстался с энергичным революционером. Тем не менее, описание дает нам представление о той непреодолимой силе, которая исходила от Бакунина, качествах, которые помогли ему пройти через испытания, легко сломившие бы обычных людей. Сила Бакунина, сколь бы властной она ни казалась Герцену, смягчалась естественной простотой и отсутствием притворства и злобы, граничащих с детской невинностью. Как и многие русские эмигранты того времени, Бакунин был чрезмерно добр и великодушен. Некоторые использовали эти черты в сомнительных целях, но были и другие (среди них молодые итальянские, испанские и русские революционеры), которых сильно привлекала теплота его личности, и которые на протяжении всей своей жизни обращались к нему за моральным вдохновением.<br />Он родился в мае 1814 года в Премухине, довольно большом имении в 240 километрах к северо-западу от Москвы. Будучи дворянином, чья мать была связана родом с правящими кругами России, Бакунин отказался от неприятной военной карьеры и перспективы застоя в родовом имении ради жизни, полной странствий и революционной деятельности в Европе. В 1848 году он оказался в Париже, затем в Праге и, наконец, в Дрездене, где буквально путешествовал от одного восстания к другому, неуемно стремясь к действию. С мая 1849 года он переходил из одной тюрьмы в другую — саксонскую, австрийскую и русскую — прежде чем бежать из Сибири и прибыть в Лондон в 1863 году.<br />Вплоть до 1860-х годов Бакунин был, по сути, революционным активистом, придерживавшимся радикальных демократических и националистических взглядов того времени. Именно в Лондоне, и особенно во время длительного пребывания в Италии, он начал формулировать свои анархистские взгляды. В оставшиеся тринадцать лет жизни он не переставал быть борцом за баррикады 1848 года и неоднократно участвовал в революционных заговорах, но именно в этот период он разработал наиболее зрелые из своих теоретических идей.<br />Анархизм Бакунина сводится к одной точке: неограниченной свободе. Он не терпит компромиссов в отношении этой цели, и она пронизывает все его зрелые сочинения. «Я имею в виду единственную свободу, достойную этого названия», — пишет он.</p> <p><span style="font-style: italic">&quot;Свобода заключается в полном развитии всех материальных, интеллектуальных и моральных способностей, заложенных в каждом человеке; свобода, которая не признает никаких других ограничений, кроме тех, которые продиктованы законами нашей природы, что, собственно говоря, равносильно утверждению об отсутствии каких-либо ограничений вообще, поскольку эти законы не навязываются нам каким-либо внешним законодателем, стоящим над нами или рядом с нами. Эти законы имманентны, присущи нам; они составляют саму основу нашего бытия, как материального, так и интеллектуального и морального; и вместо того, чтобы видеть в них предел нашей свободы, мы должны рассматривать их как ее действенную причину.&quot;</span></p> <p>Однако «имманентные» и «неотъемлемые» законы, лежащие в основе человеческой природы, не приводят к яростному индивидуализму, рассматривающему социальную жизнь как ограничение; Бакунин категорически отрицает, что индивиды могут жить как асоциальные «эго». Люди хотят быть свободными, утверждает он, чтобы реализовать себя, а для этого они должны жить с другими в сообществах. Если эти сообщества не искажены собственностью, эксплуатацией и властью, они стремятся к кооперативному и гуманистическому равновесию, исходя из чистого общего интереса.<br />Критика капитализма со стороны Бакунина в значительной степени опирается на труды Маркса. Он никогда не переставал восхвалять Маркса за его теоретический вклад в революционную теорию, даже во время их ожесточенных конфликтов внутри Интернационала. Основное разногласие между Марксом и Бакуниным сосредоточено вокруг социальной роли государства и влияния централизации на общество и революционные организации. Хотя Маркс разделял анархистское видение безгосударственного общества — «конечной целью» марксистского коммунизма, по сути, является форма анархии, — он рассматривает историческую роль государства как «прогрессивную» и видит в централизации прогресс по сравнению с локализмом и регионализмом. Бакунин категорически не согласен с этой точкой зрения. Он признает, что государство может быть «исторически необходимым» в том смысле, что его развитие было неизбежным во время выхода человечества&#160; из варварства, но оно также является «исторически необходимым злом, столь же необходимым в прошлом, как его полное искоренение будет необходимо рано или поздно, столь же необходимым, как первобытное скотство и теологические отклонения были необходимы в прошлом».</p> <p>Суть в том, что Бакунин, в отличие от Маркса, постоянно акцентирует внимание на негативных аспектах государства:<br /><span style="font-style: italic">&quot;Даже когда оно повелевает добром, оно обесценивает его, повелевая им ; ибо каждое повеление бьёт свободу по лицу; как только это добро повелевается, оно превращается в зло в глазах истинной (то есть человеческой, отнюдь не божественной) морали, достоинства человека, свободы...&quot;</span></p> <p>Эта глубоко моральная оценка играет важную роль во взглядах Бакунина, да и анархизма в целом. Для Бакунина люди — это не «инструменты» абстракции, называемой «историей»; они — самоцель, для которой нет абстрактных заменителей. Если люди начинают воспринимать себя как «инструменты» любого рода, они вполне могут стать средством, а не целью, и изменить ход событий таким образом, что никогда не достигнут свободы. Ошибочно оценивая себя и свою «функцию», они могут игнорировать возможности, которые могли бы непосредственно привести к освобождению или создать благоприятные социальные условия для свободы в будущем.<br />С таким экзистенциальным акцентом Бакунин радикально отходит от марксизма, который постоянно подчеркивает экономические предпосылки свободы и часто вводит крайне авторитарные методы и институты для продвижения экономического развития. Бакунин не игнорирует важную роль технологий в создании условий для свободы, но считает, что нельзя заранее сказать, когда эти условия созрели, а когда нет. Следовательно, мы должны постоянно стремиться к полной свободе, чтобы не упустить возможности для ее достижения или, по крайней мере, для подготовки условий для ее обретения.<br />Эти, казалось бы, абстрактные теоретические различия между Марксом и Бакуниным приводят к противоположным выводам весьма конкретного и практического характера. Для Маркса, чья концепция свободы искажена предпосылками и абстракциями, непосредственной целью революции является захват политической власти и замена буржуазного государства высокоцентрализованной «пролетарской» диктатурой. Таким образом, пролетариат должен организовать массовую централизованную политическую партию и использовать все средства, включая парламентские и избирательные методы, для расширения своего контроля над обществом. Для Бакунина же, напротив, непосредственной целью революции является расширение контроля индивида над собственной жизнью; следовательно, революция должна быть направлена &#8203;&#8203;не на «захват власти», а на её распад. Революционная группа, превратившаяся в политическую партию, структурирующуюся по иерархическим линиям и участвующую в выборах, предупреждает Бакунин, в конечном итоге откажется от своих революционных целей. Она будет денатурирована потребностями политической жизни и в конце концов будет «захвачена» тем самым обществом, которое стремится свергнуть.<br />Таким образом, с самого начала революция должна разрушить государственный аппарат: полицию, армию, бюрократию. Если насилие необходимо, оно должно осуществляться вооруженным революционным народом, организованным в народные ополчения. Революционное движение, в свою очередь, должно стремиться отражать общество, которое оно пытается создать. Чтобы движение не превратилось в самоцель, в другое государство, должно существовать полное соответствие между его средствами и целями, между формой и содержанием. В своих рассуждениях о структуре Интернационала Бакунин настаивает на том, что :<br /><span style="font-style: italic">&quot;Организация должна принципиально отличаться от государственной организации. Подобно тому, как государство является авторитарной, искусственной и насильственной, чуждой и враждебной естественному развитию интересов и инстинктов народа, так и организация Интернационала должна быть свободной и естественной, во всех отношениях соответствующей этим интересам и инстинктам.&quot;</span></p> <p>Таким образом, в последние годы существования Интернационала Бакунин должен был противостоять попыткам Маркса централизовать движение и фактически наделить его Генеральный совет властными полномочиями. <br />Бакунин придает большое значение роли спонтанности в революции и революционной деятельности. Если люди хотят обрести свободу, если они хотят быть революционизированы революцией, они должны совершить революцию сами, а не под руководством всезнающей политической партии. Однако Бакунин также признает, что революционное движение необходимо для того, чтобы превратить революционные возможности в реальность, способствовать революционному развитию посредством пропаганды, идей и программ. Революционное движение, по его мнению, должно быть организовано в небольшие группы преданных своему делу «братьев» (это слово часто встречается в его рассуждениях об организации), которые целенаправленно преследуют цель разжигания революции. Его акцент на малом масштабе отчасти мотивирован необходимостью сохранения секретности, существовавшей в южноевропейских странах его времени, а отчасти желанием способствовать сплоченности внутри революционного движения.<br />Для Бакунина революционная организация — это сообщество лично заинтересованных братьев и сестер, а не аппарат, основанный на бюрократии, иерархии и программных соглашениях. В большей степени, чем любой из великих революционеров своего времени, Бакунин стремился к соответствию между образом жизни и целями революционного движения. Он был уникален в своем восприятии революции как праздника. Вспоминая свой опыт в Париже вскоре после революции 1848 года, он пишет:<br /><span style="font-style: italic">&quot;Я вдыхал всеми своими чувствами и каждой клеточкой своего тела опьяняющую атмосферу революции. Это был праздник без начала и конца; я видел всех и никого не видел одновременно, ибо каждый человек был потерян в одной и той же бесчисленной и блуждающей толпе; я говорил со всеми, не помня ни своих слов, ни слов других, ибо мое внимание было поглощено новыми событиями и предметами, а также неожиданными новостями.&quot;</span></p> <p>Акцент Бакунина на заговорах и секретности можно понять только на социальном фоне Италии, Испании и России — трех стран Европы, где заговоры и секретность были вопросом выживания. В отличие от Маркса, который очень восхищался дисциплинированным, централизованным немецким пролетариатом, Бакунин возлагал свои главные надежды на социальную революцию на латинские страны. Он предвидел опасность обуржуазивания промышленного пролетариата и предупреждал о его последствиях. Следуя предрасположенности к недоверию к стабильным, самодовольным, институционализированным классам в обществе, Бакунин все больше обращался к разлагающимся, докапиталистическим классам, которые преобладали в России и Южной Европе: безземельным крестьянам, рабочим, не имеющим отношения к обществу, ремесленникам, находящимся на грани разорения, беспринципным деклассовым интеллектуалам и студентам. Маркс считал формирование стабильного промышленного рабочего класса предпосылкой для социальной революции. Однако Бакунин увидел в этом процессе крах всех надежд на подлинно революционное движение — и в этом отношении он оказался глубоко пророческим.<br />Бакунин не был коммунистом. Возможно, он признавал, что экономическое развитие в его время не допускало коммунистического принципа: «От каждого по способностям, каждому по потребностям». В любом случае, он принимал идею Прудона о том, что удовлетворение материальных потребностей должно быть связано с трудом каждого человека. Бакунин также строго следовал федералистскому подходу Прудона к социальной организации. Но в отличие от французского мутуалиста, он считал коллектив, а не независимого ремесленника, основной социальной единицей. Он резко критиковал прудоновских мутуалистов:<br /><span style="font-style: italic">&quot;те, кто представляют общество как результат свободного договора индивидов, абсолютно независимых друг от друга и вступающих во взаимоотношения лишь на основании заключенного между ними соглашения. Как будто эти люди спустились с небес, принеся с собой речь, волю, первоначальную мысль, и как будто они были чужды всему земному, то есть всему, что имеет социальное происхождение.&quot;</span></p> <p>Со временем эта точка зрения получила название «коллективистский анархизм», чтобы отличить её как от прудоновского мутуализма, так и, позднее, от «анархистского коммунизма», выдвинутого Петром Кропоткиным. (Обсуждение коммунистических взглядов Кропоткина см. на стр. 115–116 ниже.) Простой набросок теорий Бакунина не передаёт сути его трудов, того вдохновляющего духа, который вывел его личность на передний план радикальной истории XIX века. Будучи глубоко гуманным и добрым человеком (и действительно, именно благодаря своей внутренней человечности и доброте), Бакунин не уклонялся от насилия. Он подходил к проблеме с обезоруживающей откровенностью и отказывался размывать необходимость насилия — и реальность насилия, которое правящие классы ежедневно практиковали в своих отношениях с угнетёнными, — лицемерной позицией морального негодования. «Стремление к разрушению, — писал он в молодости, — это также и созидательное стремление». В его произведениях чувствуется яростный бунт против власти, безудержный гнев против несправедливости, пламенная воинственность в защиту эксплуатируемых и угнетенных. Несомненно, он жил в этом духе последовательно и с огромной личной смелостью.<br />В основе теорий Бакунина лежит более фундаментальный бунт принципа общности против государственного принципа, социального принципа против политического принципа. В этом отношении бакунинизм восходит к тем скрытым течениям в человечестве, которые всегда стремились восстановить общность как структурную единицу социальной жизни. Бакунин глубоко восхищался традиционными коллективистскими аспектами русской деревни, не из-за каких-либо атавистических иллюзий о прошлом, а потому что хотел видеть индустриальное общество, пронизанное атмосферой взаимопомощи и солидарности. Как и практически все интеллектуалы его времени, он признавал важность науки как средства содействия будущему улучшению человечества; отсюда и борющийся атеизм и антиклерикализм, пронизывающие все его сочинения. В то же время он требовал, чтобы научно-технические ресурсы общества мобилизовались на поддержку социального сотрудничества, свободы и общности, а не использовались в корыстных целях, для получения конкурентных преимуществ и ведения войны. В этом отношении Михаил Бакунин не отставал от своего времени, а опережал его на столетие или даже больше.<br />Для молодых испанских революционеров 1860-х годов, для воинственно настроенных рабочих Барселоны и беспокойных земледельцев Андалусии идеи Бакунина, казалось, кристаллизовали все их смутные чувства и мысли в вдохновенное видение истины. Он предоставил им целостный свод идей, который превосходно отвечал их потребностям: энергичный федерализм, революционный по своим методам, и радикальный коллективизм, основанный на местной инициативе и децентрализованных социальных формах. Даже его воинствующий атеизм, казалось, удовлетворял мощную волну антиклерикальных настроений, захлестнувшую Испанию. Перспектива участия в работе Интернационала обещала связать их судьбы с всемирным делом исторического масштаба. Наконец, Испания была готова к теориям Бакунина не только в социальном, но и в интеллектуальном плане. Если бакунистский анархизм был новым для аудитории Фанелли, то некоторые его элементы, такие как федерализм, были знакомыми темами обсуждения в Мадриде и Барселоне.<br />Не менее важными, чем федералистские идеи Бакунина, были его атеистические взгляды и нападки на клерикализм. Мы увидим, что испанская церковь в начале XIX века стала сильнейшей опорой абсолютизма и реакции, позже сплотившись вокруг карлистской линии (реакционных претендентов на испанский престол) и наиболее консервативных тенденций в политической жизни. Сговор между католической иерархией и испанскими правящими классами полностью «подорвал престиж духовенства среди рабочего класса», — пишет Елена де Ла Сушер, — «и привел к дехристианизации масс, что, по сути, является важнейшим феноменом истории Испании конца XIX и начала XX веков. Испанская буржуазия построила идеальный город, из которого плебеи, запертые за стенами, окружили духовенство ненавистью, которую они питали к институциям и кастам, допущенным в этот закрытый город».<br />Таким образом, уже в 1835 году гнев против зверств карлистов на севере привел к поджогам церквей во многих крупных городах Испании. Монахов ненавидели как паразитов, а высшие эшелоны иерархии рассматривались как просто клерикальные эквиваленты богатых светских землевладельцев и буржуазии. Их ненавидели еще сильнее из-за их религиозных претензий и призывов к смирению и добродетели бедности.<br />Акцент Бакунина на коллективизме, гораздо более сильный, чем у Прудона, пользовался особенно широкой популярностью среди обездоленных сельских классов. Он прекрасно соответствовал их представлению о « патриа чика» — автономном деревенском мире, который был покинут правящими классами ради комфортной жизни в крупных провинциальных городах.<br />Аналогичным образом, менталитет Робин Гуда, пронизывающий мысли Бакунина и по-своему являющийся заметной чертой его собственной жизни, несомненно, пользовался большой популярностью в таких регионах, как Андалусия, где крестьяне стали почитать социального разбойника как мстителя за несправедливость. В этой стране «вечного партизана» — образа, восходящего к временам мавританского нашествия, — одинокий отряд, борющийся за свободу, стал особенно дорог сельской бедноте и породил множество местных мифов и легенд.<br />Наконец, призыв Бакунина к прямым действиям нашел множество прецедентов в деревенских и городских восстаниях. Не имея даже минимальной защиты со стороны закона, испанский народ все больше полагался на собственные действия для устранения несправедливостей. Мы увидим, что использование избирательного права в Испании стало бессмысленным даже после введения всеобщего избирательного права. Во многих испанских деревнях местные политические боссы, касики ( как правило, землевладельцы, но часто юристы и священники), обладали абсолютным контролем над политической жизнью. Используя свою экономическую власть и, где это было необходимо, прямое принуждение, касики назначали всех местных чиновников своих округов и «передавали голоса» политическим партиям по своему выбору. Эта скандальная система неприкрытой политической манипуляции в сочетании с неоднократными государственными переворотами — печально известными «пронаниямьентос » — испанских военных офицеров, создала атмосферу широко распространенного цинизма по отношению к избирательной деятельности. Испанскому народу не нужно было убеждать русских аристократов в том, что государство является частной вотчиной правящих классов; их образование исходило непосредственно от высокомерных землевладельцев и буржуазии их собственной страны.<br />Таким образом, тот факт, что Джузеппе Фанелли смог немедленно одержать победу в Мадриде, возможно, был уникальным, но вряд ли это должно вызывать удивление. Представленные им взгляды не требовали сложных теоретических объяснений. Для его аудитории было достаточно уловить хотя бы обрывки идей Бакунина, чтобы почувствовать живую связь между социальными проблемами в Испании и страстными идеями русского эмигранта в Женеве.</p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Fri, 01 May 2026 13:21:33 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=331#p331 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=330#p330 <p><a href="https://russpain.com/news/skandalnoe-reshenie-tjue-immunitet-puchdemona-vozvrashhjon-posle-obvinenij-v-predvzyatosti-384754/" rel="nofollow" target="_blank">https://russpain.com/news/skandalnoe-re &#8230; ti-384754/</a></p> <p>СКАНДАЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ TJUE: ИММУНИТЕТ ПУЧДЕМОНА ВОЗВРАЩЕН ПОСЛЕ ОБВИНЕНИЙ В ПРЕДВЗЯТОСТИ <br />Европейский суд отменяет снятие защиты с каталонских политиков — что изменится для Испании и ЕС</p> <p>Суд ЕС признал процедуру лишения иммунитета Пучдемона и его соратников необъективной. Решение может повлиять на отношения между Мадридом и Брюсселем. Подробности — в материале.<br /><span style="font-style: italic"> Ricardo Rubio05.02.2026 </span></p> <p>Решение Европейского суда (TJUE) о восстановлении иммунитета Карлесу Пучдемону (Carles Puigdemont), Тони Комину (Toni Com&#237;n) и Кларе Понсати (Clara Ponsat&#237;) стало неожиданным поворотом для испанской политики. Для многих жителей Испании это не просто юридический нюанс, а вопрос доверия к европейским институтам и их способности обеспечивать справедливость в резонансных делах. Восстановление иммунитета может изменить баланс сил между Мадридом и Брюсселем, а также повлиять на будущее судебных процессов против каталонских лидеров.<br />Суд отменил решение Европарламента о снятии защиты с трёх каталонских политиков, сославшись на отсутствие беспристрастности у докладчика, который оказался членом той же политической группы, что и партия Vox — активный участник обвинения. По регламенту Европарламента, докладчик не должен быть связан ни с обвиняемыми, ни с инициаторами процесса. Нарушение этого принципа поставило под сомнение всю процедуру.</p> <p>Причины отмены</p> <p>Пучдемон, Комин и Понсати были избраны в Европарламент в 2019 году после бегства в Бельгию в 2017-м. В 2021 году их иммунитет был снят по запросу Верховного суда Испании, что позволило возобновить попытки их экстрадиции. Однако теперь TJUE признал, что процесс был скомпрометирован: докладчик по делу принадлежал к той же фракции, что и Vox, выступавшая в роли частного обвинителя после событий 1 октября 2017 года.<br />Европарламент ранее отмечал, что обвинения против каталонских политиков касались событий до их избрания и не были связаны с их деятельностью в качестве депутатов. Также не было найдено признаков политической мотивации преследования. Тем не менее, аргумент о предвзятости докладчика оказался решающим для отмены решения.</p> <p>Аргументы сторон</p> <p>В ходе разбирательства Пучдемон и его соратники настаивали, что Верховный суд Испании не имел полномочий инициировать процесс снятия иммунитета, а Европарламент действовал без должной объективности и не обосновал своё решение. Эти доводы были отклонены сначала в Генеральном суде ЕС, а затем и в TJUE, однако именно вопрос беспристрастности докладчика стал ключевым.<br />Интересно, что генеральный адвокат TJUE ранее поддержал снятие иммунитета, но суд не последовал его рекомендации. Это подчёркивает сложность и неоднозначность дела, а также указывает на внутренние разногласия в европейских институтах по столь чувствительным вопросам.</p> <p>Последствия для Испании</p> <p>Решение TJUE может стать прецедентом для аналогичных дел в будущем и усилить давление на испанские власти. Восстановление иммунитета усложнит экстрадицию Пучдемона и его соратников, а также может повлиять на стратегию Мадрида в отношении каталонского вопроса. В то же время, это решение может быть воспринято как сигнал о необходимости более прозрачных и беспристрастных процедур в европейских структурах.<br />В Испании уже разгораются споры о том, как это решение скажется на отношениях с Брюсселем и на перспективах судебных процессов против других участников событий 2017 года. Для многих политиков и экспертов это повод пересмотреть подходы к взаимодействию с европейскими институтами и к защите прав депутатов.</p> <p>Контекст и развитие</p> <p>Ситуация вокруг Пучдемона и его соратников остаётся динамичной. TJUE подчеркнул, что решение может быть пересмотрено, если будут представлены новые доказательства или изменятся обстоятельства. Пока же восстановление иммунитета означает, что любые дальнейшие действия против этих политиков должны соответствовать более строгим стандартам объективности и прозрачности.<br />В ближайшее время ожидается обновление информации по делу, поскольку стороны готовят новые заявления и возможные апелляции. Внимание общественности и СМИ к этому процессу не ослабевает, ведь на кону не только судьба отдельных политиков, но и репутация европейских институтов.<br />В последние годы европейские суды не раз вмешивались в дела, связанные с политической борьбой в Испании. Например, решения по вопросам экстрадиции и иммунитета уже становились предметом острых дебатов и вызывали неоднозначную реакцию в обществе. Подобные случаи показывают, насколько сложны отношения между национальными и европейскими органами власти, особенно когда речь идёт о резонансных политических процессах.<br />Ранее в Испании уже возникали ситуации, когда судебные решения вызывали бурю обсуждений и ставили под сомнение независимость и беспристрастность судей. Так, не так давно Конституционный суд страны оказался в центре внимания из-за решений, которые повлияли на позиции ключевых политиков в Мадриде. Подробнее о том, как судебные споры могут изменить политический ландшафт, читайте в материале Конституционный суд Испании подрывает позиции ключевого союзника Айюсо в Мадриде.</p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Fri, 01 May 2026 13:19:01 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=330#p330 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=329#p329 <p><a href="https://libmonster.ru/m/articles/view/СИОНИЗМ-И-БЛИЖНЕВОСТОЧНЫЙ-ВОПРОС" rel="nofollow" target="_blank">https://libmonster.ru/m/articles/view/С &#8230; НЫЙ-ВОПРОС</a></p> <p>СИОНИЗМ И БЛИЖНЕВОСТОЧНЫЙ ВОПРОС<br /><span style="font-style: italic"> Автор публикации: Л. Я. ДАДИАНИ </span></p> <p>Международная социал-демократия вплоть до окончания первой мировой войны осуждала и критиковала сионизм (включая и те его направления, которые демагогически объявляли себя &quot;социалистическими&quot; или &quot;марксистскими&quot;) как движение, несовместимое с социализмом и враждебное ему. Великая Октябрьская социалистическая революция, мощный подъем рабочего движения во всем мире, начавшийся распад колониальной системы, образование коммунистических партий в ряде стран - все это существенно повлияло на позицию большинства руководителей социал-демократических партий (в данном случае - в нежелательном для трудящихся направлении) по отношению к сионизму, и они объявили его &quot;национально-освободительным движением еврейского народа&quot;, а некоторые из них заговорили даже о его &quot;социалистическом&quot; характере. Ранее неоднократно отклонялись просьбы сионистских группировок о приеме их в ряды II Интернационала . Однако Социалистический рабочий интернационал (СРИ), созданный в 1923 г. правыми лидерами социал-демократии, принял в число своих членов сионистскую партию &quot;Ахдут гаавода&quot; (&quot;Объединение труда&quot;), выступавшую одновременно и как &quot;палестинская&quot; организация, и как объединение сионистских организаций, действовавших в ряде стран мира (&quot;Вельтфарбанд Поалей Цион&quot;).<br />Лидеры СРИ практически признали все основные, сугубо фальшивые сионистские догмы: о существовании некоей экстерриториальной &quot;еврейской нации&quot;, якобы единой для всех стран и времен; об &quot;извечности антисемитизма&quot;, о &quot;необходимости&quot; концентрации евреев на &quot;земле предков&quot; и пр. - и оказывали активную помощь международному сионизму. Делали они это главным образом через тех сионистов, которые в начале 30-х годов стали партией еврейского населения Палестины, а с 1939 г. играют решающую роль во Всемирной сионистской организации. Как известно, сионизм был и остался реакционной, сугубо националистической идеологией и практической политикой крупной еврейской буржуазии, был и остался врагом пролетарской демократии и социалистической революции, верным союзником империализма. Поддержка лидерами СРИ деятельности сионистов, направленной на откол еврейских рабочих от участия в общепролетарской борьбе против капитала и на создание в Палестине &quot;еврейского национального очага&quot;, вытекала из идеологии и стратегии оппортунистического руководства международной социал-демократии, которое активно выступало против СССР, против единства международного коммунистического и рабочего движения. Между сионистами, рядившимися в социалистические одежды, и неприкрыто буржуазными сионистами уже в тот период не было никаких принципиальных разногласий и имело место постоянное сотрудничество. Правая же социал-демократия в своей борьбе против первого в мире социалистического государства и идеологии коммунизма всячески поднимала на щит лживый тезис сионистов о том, что везде, дескать, кроме Палестины, евреи будут лишены здоровой основы существования. СРИ фарисейски объявлял социал-демократию &quot;единственным защитником&quot; евреев, последовательным борцом против антисемитизма . Однако жизнь показала, что, например, против такого реального носителя антисемитизма, как фашизм, правая социал-демократия, ослепленная антикоммунизмом, по сути дела активно не боролась.<br />Какая-то часть функционеров и рядовых членов социал-демократических партий не протестовала против сионизма, поверив лживым заверениям сионистской пропаганды о том, что это &quot;национально-освободительное движение&quot; несет спасение евреям, а левые сионисты борются за интересы трудящихся и станут строить в Палестине социалистическое общество. Известную роль в поддержке со стороны СРИ сионизма сыграло наличие среди видных деятелей многих социал-демократических партий лиц еврейского происхождения. Последних сионисты обрабатывали особенно интенсивно, и часть из них выступила в качестве трубадуров сионизма. Однако среди активных адвокатов сионизма всегда имелось также много социал- демократических вождей нееврейского происхождения. С другой стороны, в числе противников &quot;сионистской идеи&quot; находилось немало социал-демократов - евреев.<br />После образования государства Израиль (май 1948 г.) правая социал-демократия в лице существующего с 1951 г. Социалистического интернационала оказывала полную поддержку правящим кругам Израиля и вместе с ними заправилам международного сионизма. В выступлениях лидеров Социнтерна и большинства входящих в него партий Израиль афишировался как &quot;самое демократическое&quot;, &quot;полусоциалистическое&quot;, &quot;образцовое государство&quot; , а любые его внешнеполитические акции неизменно приветствовались. Такое отношение Социнтерна к политике правящих кругов Израиля обусловлено не только и даже не столько деятельностью сионистского лобби в руководстве Социнтерна и ряда его партий и наличием среди лидеров социал-демократии большого числа деятелей, связанных с сионистами многолетней совместной работой и личной дружбой, сколько близостью и определенным единством антикоммунистических целей руководства Социнтерна и входящих в него сионистских &quot;рабочих&quot; организаций. Материально и морально поддерживать экспансионистскую политику Израиля в отношении арабских стран побуждали правое крыло социал-демократии также его тесные связи с агрессивным блоком НАТО. Ведь Израиль рассматривается натовскими стратегами как &quot;форпост Запада&quot; на южном фланге НАТО. Весьма сильны в Социнтерне позиции сионистского лобби. Недаром среди учредителей Социнтерна числятся основная партия израильской правительственной коалиции МАПАЙ (с 1968 г. - МАИ) и &quot;Всемирное сионистское рабочее движение&quot; (прежние названия: &quot;Вельтфарбанд Поалей Цион&quot;, &quot;Всемирный союз сионистских социалистических партий&quot;, &quot;Всемирный союз социалистов-сионистов&quot;). Входящие в это &quot;движение&quot; партии и организации являются филиалами израильской МАИ. Они проводят активнейшую деятельность в интересах правящих кругов Израиля и всего международного сионизма, в интересах империализма, одно из основных орудий которого представляет собой сионизм безотносительно к партийно- политической принадлежности различных его течений и фракций. Одна из задач &quot;Всемирного сионистского рабочего движения&quot;-обработка еврейской молодежи в различных странах в сионистском духе с целью склонить ее к отъезду в Израиль и превратить в активного сторонника сионизма. Сионисты- &quot;социалисты&quot; прямо входят в некоторые социал-демократические партии .<br />Разгром Советским Союзом во второй мировой войне гитлеровского фашизма привел к выходу социализма за рамки одной страны и превращению его в мировую систему, к бурному подъему национально-освободительного движения во всем мире, в том числе на Ближнем Востоке. В этом регионе, обладающем колоссальными запасами нефти, образовался ряд независимых арабских государств. &quot;Именно в этот период империалисты и пустили в ход все рычаги для наращивания агрессивности государства Израиль, чтобы помешать появлению и утверждению в этих странах прогрессивных режимов&quot;; они сделали откровенную ставку на Израиль в борьбе с этими режимами, в попытке подрыва советско-арабских дружественных отношений, во всемерном противодействии расширению национально-освободительного движения в этом районе и перерастанию этого движения в борьбу за социальное освобождение . В периоды агрессии Израиля против арабских стран руководство Социнтерна и большинства входящих в Социнтерн партий до недавнего времени безоговорочно занимало произраильские и просионистские позиции. Эта фактически антиарабская линия осуществлялась не всегда открыто. В последние годы, после применения арабскими странами &quot;нефтяного оружия&quot; как политического средства защиты своих национальных интересов, руководители Социнтерна стали прилагать большие усилия к тому, чтобы склонить на свою сторону национально-демократические и другие (по их мнению, так или иначе близкие к социал-демократии) партии в арабских странах .<br />Подлинный курс лидеров социал-демократии в ближневосточном вопросе может быть правильно понят при анализе не только заявлений, но и акций Социнтерна с обязательным учетом его линии по таким вопросам, как отношение к сионизму, к арабскому национально-освободительному движению и законным правам арабского народа Палестины, оценка антиимпериалистических выступлений арабских государств, наконец - оценка советской внешней политики, с одной стороны, а с другой - политики империалистических государств. Большое влияние после 1973 г. на действия лидеров Социнтерна оказал кризис капиталистической экономики, который обострил межимпериалистические противоречия. Положение на Ближнем Востоке давно стало предметом обсуждения на конгрессах Социалистического интернационала. А впервые этот вопрос был затронут на IV его конгрессе (июнь 1955 г.). Английская лейбористка Э. Соммерскилл в своей речи несколько отошла тогда от обычной социал-демократической апологии едва ли не любых акций правящих кругов Израиля и высказала мнение, что &quot;наверное, было бы лучше, если бы конгресс выслушал обе стороны; но арабов здесь нет&quot;; остановившись далее на тяжелом положении палестинских беженцев, она заявила, что &quot;не может быть улучшения положения, пока не будет осуществлено определенное восстановление их в правах&quot; . Докладчица высказалась за возвращение в Израиль тех палестинцев, которые имели там собственность, и за компенсацию тем, кто не желает возвращаться, а также за немедленный справедливый пересмотр демаркационной линии между Израилем и арабскими странами .<br />Не успела Э. Соммерскилл сойти с трибуны, как израильский представитель Р. Баркатт обрушился на ее предложения. Подчеркнув, что Соммерскилл выступала не как представитель лейбористской партии, а высказывала личное мнение, деятель МАПАЙ обвинил докладчицу в необъективности и проарабизме. Затем он еще раз напомнил лидерам правой социал-демократии, что МАПАЙ и руководимый ею Израиль во всех вопросах стоят на антикоммунистических и антисоветских позициях и готовы сделать максимум для того, чтобы социалистическое движение в Азии, и Африке развивалось в направлении, выгодном Социнтерну . Насквозь фальшивый тезис Баркатта о том, что все арабские государства- &quot;полуфеодальные и реакционные&quot;, не встретил никакого протеста со стороны участников конгресса. Тогдашний председатель Партии труда Нидерландов Э. Вермеер полностью его поддержал и присоединился к критике выступления британской делегатки . Выступивший затем тогдашний председатель Социнтерна лейбористский лидер М. Филиппе чуть ли не оправдывался перед участниками конгресса по поводу речи Э. Соммерскилл и подчеркнул, что &quot;отношение лейбористской партии (к Израилю и МАПАЙ. - Л. Д.) выражается в величайшем уважении и восхищении достижениями Израиля под руководством МАПАЙ, наша братская солидарность с которой остается и всегда будет оставаться непоколебимой&quot; .<br />О подлинных целях израильской политики на Ближнем Востоке и о поддержке ее империалистическими силами на конгрессе не было сказано ничего, что хотя бы в какой-то степени соответствовало действительности. Резолюция конгресса в полном соответствии с сионистской пропагандой подчеркивала якобы &quot;прогрессивный, демократический подход Израиля к проблемам региона&quot;&#160; . Своей тогдашней антисоветской кампанией и постоянными нападками на арабские страны, прежде всего на Египет и его президента Г. А. Насера, неизменной поддержкой МАПАЙ лидеры Социнтерна фактически способствовали подготовке и осуществлению тройственной англо-франко- израильской агрессии осенью 1956 года. Во главе правительства Франции тогда стоял Ги Молле, лидер одной из основных партий Социнтерна - СФИО. Еще на заседании бюро Социнтерна в Лондоне (январь 1956 г.), когда империалистические державы: уже открыто угрожали египетскому правительству, социал-демократические лидеры постарались выгородить истинных виновников напряженности на Ближнем Востоке и всю вину за нее возложили на Египет . Это же повторилось на сессиях совета Социнтерна в марте и апреле 1956 года. На сей раз &quot;виновными&quot; были названы и другие арабские страны,, а также СССР, который помогал арабским странам отстаивать свою национальную независимость. Когда же после национализации Египтом компании Суэцкого канала руководимые правыми социалистами правительства Франции и Израиля вместе с Консервативным кабинетом Англии шантажировали Египет угрозой военных санкций, Социнтерн не сделал ничего, чтобы предотвратить агрессию против египетского народа.<br />После тройственной империалистической агрессии против Египта лидеры Социнтерна не осудили ее участников и не предприняли никаких действий в защиту жертвы агрессии. Лишь после того, как нападение Англии, Франции и Израиля было осуждено Организацией Объединенных Наций, а также конгрессом Азиатской социалистической конференции (АСК), состоявшейся в ноябре 1956 г. в Бомбее, Социнтерн на сессии своего совета в Копенгагене 2 декабря 1956 г. по предложению лейбористского лидера Х. Гейтскелла принял резолюцию, в которой выражалось &quot;глубокое сожаление&quot; в связи с &quot;использованием вооруженной силы на Ближнем Востоке&quot; и отмечалось, что англо-франко-израильское вторжение в Египет представляет собой нарушение Устава ООН. Выразив поддержку резолюции ООН, сессия призвала &quot;вывести войска Англии, Франции и Израиля с территории Египта&quot; . Но на V конгрессе Социнтерна в июле 1957 г. в Вене уже никто из его делегатов не осуждал эту империалистическую агрессию, а принятая там резолюция косвенно оправдывала Англию и Францию, прямо снимала всякую вину с Израиля и возлагала ответственность за возможное дальнейшее обострение напряженности на арабские страны. Апофеозом произраильской линии на этом конгрессе было выступление Э. Вермеера, выразившего уверенность, что &quot;политика социалистов будет в пользу Израиля&quot; . Принятая конгрессом резолюция о Ближнем Востоке вполне устраивала Израиль, а М. Шаретт, глава делегации МАПАЙ на VI конгрессе (Гамбург, июль 1959 г.), постарался в своем выступлении отметить, что данная резолюция &quot;сохраняет силу&quot; .<br />Резолюция VI конгресса Социнтерна (СИ) по ближневосточной проблеме - о свободном проходе судов всех государств через Суэцкий канал, заявление после заседания бюро СИ в Лондоне (февраль 1960 г.) о &quot;напряженности в арабо- израильских отношениях&quot;, резолюция совета СИ в Хайфе (апрель 1960 г.); резолюция VIII конгресса СИ (Амстердам, сентябрь 1963 г.) &quot;Положение на Ближнем Востоке&quot;, резолюция &quot;Мир Ближнему Востоку&quot;, принятая на заседании бюро СИ (Лондон, май 1964 г.), резолюция о Ближнем Востоке, одобренная бюро СИ (Лондон, февраль 1965 г.) , также носили односторонний, необъективный, в основном произраильский характер. Эти документы даже не приближались к объективному анализу причин напряженности на Ближнем Востоке.<br />Особенно рельефно проявились произраильские и просионистские симпатии руководства СИ непосредственно перед, во время и в первые годы после нападения Израиля на арабские страны в 1967 году. Собравшееся 26 мая 1967 г. для рассмотрения вопроса о положении на Ближнем Востоке бюро СИ направило тогдашнему генеральному секретарю МАПАИ Г. Меир телеграмму, в которой Социнтерн высказывал &quot;свою симпатию и солидарность с товарищами из МАПАИ в связи с этим опасным кризисом&quot;. Чрезвычайное заседание бюро СИ, состоявшееся в Лондоне 8 июня 1967 г., &quot;объявило&quot; агрессором не Израиль, а арабские государства . Сессия совета СИ в октябре 1967 г. в Цюрихе вновь поставила на одну доску агрессора и его жертвы и выразила свою &quot;полную солидарность&quot; с агрессивной политикой правительства Израиля . Председатель СИ австрийский социал-демократ Б. Питтерман, выступая в январе 1968 г. на объединительном съезде МАИ, заявил, что &quot;нет более верного, более ценного борца за дело Интернационала, чем партия, которая представляет Израиль&quot; . Эти резолюции и выступления, как и прежде, носили просионистский и антиарабский характер. Они никак не осуждали планов и происков империализма и сионизма на Ближнем Востоке.<br />В то же время в некоторых социнтерновских документах и в речах отдельных социал-демократических лидеров о положении на Ближнем Востоке начали появляться отдельные конструктивные положения. В них говорилось, например, о необходимости мирного урегулирования, проведения &quot;политики регионального разоружения&quot;, справедливого решения проблемы палестинских беженцев, содержались призывы к обеим сторонам проявлять сдержанность, давалось обещание полной поддержки миссии специального представителя генерального секретаря ООН на Ближнем Востоке Г. Ярринга. Однако такого рода заявления носили тогда скорее тактический, пропагандистский характер.<br />XI конгресс СИ в Истборне (июль 1969 г.) также не осудил агрессивную политику Израиля и не потребовал от него освобождения оккупированных арабских территорий, а в резолюции просто говорилось о &quot;войне арабов против Израиля&quot; . Докладчиком по ближневосточному вопросу была Г. Меир, выступление которой изобиловало антисоветскими выпадами. Она требовала не допускать в зал заседаний группу наблюдателей от Арабского социалистического союза Египта, пригрозив в противном случае уходом с конгресса. Но демарш израильской делегации не увенчался успехом, а свою &quot;угрозу&quot; она не осуществила. На заседании совета Социнтерна в Хельсинки (май 1971 г.) лидеры правой социал-демократии вновь поручили доклад о положении на Ближнем Востоке Г. Меир, главе того правительства, которое уже не раз развязывало агрессию в этом регионе и препятствовало справедливому и мирному урегулированию. Отдельные делегаты снова активно защищали политику правящих кругов Израиля . В то же время финские и шведские представители высказались за вывод израильских войск с оккупированных арабских территорий. Секретарь Социал-демократической партии Финляндии К. Сорса призывал участников сессии беспристрастно подойти к обсуждению ближневосточной проблемы и поддержать резолюцию Совета Безопасности N 242. После острой дискуссии, несмотря на возражения финской, шведской и частично французской делегаций, большинство участников сессии приняло такую резолюцию, которая, хотя и поддерживала в общей форме названный документ Совета Безопасности, в значительной степени повторяла точку зрения партии МАИ . &quot;Вопрос о Ближнем Востоке, - писала 28 мая 1971 г. в редакционной статье газета &quot;Helsingin sanomat&quot;, - неожиданно оказался главным на сессии совета Социалистического интернационала&quot;. Принятая им резолюция, отмечала газета, &quot;противоречива и несет на себе отпечаток ханжества, ее авторы пытаются убедить, что опасным является только вооружение арабских стран... Включенное в резолюцию требование, чтобы обе стороны без нажима извне достигли соглашения на основе известной резолюции Совета Безопасности ООН, противоречиво, так как Израиль неоднократно, а в последний раз в Хельсинки устами Голды Меир, заявлял, что он не намерен выполнять всех положений этой резолюции&quot;. Незадолго до начала названной сессии совета СИ в Финляндию была приглашена делегация Арабского социалистического союза (АСС) Египта, представители которой изложили в финской печати точку зрения арабской общественности на положение на Ближнем Востоке. Эти статьи нашли широкий отклик у населения Финляндии, особенно среди молодежи и студентов . Среди манифестантов, протестовавших в Хельсинки против экспансионистской политики израильских правящих кругов, было много молодых финских социал-демократов. Идя навстречу их настроениям, руководство Центрального союза социал-демократической молодежи Финляндии в канун открытия сессии опубликовало заявление, в котором наряду с рядом других антиимпериалистических требований содержался призыв &quot;осудить израильскую агрессию на Ближнем Востоке и выразить солидарность с арабскими, в частности с палестинским, народами&quot;.<br />&quot;Позицию XII конгресса Социнтерна по отношению к ближневосточному конфликту, - писала газета &quot;Правда&quot;, - можно охарактеризовать как топтание на месте, хотя и без прежнего шума&quot; . Действительно, на венском конгрессе СИ (26 - 29 июня 1972 г.) ни один лидер правой социал-демократии не решился прямо выступить с оправданием политики правительства Израиля, хотя Г. Меир развила колоссальную активность, чтобы навязать делегатам произраильскую точку зрения. Как это уже имело место на хельсинкской сессии совета СИ, на венском конгрессе Г. Меир даже прямо выразила недовольство позицией некоторых своих коллег по Социнтерну за то, что представители их стран осудили в Совете Безопасности и в других органах ООН агрессивные действия Израиля.<br />Таким образом, жизнь давила на позицию лидеров Социнтерна. В то же время их симпатии по-прежнему оставались на стороне Израиля. Меир встречали и провожали аплодисментами, ей оказывали подчеркнутое внимание. Центральный орган СПА &quot;Arbeiter Zeittmg&quot; писал об израильском премьер-министре больше и восторженнее, чем о любом другом социал- демократическом лидере, приехавшем на конгресс; Меир избрали одним из вице-председателей СИ . Боясь протестов части делегатов и отрицательной реакции широких кругов мировой общественности, лидеры СИ вообще не приняли в Вене никакой резолюции о Ближнем Востоке, и в решениях конгресса нет ни слова об этом регионе. Официальное объяснение дал Б. Питтерман, который заявил, что, согласно существующим правилам, остается в силе прежняя резолюция, принятая в Хельсинки в мае 1971 года . &quot;Организаторы конгресса просто не решились выступить с очередной произраильской резолюцией, опасаясь новой вспышки разногласий&quot; . Одновременно лидеры правой социал-демократии сделали все, чтобы не допустить осуждения на венском конгрессе продолжающихся военных провокаций Израиля и попрания им элементарных прав человека на оккупированных арабских территориях. <br />С начала 70-х годов разрядка международной напряженности, вызванная последовательным проведением Советским Союзом в жизнь Программы мира, выдвинутой XXIV съездом КПСС, дальнейшее изменение соотношения сил на мировой арене в пользу лагеря мира, демократии и социализма, неуклонный рост авторитета внешней политики стран социалистического содружества и твердо отстаиваемого ими курса на установление в ближневосточном регионе справедливого и прочного мира начали сказываться на политике Социнтерна. После осенней войны 1973 г., вспыхнувшей на Ближнем Востоке по вине Тель- Авива, наблюдается изменение точек зрения внутри отдельных соцпартий. Широкие круги мировой общественности осудили экспансионистский курс израильских лидеров, что нашло свое выражение, в частности, в разрыве отношений с Израилем почти всех африканских государств и в итогах голосований в 1970 - 1974 гг. резолюций по вопросу о ближневосточном конфликте в Совете Безопасности и на сессиях Генеральной Ассамблеи ООН. Многие руководители социал-демократии ныне уже не всегда рискуют открыто поддерживать правящие круги Израиля. Они вынуждены считаться с тем, что справедливое мирное урегулирование на Ближнем Востоке возможно лишь на основе освобождения агрессором арабских земель, полного восстановления прав арабского народа Палестины, обеспечения прав всех государств этого района. Это нашло отражение и в некоторой переоценке частью руководства СИ положения на Ближнем Востоке. Однако подобные тенденции проявляются в значительно меньших масштабах, чем частично позитивные изменения политики руководства Социнтерна и входящих в него партий по другим вопросам современной международной жизни.<br />В большем масштабе они имеют место не в рамках Социнтерна или двусторонних связей отдельных социалистических партий с МАИ, а в деятельности тех правительств, которыми руководят или в которые входят социалисты, в их акциях на международной арене. Так, если в 1970 г. за резолюцию Генеральной Ассамблеи ООН, призывавшую Израиль выполнить решения Совета Безопасности, направленные на установление справедливого мира на Ближнем Востоке, проголосовало 57 государств, а против - 16, то на следующий год аналогичную резолюцию поддержали уже 79 стран, в 1972 г. - 86, в 1973 г. - 90. Необходимо отметить, что текст этой резолюции год от года становился все более критическим в отношении политики Израиля. Число правительств с участием социал-демократов, голосующих против основного направления политики правительства Израиля или хотя бы воздерживающихся при голосовании (что тоже представляет собой своего рода критику), постоянно растет. В поддержку произраильской линии в ООН в 1973 - 1974 гг. фактически не выступило открыто ни одно социал-демократическое правительство (если не считать Коста-Рики, где партия Национального освобождения, к которой принадлежат президент и члены его кабинета, с 1966 г. состоит членом-наблюдателем СИ) . 27 апреля 1971 г. министры иностранных дел Швеции (социал-демократический кабинет), Финляндии, Норвегии, Дании и Исландии (коалиционное правительство с участием социал-демократов) заявили, что разрешение конфликта на Ближнем Востоке должно основываться на выполнении резолюции Совета Безопасности N 24239 . 14 мая в подобном же плане высказались министры иностранных дел стран - участниц Общего рынка&#160; ; в ФРГ тогда у власти было правительство с участием социал- демократов, а пост вице-лрезидента и министра иностранных дел занимал лидер СДПГ В. Брандт; социалисты входили тогда также в правительства Италии и Бельгии. В феврале 1972 г. шведская газета, близкая к социал-демократической партии, опубликовала несколько статей, в которых резко критиковалось пристрастное отношение западных стран к Израилю. Там отмечалось, что свою огромную армию, поглощающую самые высокие в мире (в пересчете на душу населения) военные ассигнования, Израиль использует не для обороны, а для агрессии против соседних стран; когда Израиль совершает очередную военную акцию против Сирии, Ливана или Египта, западные телеграфные агентства употребляют слова &quot;оборонительная война&quot; или &quot;репрессивные меры&quot;; &quot;к Израилю не применимы обычные либеральные нормы; в отличие от других государств его не беспокоят декларации или резолюции ООН&quot;.<br />В июне 1972 г. один из лидеров МАИ, тогдашний министр иностранных дел Израиля А. Эбан срочно направился в некоторые страны Северной Европы, где у власти находились социал-демократы, с целью как-то оправдать агрессивный курс израильских правящих кругов и восстановить сильно пошатнувшийся авторитет Израиля в скандинавских государствах. Однако Эбану не помогли ни красноречие, ни демагогия и софистика, ни его формальные протесты социал- демократическим министрам иностранных дел Норвегии и Дании по поводу голосования их правительств в ООН по ближневосточному вопросу. Орган социал-демократической партии Дании, как раз во время пребывания в стране израильского министра, в передовой под характерным заголовком &quot;Ухищрения Эбана&quot; писал об охлаждении симпатий Дании, Норвегии и Швеции к Израилю в связи с отказом этой страны воспользоваться предлагаемым ей конструктивным посредничеством. Газета характеризовала как &quot;неумные&quot; требования Израиля только прямых переговоров с арабскими странами и отмечала, что такая позиция &quot;исключает возможность соглашения&quot; . Социал- демократическая партия Финляндии во внешнеполитической резолюции, принятой ее XXIX съездом в июне 1972 г., в свою очередь, заявила: &quot;СДП повторяет свою позицию, согласно которой кризис необходимо разрешить мирными средствами на основе резолюции Совета Безопасности от ноября 1967 года. Израиль должен вывести войска с оккупированных арабских территорий&quot;. Высказавшись за необходимость признания независимости и суверенитета всех государств Ближнего Востока, съезд СДПФ подчеркнул, что &quot;нужно найти удовлетворительное решение проблемы палестинских беженцев&quot;.<br />Видный деятель Итальянской социалистической партии сенатор А. Банфи, являющийся президентом Международной Федерации участников движения Сопротивления, подчеркивал, что правительство Израиля стоит на глубоко шовинистических позициях. Он выступил против отождествления израильским правительством евреев из различных стран с государством Израиль и резко критиковал господствующую в Израиле концепцию &quot;конфессионального государства&quot;, согласно которой евреи, критикующие политику израильского правительства, объявляются &quot;предателями еврейства&quot;, а все неевреи считаются &quot;просто антисемитами&quot;. Далее А. Банфи подверг серьезной критике не только агрессивную и шовинистическую политику правительства Г. Меир, но и ряд основных постулатов сионизма.<br />Наконец, в сентябре 1973 г. правительство Австрии приняло решение закрыть пользовавшийся правами экстерриториальности транзитный центр в Шёнау для эмигрантов еврейской национальности, следовавших через австрийскую территорию в Израиль, что и было осуществлено спустя несколько недель . Сионистские и другие реакционные круги Запада (в этой кампании приняли активное участие некоторые социал-демократические деятели Нидерландов и Англии) прилагали большие усилия, пытаясь заставить австрийского канцлера, председателя Социалистической партии Австрии Б. Крайского отменить это решение, и пустили в ход все возможные средства: обработку общественного мнения через послушную им печать, демонстрации, шантаж, обвинения в антисемитизме, призывы бойкотировать австрийские товары, угрозы подорвать австрийский туризм. Было предпринято даже прямое давление на правительство Австрии. Израильский премьер Г. Меир спешно прилетела в Вену. Однако все это закончилось безрезультатно для Тель-Авива.<br />Представляют интерес некоторые тогдашние высказывания Б. Крайского. Выступая на одном из собраний в Вене, австрийский канцлер сказал, что &quot;Австрия и Израиль - это два разных мира&quot;. Б. Крайский (по происхождению еврей, как подчеркивала в те дни западная печать) критиковал тезис сионистской пропаганды о &quot;двойной лояльности&quot; евреев. &quot;Я, - говорил он, - отвергаю расовую точку зрения так же, как основывающееся на исторической фикции притязание Израиля на то, чтобы быть естественной родиной всех евреев&quot; . В интервью израильской газете &quot;Едиот ахронот&quot; он повторил свое неприятие сионистского лозунга &quot;Израиль - родина всех евреев&quot; и заявил, что нельзя препятствовать их ассимиляции . В начале 1974 г. австрийский канцлер заявил, что &quot;Израиль должен уйти из всех оккупированных им областей&quot; . В интервью каирской газете &quot;Аль- Ахбар&quot;, данном в октябре 1974 г., он подчеркнул, что &quot;палестинцы должны иметь родину, создав палестинское государственное образование&quot;.<br />Определенный поворот в некоторых секторах международного социал- демократического движения в сторону более реалистической оценки проблем и причин, вызывающих постоянную напряженность на Ближнем Востоке, заметен среди молодежных социал-демократических организаций, например, в Финляндии, Швеции, ФРГ, а также у ряда деятелей Международного союза молодых социалистов. Так, Центральный союз социал-демократической молодежи Финляндии в мае 1971 г., когда проходила хельсинкская сессия совета СИ, разрешил своим членам участвовать в демонстрации протеста против приезда в финскую столицу Г. Меир и против всей политики израильского правительства. Руководитель ЦС СДМФ У. Сундквист (ныне министр просвещения) заявил тогда представителям печати: &quot;Нас не устраивают решения сессии относительно положения на Ближнем Востоке и в Индокитае. Союз открыто возражает против них. Кое-кто пытается оказывать давление, чтобы заставить нас изменить такую позицию. Но мы и в дальнейшем будем ее отстаивать&quot; . ЦС СДМФ потребовал полного вывода израильских войск с оккупированных арабских земель в качестве первого шага к урегулированию ближневосточной проблемы. Позицией организации &quot;Шведская социалистическая молодежь&quot; (ШСМ) в ближневосточном вопросе руководство израильской МАИ и лидеры Социнтерна были настолько обеспокоены, что в интервью, данном тогдашнему главному редактору официального органа СИ А. Дею заведующим международным отделом МАИ И. Харишем (который присутствовал на съезде ШСМ в 1970 г.), содержались всевозможные упреки в адрес молодых шведских социал-демократов . Это интервью вызвало ответное письмо в журнал одного из членов ШСМ, в котором вновь подтверждалось, что &quot;Шведская социалистическая молодежь&quot; выступает за освобождение всех оккупированных Израилем арабских территорий .<br />Молодежная организация СДПГ &quot;Молодые социалисты&quot; в знак протеста против экспансионистской политики правящих кругов Израиля и поддержки этого курса со стороны молодежной организации МАИ в течение ряда лет отказывалась послать свою делегацию в Израиль или встретиться с представителями &quot;Молодой смены МАИ&quot;. На съезде &quot;Молодых социалистов&quot; в марте 1973 г. политика израильского правительства была подвергнута резкой критике. &quot;Молодые социалисты&quot; потребовали от правительства ФРГ и руководства СДПГ отмены запрета, наложенного на деятельность в Западной Германии палестинских рабочей и студенческой федераций, которые были запрещены после инцидента на олимпийских играх в Мюнхене в сентябре 1972 г., а также предоставления изгнанным или бежавшим из Израиля палестинцам права возвращения на родину . Во время международного обмена мнениями представителей молодежных организаций стран Западной Европы, состоявшегося по инициативе журнала &quot;Проблемы мира и социализма&quot; в Берлине в дни X Всемирного фестиваля молодежи и студентов (август 1973 г,), ряд молодежных лидеров социал-демократического направления прямо возлагал ответственность за напряженность на Ближнем Востоке на Израиль. Так, представитель Международного союза молодых социалистов, один из лидеров Социалистической молодежи Люксембурга, К. Феликс, заявил, что сионизм является союзником империализма на Ближнем Востоке, и призывал к решительной борьбе против сионизма. Представитель организации &quot;Лейбористы за мир&quot; Р. Арно отметил, что при всей сложности проблемы Ближнего Востока, где империализм США и Англии стремится сохранить доступ к богатейшим нефтяным запасам, ее невозможно разрешить без установления там справедливого мира, основывающегося на признании прав народа Палестины .</p> <p>Экспансионистская, агрессивная политика Израиля, злодеяния израильских оккупантов на захваченных арабских территориях, разгул в этой стране шовинизма и милитаризма привели к такому росту антиизраильских настроений во всем мире и изоляции Израиля на международной арене, что даже некоторые апологеты &quot;израильского образа жизни&quot; вынуждены в отдельных случаях отмежевываться от безоговорочной поддержки политики израильских правителей. Возмущение мировой общественности политикой правящих кругов Израиля еще более возросло после того, как в октябре 1973 г. на Ближнем Востоке по их вине вновь вспыхнула война. Из стран, в которых тогда были социал-демократические правительства, только Нидерланды и отчасти Дания поддержали Израиль. Но в условиях энергетического кризиса и нефтяных санкций со стороны арабских стран позиция даже двух названных правительств значительно отличалась от прежнего открыто произраильского и просионистского курса правой социал- демократии. 6 ноября 1973 г. Нидерланды и Дания в числе других государств - членов Европейского экономического сообщества подписали заявление по Ближнему Востоку, в котором говорилось о недопустимости приобретения территорий с помощью силы и содержалось требование возвращения Израилем оккупированных арабских земель и учета законных прав палестинцев . Помимо Дании и Голландии, социал-демократы во время принятия этого документа входили в.состав еще четырех кабинетов стран -участниц ЕЭС: ФРГ, Италии, Бельгии и Ирландии.<br />В связи с нефтяным эмбарго (оно было объявлено в отношении Нидерландов в октябре 1973 г. и снято в июле 1974 г.) и под давлением значительного числа рядовых членов партии, свою позицию в отношении политики израильского правительства вынуждено было пересмотреть руководство голландской Партии труда. В заявлении от 21 октября 1973 г., которое в целом все еще носило произраильскую направленность, лидеры партии одновременно выступили за то, чтобы требования палестинских беженцев приобрели форму &quot;государственной идентичности&quot;. Двумя днями позже премьер-министр Нидерландов и лидер Партии труда И. М. ден Ойл заявил, что правительство понимает основные взгляды арабских стран и что Израиль должен уйти с оккупированных им территорий . Тогдашний премьер-министр Дании, председатель социал-демократической партии А. Йоргенсен, который в своем выступлении 5 ноября 1973 г. в г. Мидделфарте оправдывал агрессивный курс Израиля , затем заявил, что его кабинет и сам он полностью поддерживают общую линию стран ЕЭС и что его вышеупомянутое выступление якобы &quot;было раздуто датской печатью&quot;. Социал-демократический министр иностранных дел Норвегии К. Фрюденлунд, выступая 9 ноября 1973 г. в стортинге и говоря о путях разрешения ближневосточного конфликта, подчеркнул, что &quot;захват территории с помощью силы не может быть приемлем&quot; .<br />Ряд критических замечаний в адрес экспансионистской политики правящих кругов Израиля высказали видные лидеры шведской социал-демократии, в частности бывший министр иностранных дел К. Викман и нынешний министр иностранных дел С. Андерсон, а также печать этой партии. Премьер-министр Австралии, лидер лейбористской партии Г. Уитлем объявил, что &quot;основой политики его страны будет &quot;беспристрастность&quot;, и, несмотря на сильное давление определенных (сионистских. - Л. Д .) кругов, со всей непреклонностью отказался осудить политику арабских стран . Позднее официоз израильского правительства позволил себе наглые выпады в адрес Канберры . Правительство ФРГ выступило с протестом против использования Соединенными Штатами Америки западногерманской территории для транспортировки военных грузов<br />Израилю. Правительство Сингапура, руководимое входящей в СИ Народной партией действия, &quot;потребовало, чтобы нефть и нефтепродукты не поставлялись странам, подпадающим под эмбарго арабских государств&quot;, премьер-министр Сингапура Ли Куан Ю направил председателю Революционного совета Алжира X. Бумедьену послание, в котором говорилось, что Сингапур всегда следовал политике дружбы с арабскими странами и что эта политика будет оставаться неизменной и в будущем.<br />В декабре 1973 г. делегация члена СИ - Социалистической партии Японии (СПЯ) по приглашению Лиги арабских государств посетила ряд арабских стран. Как писал центральный орган СПЯ газета &quot;Сякайсимпо&quot;, &quot;делегация имела встречи и беседы с руководителями правительств и партий этих стран, во время которых выявилось единство взглядов по следующим пунктам: 1) ближневосточный вопрос и борьба арабского народа; 2) политика неприсоединения и нейтралитета; 3) нефтяная проблема; 4) укрепление дружественного сотрудничества между партиями; 5) укрепление братской солидарности с народами арабских стран&quot; . Представители СПЯ имели также контакты с лидерами Палестинского движения сопротивления и выразили поддержку борьбе арабских народов, потребовав полного осуществления резолюции N 242 Совета Безопасности, вывода израильских войск со всех оккупированных ими территорий и восстановления и защиты законных прав арабского народа Палестины. Эта точка зрения была затем повторена японцами, в частности в совместном коммюнике о переговорах между делегациями КПСС и СПЯ, состоявшихся в октябре 1974 года . Правительство Италии, в которое входили (а с декабря 1974 г. - поддерживают его) социалистическая и социал-демократическая партии, являющиеся членами Социнтерна, выступает за полное выполнение резолюций Совета Безопасности&#160; . В лейбористской партии Великобритании, где, пожалуй, наиболее сильны произраильские симпатии, тоже раздаются голоса в пользу изменения ближневосточной политики и стала заметной критика действий правительства Израиля. В июне 1973 г. пять лейбористских депутатов палаты общин обратились &quot; лидеру партии Г. Вильсону с призывом &quot;полностью пересмотреть ее позиции в арабско-израильском конфликте&quot; и подчеркнули, что &quot;просионистская позиция руководства лейбористов оказалась в изоляции от мирового общественного мнения и может нанести серьезный ущерб политике будущего лейбористского правительства&quot;. В совместном советско-английском заявлении, опубликованном после официального визита в феврале 1975 г. в СССР британского премьер-министра, говорится: &quot;Стороны подтверждают обоюдное намерение предпринять все усилия, имея в виду решение кардинальных вопросов справедливого и прочного мира в этом районе (Ближний Восток. - Л. Д.) на основе резолюции N 338 Совета Безопасности ООН с должным учетом законных интересов всех государств и народов района, включая арабский народ Палестины, и уважение права всех государств района на независимое существование...&quot;. За скорейший созыв женевской конференции выступает социал-демократическая партия Финляндии . &quot;Путь к достижению прочного мира на Ближнем Востоке лежит через конференцию в Женеве, - пишет бывший лейбористский министр лорд Карадон, - а не через переговоры о территориальных уступках на Синае&quot; <br />Отмеченные выше новые тенденции в оценке ближневосточного кризиса не являются, однако, общими для всего Социнтерна. Кроме того, они осуществляются непоследовательно, а подчас имеют место акции противоположного характера и происходит попятное движение. Так, председатель Социнтерна Б. Питтерман, выступая перед австрийскими социалистами в конце 1973 г., заявил, что Израиль &quot;явился жертвой военной агрессии соседних арабских стран&quot;, и возложил ответственность за напряженность на Ближнем Востоке на арабские государства . Многие лидеры лейбористской партии Великобритании, социалистической партии Франции, Партии труда Нидерландов, некоторых других соцпартий все еще остаются на прежних позициях активной поддержки политики правящих кругов Израиля. Французский правосоциалистский деятель Г. Деффер объявил Египет и Сирию &quot;агрессорами&quot;. В таком же духе высказался заместитель председателя французской соцпартии П. Моруа . Сенаторы из &quot;группы франко-израильской дружбы&quot;, проведя 12 октября 1973 г. заседание под председательством сенатора-социалиста П. Жиро, в своем коммюнике &quot;агрессором&quot; также назвали арабские страны,<br />В целом социал-демократические партии, находящиеся у власти, пытаются проводить более сбалансированную и реалистическую ближневосточную политику, нежели партии - члены Социнтерна, не входящие в правительства. Здесь играют роль и экономические проблемы, но отнюдь не только они. В то же время в некоторых странах с социал-демократическими кабинетами отдельные видные лидеры СДП делают порою произраильские заявления, не соответствующие официальному курсу их правительств. Например, заместитель председателя СДПГ Г. Кюн, отправившись сразу же после окончания военных действий в 1973 г. с визитом в Израиль, заявил, что якобы многие члены его партии не согласны с мнением стран - членов ЕЭС о Ближнем Востоке&#160; . Он подчеркнул, что &quot;счел правильным совершить эту поездку именно сейчас, чтобы выразить Израилю солидарность и сочувствие&quot; . Он дал произраильское толкование резолюций N 242 и N 338 Совета Безопасности, утверждая, что будущие границы Израиля должны проходить &quot;где-то между линиями перемирия и границами 1967 года&quot;. Правящий бургомистр Западного Берлина правый социал-демократ К. Шюц также выступил в качестве адвоката политики правящих кругов Израиля. Находясь в феврале 1974 г. с визитом в Израиле, он неоднократно заявлял о своей полной поддержке экспансионистской политики Тель-Авива. &quot;К. Шюц, - писала газета Социалистической единой партии Западного Берлина, - в окружении которого охотно говорят о желательности того, чтобы ООН проявляла активность в Западном Берлине, открыто выступил в Израиле против резолюции Совета Безопасности ООН, требующей возврата всех оккупированных арабских территорий&quot; . На таких же позициях, как Шюц, стоит выходящая в Западном Берлине социал-демократическая газета &quot;Berliner Stirnme&quot; . В то время как правительство Австрии придерживалось нейтралитета в отношении конфликта на Ближнем Востоке, ряд видных деятелей соцпартии этой страны опубликовал заявление &quot;о симпатии к Израилю&quot;. В числе 90 подписавших его лиц были такие деятели, как президент Национального совета и председатель Объединения австрийских профсоюзов А. Бенья, третий президент Национального совета О. Пробст, председатель Социнтерна Б. Питтерман, обер- бургомистр Вены вице-председатель СПА Л. Грац . Теоретик СПА, секретарь партии по международным вопросам К. Чернец пропагандировал старый тезис правой социал-демократии об &quot;агрессивности арабов&quot;.<br />Зигзаг в обратную сторону наблюдался на совещании лидеров СИ 11 ноября 1973 г. в Лондоне. На этом заседании обсуждались международные проблемы. Главное место в дискуссии занял вопрос о положении на Ближнем Востоке. Г. Меир упрекала руководителей нескольких стран, особенно западноевропейских, за позицию, занятую ими в ходе последнего военного конфликта на Ближнем Востоке, и обрушилась на некоторых своих коллег по СИ за то, что они не оказали Израилю политической поддержки81 и что некоторые страны, в которых у власти стоят социал-демократические кабинеты, отказались поставлять оружие Израилю или же разрешить использовать их территорию для доставки Тель-Авиву американского вооружения. Она всячески побуждала участников сессии выступить с заявлением в поддержку Израиля , сравнивала курс европейских государств в этом вопросе с &quot;мюнхенской политикой&quot; Чемберлена . Такая акция должна была &quot;ослабить впечатление от заявления министров иностранных дел девяти государств - членов ЕЭС относительно политики на Ближнем Востоке&quot; . Однако усилия Меир и ее союзников на сей раз не дали результата, благоприятного для правителей Израиля. Хотя некоторые ораторы делали произраильские оговорки, обсуждение не привело к изменению позиций тех стран ЕЭС, в которых у власти стоят социал-демократические правительства. Как заявил затем на пресс- конференции Г. Вильсон, &quot;проявились расхождения в подходе, а в одном или двух случаях расхождения в оценке ответственности за ближневосточный кризис&quot;. Активно выступили против агрессивной политики Израиля премьер- министр Мальты Д. Минтофф и премьер-министр Маврикия С. Рамгулам. В. Брандт и ряд других участников в своих выступлениях приветствовали прекращение огня на Ближнем Востоке и выражали надежду, что оно перерастет в справедливый и прочный мир, подчеркнув право арабского палестинского народа на свою территорию .<br />В декабре 1973 г. на очередном совещании глав государств и правительств стран - членов Общего рынка в Копенгагене представители социал- демократических и коалиционных (с участием социал-демократов) правительств вместе с другими участниками заявили, что безопасность всех ближневосточных государств может быть основана только на полном выполнении резолюции Совета Безопасности от 22 ноября 1967 г. во всех ее частях, с учетом законных прав палестинцев. В марте 1974 г. группа социал- демократов во главе с Б. Крайским совершила поездку на Ближний Восток, посетив Египет, Сирию и Израиль. Цель поездки явно состояла в том, чтобы установить, какие существуют у Социнтерна перспективы для завязывания контактов в арабских странах. По возвращении в Вену Б. Крайский определил политику &quot;сближения между Центральной Европой и арабским миром&quot; как одну &quot;из концепций Социнтерна&quot;. Сообщив, что Египет проявил интерес к возможности своего участия в деятельности &quot;рабочей группы&quot; СИ по Ближнему Востоку, он, однако, подчеркнул, что сближение СИ с арабскими государствами должно осуществляться &quot;при сохранении полной лояльности по отношению к Партии труда Израиля . Поездку делегации Б. Крайского (как и ряд других новых моментов в ближневосточной политике СИ) следует рассматривать как одно из звеньев в усилиях международной социал- демократии укрепить свои позиции в арабских странах и установить связи с действующими в них национально-демократическими партиями и организациями, склонив их присоединиться к СИ.<br />Необходимо постоянно учитывать стремление империалистических кругов Запада, арабской реакции, маоистских лидеров Китая вбить клин в отношения дружбы и тесного сотрудничества между СССР и арабскими странами. Они хотели бы, с одной стороны, доказать &quot;несовместимость&quot; интересов арабских стран и Советского Союза, а с другой - вернуть арабов в &quot;лоно Запада&quot; . В этой связи миссия Б. Крайского свидетельствует о том, что по политическим причинам, а также имея в виду географическое положение Ближнего Востока, его огромные природные богатства и прежде всего нефть, далее - широкие возможности экономических связей с арабскими странами, руководители Социнтерна активизировали свои усилия по налаживанию и развитию отношений со странами Арабского Востока, для вида отказавшись от прежнего одностороннего курса поддержки Израиля. Социнтерн хотел бы, преследуя свои цели, играть роль посредника на Ближнем Востоке.<br />Как видно, политический курс международной социал-демократии в отношении конфликта на Ближнем Востоке складывается из переплетения и борьбы двух основных тенденций (между которыми существует немало промежуточных течений). Силам в Социнтерне и его основных партиях, которые хотели бы отойти от обанкротившейся старой политики в этом вопросе, противостоят силы, стремящиеся не допустить никаких серьезных изменений и желающие ограничиться лишь декларациями и обещаниями. От того, как вырисовывается равнодействующая сложного и противоречивого комплекса различных факторов международного и внутригосударственного характера, зависят конкретные результаты социал-демократических акций в вопросах, связанных с ближневосточной проблемой. Например, на летней встрече лидеров СИ (Лондон, 30 июня 1974 г.) израильскому премьеру И. Рабину, судя по сообщениям западной печати, при помощи ряда руководителей Социнтерна &quot;удалось убедить многих западноевропейских руководителей отказаться от проарабской позиции в ближневосточном конфликте&quot; . С другой стороны, при голосовании в ноябре 1974 г. на XXIX сессии Генеральной Ассамблеи ООН резолюций по вопросу о Палестине, из стран с социал- демократическими правительствами только Коста-Рика, Норвегия и Исландия поддержали Израиль, который всеми силами пытался оспорить правомочность Организации освобождения Палестины (ООП) представлять палестинский народ в ООН. Принятые резолюции подтвердили право арабского народа Палестины на самоопределение, национальную независимость, возвращение к родным очагам и предоставили ООП статус наблюдателя при Организации Объединенных Наций.<br />Курс руководящих кругов международной социал-демократии в ближневосточном вопросе находится в прямой зависимости от их отношения к сионизму и правящим кругам Израиля, а отчасти - к арабскому национально- освободительному движению. Дальнейшая эволюция позиции лидеров СИ в отношении конфликта на Ближнем Востоке зависит от соотношения сил и на мировой арене и в ближневосточном регионе, от климата международной жизни, от процессов, происходящих внутри самой социал-демократии. Успехи стран социалистического содружества, их миролюбивый внешнеполитический курс, поддержка справедливой борьбы арабских народов против израильской агрессии, неуклонный рост национально-освободительного движения на Ближнем Востоке, постоянно увеличивающаяся международная изоляция Израиля, его фактическое поражение в октябре 1973 г., углубившее политический, экономический и моральный кризис в этой стране, способствуют переоценке лидерами СИ их прежнего отношения к ближневосточным проблемам. Однако антикоммунизм и антисоветизм многих лидеров социал-демократии и Социнтерна как их органа, оппортунистическая идеология и политика, в ряде случаев все еще враждебное отношение к национально-освободительной борьбе арабских народов, глубокие связи с аппаратом и политикой руководящих кругов НАТО, идейная близость с так называемым сионистским &quot;социализмом&quot; и с партией МАИ, настойчивая деятельность сионистского лобби, постоянное давление империализма и международного сионизма, не желающих установления в этом районе земного шара справедливого и прочного мира, дают основание сделать вывод, что новые тенденции в ближневосточной политике СИ носят крайне непоследовательный, сугубо тактический характер. Итак, мы видим: лица, которые на Западе внутри социал-демократии говорят и действуют от имени рабочего движения, сначала длительное время поддерживали и поощряли реакционные силы в своих и других капиталистических странах, прежде всего в Израиле. Тем самым они фактически способствовали разжиганию кризиса на Ближнем Востоке. Потом же, когда вопреки их усилиям ситуация изменилась, они стали подстраиваться под ход событий, пытаясь использовать перемены в свою пользу и вновь содействуя международному империализму. Вот еще один пример того, куда, в какое болото может завести оппортунизм, отказ от интернационалистской идеологии рабочего класса.</p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Fri, 01 May 2026 13:16:29 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=329#p329 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=328#p328 <p>2. О ЗАВЛАДЕНИИ КАК ОБОСНОВАНИИ СОБСТВЕННОСТИ<br />&#160; &#160;</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">Свернутый текст</div><blockquote><p>Замечательно, что на собраниях Государственного Совета, обсуждавших кодекс, не возникло никаких разговоров о происхождении и принципе собственности. Все параграфы второй главы, второй книги, касающиеся собственности и права приобретения, были приняты без возражения и без добавлений. Бонапарт, который относительно других вопросов доставил столько хлопот своим законоведам, ничего не нашел сказать о собственности. Удивляться этому нечего. В глазах Бонапарта, человека, отличавшегося крайним индивидуализмом и сильно развитою волею, собственность должна была быть важнейшим из прав, подобно тому как подчинение власти было священнейшею из обязанностей.<br />&#160; &#160;Право захвата (оккупации) или первого захватившего (оккупанта) есть право, проистекающее из действительного, физического, реального обладания вещью. Я занимаю известный участок земли, я считаюсь его собственником постольку, поскольку не доказано противное. Понятно, что первоначально оно было законно лишь постольку, поскольку один оккупант признавал права другого, - с этим соглашаются все законоведы.<br />&#160; &#160;Цицерон сравнивает землю с громадным театром: Quemadmodum theatrum cum commune sit, recte tamen dici potest ejus esse eum locum, quem quisque occuparit.<br />&#160; &#160;Этот отрывок представляет собою наиболее философский взгляд на происхождение собственности, какой оставила нам древность. Театр, говорит Цицерон, принадлежит всем, а между тем место, которое каждый в нем занимает, называется его местом; это значит, очевидно, что место находится в его владении, но не в его собственности. Это сравнение уничтожает собственность; более того, оно заключает в себе равенство. Могу я в театре занимать одновременно одно место в партере, второе в ложе, третье на галерке? Нет, если только я не обладаю тремя телами, как Герион, или способностью существовать одновременно в различных местах, какою обладал будто бы волшебник Аполлоний. Согласно Цицерону, никто не имеет права на большее, чем сколько ему нужно; таково правильное толкование его знаменитой аксиомы: Suum quidque, cujusque sit - каждому то, что ему принадлежит, аксиомы, которой подчас придавали такой странный смысл. Принадлежащее каждому есть не то, чем каждый может обладать, но то, чем каждый имеет право владеть. Чем же мы имеем право владеть? Тем, что необходимо для нашего труда и что достаточно для нашего потребления. Что Цицерон понимал это именно так, доказывается тем, что он сравнивал землю с театром. Согласно этому пусть каждый устраивается на своем месте как ему угодно, пусть украшает и улучшает его, это позволено, но пусть его деятельность никогда не переходит за пределы, отделяющие его от другого. Учение Цицерона приводит непосредственно к равенству; так как оккупация есть результат терпимости, и если терпимость взаимная, а иною она не может быть, то права владения равны .<br />&#160; &#160;Гроциус, говоря о происхождении собственности, пускается в исторические исследования. Что это, однако, за прием - искать происхождение естественного права, данного якобы от природы, вне этой природы? Это напоминает прием древних: факт существует, стало быть, он необходим, стало быть, он справедлив, стало быть, его предшественники также справедливы. Впрочем, послушаем все-таки, что говорит Гроциус.<br />&#160; &#160;&quot;Вначале все вещи были общими и нераздельными. Они являлись достоянием всех&quot;. Остановимся на этом. Гроциус рассказывает нам, как этот примитивный коммунизм погиб от честолюбия и жадности, как за золотым веком последовал век железный и т. д. Выходит так, будто собственность имела своим источником сначала войны и победы, затем договоры и контракты. Либо эти договоры и контракты устанавливали равные доли сообразно первобытному коммунизму, единственному правилу распределения, которое могли знать первые люди, единственной понятной им форме справедливости. Тогда вопрос о возникновении собственности воскресает вновь, снова становится неясным, почему равенство исчезло. Либо же эти договоры и трактаты возникали благодаря силе одних и слабости других, и в таком случае они не имеют силы; молчаливое согласие потомства нисколько не укрепляет их, и мы живем в постоянном состоянии неравновесия и обмана.<br />&#160; &#160;Никогда нельзя будет попять, почему равенство условий, существовавшее вначале в самой природе, могло превратиться впоследствии в состояние неестественное, каким образом могло произойти подобное падение? Инстинкты животных так же неизменны, как и родовые различия. Допускать в человеческом обществе существование первобытного естественного равенства - это значит в то же время признавать, что теперешнее неравенство есть оскорбление, нанесенное природе этого общества, что необъяснимо для защитников собственности. Я со своей стороны делаю отсюда вывод, что Провидение поставило первых людей в одинаковые условия, желая дать им указание, пример, который они должны были осуществить в иных формах, подобно тому как они развили и обнаружили под всевозможными формами религиозные чувства, которые оно вложило в их души. Человек имеет природу, вечную и неизменную. Он следует ей по инстинкту, отступает от нее благодаря размышлению и возвращается к ней благодаря разуму. Кто может сказать, что мы не находимся на пути к возврату? Согласно Гроциусу, человек начал равенством. По-моему, он кончит им. Как он его покинул и как вернется к нему, это мы рассмотрим впоследствии.<br />&#160; &#160;Рид говорит:<br />&#160; &#160;&quot;Право собственности вовсе не естественное, но приобретенное право. Оно вытекает вовсе не из организации человека, а из его поступков. Правоведы объяснили его происхождение вполне удовлетворительным для всех здравомыслящих людей образом. Земля есть общее благо, которое благость небесная дала людям для удовлетворения потребностей жизни. Но распределение этого блага и его продуктов есть дело людей. Каждый из них получил от неба силу и разум, необходимые для того, чтобы присвоить себе известную часть земли, не причиняя никому ущерба.<br />&#160; &#160;Моралисты древности справедливо сравнивали общее право всякого человека на продукты земли, прежде чем она была занята и сделалась собственностью другого, с правом, которым пользуются посетители театра. Всякий, приходя, может занять пустое место и иметь право сохранять его в продолжение всего спектакля, но никто не имеет права лишать места зрителя уже устроившегося. Земля есть громадный театр, который Всемогущий с бесконечной премудростью и добротой приспособил для труда и наслаждений всего человечества. Каждый имеет право расположиться на ней в качестве зрителя и выполнять роль актера, но только не стесняя других&quot;.<br />&#160; &#160;Рассмотрим теперь выводы из учения Рида.<br />&#160; &#160;1. Для того чтобы часть, которую каждый может себе присвоить, не присваивалась в ущерб другим, необходимо, чтобы она равнялась сумме подлежащих распределению благ, деленной на число участников распределения.<br />&#160; &#160;2. Так как число мест всегда должно быть равно числу зрителей, то недопустимо, чтобы один зритель занимал два места, чтобы один актер играл две роли.<br />&#160; &#160;3. По мере того как зрители приходят и уходят, места увеличиваются или уменьшаются в одинаковой для всех без различия степени; ибо, говорит Рид, право собственности вовсе не естественное, но приобретенное право, следовательно, в нем нет ничего абсолютного и, следовательно, факт захвата, на котором основывается это право, будучи фактом случайным, не может сообщить этому праву неизменности, какою он не обладает и сам. Это, по-видимому, было понято эдинбургским профессором, ибо он добавляет: &quot;Право жить заключает в себе право приобретать средства к жизни, и то же самое правило справедливости, которое требует, чтобы жизнь невинного человека была неприкосновенна, требует также, чтобы его не лишали средств для ее сохранения. И то и другое одинаково священны... Препятствовать работе другого - значит причинять ему такую же несправедливость, какую причиняешь ему, надевая на него оковы или заключая его в тюрьму. Результат получается тот же и вызывает те же самые чувства&quot;.<br />&#160; &#160;Таким образом, глава шотландской школы, не принимая во внимание никаких различий в способностях и усердии, a priori устанавливает равенство средств труда, предоставляя затем каждому работнику заботу о его индивидуальном благосостоянии согласно вечной аксиоме: кто хорошо будет работать, получит хороший результат.<br />&#160; &#160;Философу Риду недоставало не понимания принципа, но смелости сделать из него все выводы. Если права на жизнь равны, то равны также права на труд и права на захват. Могли ли бы островитяне, основываясь на праве собственности, отталкивать баграми несчастных, потерпевших кораблекрушение, которые пытались бы взойти на их берег, могли ли бы они это сделать, не совершая преступления? Уже самая мысль о подобном варварстве возмутительна. Собственник, подобно Робинзону на его острове, при помощи копья и ружья отгоняет пролетария, которого затопляет волна цивилизации и который старается уцепиться за скалу собственности. &quot;Дайте мне работу, - кричит изо всех сил пролетарий собственнику, - я буду работать за всякую плату, какую вы мне дадите!&quot; - &quot;Мне твой труд не нужен&quot;, - отвечает собственник, направляя на пролетария острие своего копья или дуло своего ружья. &quot;Понизьте по крайней мере квартирную плату. Мои доходы нужны мне для того, чтобы жить. Как я могу платить вам, не имея работы?&quot; - &quot;Это твое дело&quot;.<br />&#160; &#160;Тогда несчастный пролетарий дает увлечь себя потоку или пытается проникнуть в твердыню собственности; а собственник целится в него и убивает.<br />&#160; &#160;Мы слышали мнение спиритуалиста. Теперь мы спросим материалиста, затем эклектика. И наконец, покончив с философами, мы поищем ответа у юристов.<br />Согласно Дестют-де-Траси, собственность есть потребность нашей природы. Не будучи слепым, нельзя отрицать, что эта потребность ведет к неприятным последствиям, но эти последствия - неизбежное зло, ничего не говорящее против самого принципа. Восставать против собственности из-за того, что ею злоупотребляют, было бы так же неразумно, как негодовать на жизнь, потому что она кончается смертью. Эта грубая и беспощадная философия обещает по крайней мере строгую и откровенную логику. Посмотрим же, как исполняется это обещание.<br />&#160; &#160;&quot;Торжественно был подготовлен процесс против собственности... как будто от нас зависело, будет или не будет существовать на свете собственность... Как послушаешь иных философов и законодателей, то может показаться, что люди в какой-то данный момент добровольно и без причины вздумали говорить мое и твое, что от этого можно и даже должно было воздержаться. На самом же деле мое и твое никогда не были выдуманы&quot;.<br />&#160; &#160;Будучи сам философом, г. Дестют-де-Траси слишком большой реалист. Мое и твое не обозначает непременно отожествления, которое подразумевается, когда я говорю, например: &quot;Твоя философия и мое равенство&quot;, ибо твоя философия - это ты, занимающийся философией, а мое равенство - это я, исповедующий равенство. Мое и твое обозначают гораздо чаще отношение; твоя страна, твой приход, твой портной, твоя молочница; мой номер в гостинице, мое место в театре, мой взвод или мой батальон в национальной гвардии. В первом смысле можно сказать: мой труд, мой талант, моя добродетель, но нельзя сказать: мое величие; и только во втором смысле мое поле, мой дом, мои виноградники, мои капиталы, подобно тому как служащий у банкира говорит: моя касса. Словом, мое и твое символы и выражения личных, но равных прав; в приложении к вещам, находящимся вне нас, они обозначают обладание, функции, пользование, но никогда не обозначают собственности.<br />&#160; &#160;Если бы я не доказал это подлинными цитатами, никто не поверил бы мне, что вся теория нашего автора построена на этой жалкой двусмысленности.<br />&#160; &#160;&quot;До появления всяких договоров люди находятся не в состоянии враждебности, как утверждает Гоббс, но в состоянии отчужденности. При таком состоянии нет ни справедливого, ни несправедливого в точном смысле слова; права одного совершенно не касаются прав другого, все и каждый имеют столько же прав, сколько и потребностей, и общую обязанность удовлетворять последние помимо всяких сторонних соображений&quot;.<br />&#160; &#160;Признаем эту систему; верна ли она или ложна, все равно: Дестюту-де-Траси не удается избегнуть равенства. Итак, согласно этой гипотезе, люди, находясь в состоянии отчужденности, не обязаны друг другу ничем; все они имеют право удовлетворять свои потребности, не считаясь с правами других, и, следовательно, право проявлять свое господство над природой, каждый сообразно своим силам и способностям. Отсюда по необходимости вытекает величайшее неравенство в распределении благ между отдельными личностями. Таким образом, неравенство условий является здесь характерной чертой состояния отчужденности или первобытного состояния. Получается как раз обратное тому, что проповедует Руссо. Послушаем дальше нашего автора.<br />&#160; &#160;&quot;Ограничения этих прав и этой обязанности возникают лишь в тот момент, когда устанавливаются молчаливые или формальные соглашения. Тут только возникает понятие о справедливости и несправедливости, т. е. о равновесии между правами одного и правами другого, которые до этого времени были равны по необходимости&quot;.<br />&#160; &#160;Нам необходимо столковаться: права были равны - это значит, что каждый имел право удовлетворять свои потребности, не принимая в соображение потребностей других; иными словами, все имели одинаковое право вредить друг другу, и не было другого права, кроме права силы и хитрости. Ведь вредить друг другу можно не только войною и грабежом, но также захватывая что-либо раньше другого и присваивая его. И вот для того, чтобы уничтожить это одинаковое право употреблять силу и хитрость, одинаковое право причинять друг другу зло, этот единственный источник неравенства благ и зол, начали заключать молчаливые или формальные договоры и установили равновесие. Таким образом, эти договоры имели целью обеспечить всем равенство благосостояния, следовательно, по закону противоположностей, если отчужденность есть принцип неравенства, то неизбежным результатом общества является равенство. Социальное равновесие есть уравнение прав слабого и сильного, ибо, поскольку они не равны, они чужды друг другу, не образуют союза и остаются врагами. Итак, если неравенство условий есть необходимое зло, то лишь при состоянии отчужденности, так как общество и неравенство противоречат одно другому; следовательно, человек, созданный для общества, создан также для равенства. Логичность этого умозаключения неоспорима.<br />&#160; &#160;Раз это так, то почему же, со времен установления равновесия, неравенство постоянно возрастает? Каким образом царство справедливости является всегда царством отчужденности? Что отвечает нам на это Дестют-де-Траси?<br />&#160; &#160;&quot;Потребности и средства, права и обязанности вытекают из способности хотеть, и если бы человек ничего не хотел, то у него ничего из этого не было бы. Но иметь потребности и средства, права и обязанности - значит иметь что-нибудь, обладать чем-нибудь. Они представляют собой столько же видов собственности, понимая собственность в самом широком и общем значении слова; они представляют собой принадлежащие нам вещи&quot;.<br />&#160; &#160;Это недостойная двусмысленность, которую не оправдывает даже потребность в обобщении. Слово собственность (propriete) имеет два смысла: 1) оно обозначает свойство, благодаря которому вещь является тем, что она есть, присущую ей особенность, которою она отличается от других. В этом смысле говорят: свойства (proprietes) треугольника или чисел, свойства магнита и т. д.; 2) оно выражает право господства разумного и свободного существа над какой-либо вещью. В таком именно смысле употребляют его юристы. Таким образом, в предложении: железо приобретает свойство (propriete) магнита, слово proprietйeвызывает иное представление, чем в следующей фразе: этот магнит представляет мою собственность (propriete). Говорить несчастному, что у него есть свойство, потому что у него есть руки и ноги, что голод, терзающий его, и способность спать на открытом воздухе являются его особенностями, это значило бы играть словами и присоединять к бесчеловечности насмешку.<br />&#160; &#160;&quot;Понятие собственности может основываться только на понятии личности. Когда возникает понятие собственности, оно неизбежно и неизменно возникает во всей своей полноте. Как только индивидуум сознает свое я, свою способность наслаждаться, страдать, действовать, он неизбежно убеждается также, что это я является исключительным собственником тела, которое оно одушевляет, его органов, сил и способностей... Необходимо, чтобы существовала собственность естественная, раз существует собственность искусственная и договорная, ибо не может быть ничего искусственного, что не имеет своего основания в природе&quot;.<br />&#160; &#160;Преклонимся перед добросовестностью и мудростью философов. Человек имеет свойства (propriete), т. е., в первом смысле слова, особенности. Он обладает собственностью (propriete) на них во втором смысле слова, т. е. господством над ними. Таким образом, он имеет особенность (propriete) способности (propriete) быть собственником (propriйtaire). Я постыдился бы заниматься здесь подобными глупостями, если бы речь шла только о Дестют-де-Траси; но эта ребяческая путаница была уделом всего человеческого рода при возникновении обществ и языков, когда, вместе с первыми понятиями и первыми словами, возникла метафизика и диалектика. Все, о чем человек мог сказать мое, отожествилось в его уме с его личностью; он стал считать все это своей собственностью, своим именем, частью самого себя, членом своего тела, способностью своего ума. Обладание вещами было уподоблено собственности на преимущества своего тела и духа, и на этом ложном уподоблении было основано право собственности, подражание искусства природе, как выражается на своем изящном языке Дестют-де-Траси.<br />&#160; &#160;Но как же этот утонченный идеолог не заметил, что человек не является даже собственником своих способностей? Человек обладает силами, качествами, способностями; природа дала ему их, чтобы он мог жить, познавать, любить. Он не обладает полным господством над ними и является по отношению к ним только узуфруктуарием; свое право пользования он может осуществить, только сообразуясь с законами природы. Если бы он был безусловным господином своих свойств и способностей, он не допустил бы в себе чувства голода и жажды; он ел бы без всякой меры, прогуливался бы по огню, поднимал бы горы, проходил бы по 100 миль в час, лечил бы болезни без лекарства одною силою воли и сделался бы бессмертным. Он говорил бы: я хочу произвести - и произведения его, подобно идеалу, были бы совершенны; он говорил бы: я знаю - и знал бы, я люблю - и наслаждался бы любовью. Как! Человек, не будучи господином над самим собою, может быть господином чего-нибудь, вне его находящегося! Пусть он пользуется произведениями природы, раз он может жить только при условии пользования ими, но пусть он откажется от притязаний собственника и пусть помнит, что название это лишь метафора.<br />&#160; &#160;Словом, Дестют-де-Траси смешивает под одним общим названием внешние блага природы и искусства и силы или способности человека, называя и те и другие собственностью (propriete). И при помощи этой двусмысленности он надеется установить на непоколебимых основах право собственности. Но из этих собственностей (propriete) одни врожденные, как память, воображение, сила, красота, другие же приобретенные, как, например, поля, воды, леса. При первобытном состоянии или состоянии отчужденности наиболее ловкие и сильные субъекты, т. е. наилучше одаренные в смысле врожденных &quot;собственностей&quot;, имеют наибольшие шансы завладеть собственностями приобретенными. И вот для того, чтобы предупредить такие захваты и вытекающую из них борьбу, были придуманы равновесие, справедливость, были заключены молчаливые или формальные договоры, т. е. чтобы в неравенство собственностей врожденных внести поправку путем уравнения собственностей приобретенных. Если распределение не равное, то участники его остаются врагами и договор надо возобновлять. Итак, с одной стороны, мы имеем отчужденность, неравенство, антагонизм, войну, грабеж, избиения, а с другой - общество, равенство, братство, мир и любовь. Будем же выбирать.<br />&#160; &#160;Господин Жозеф Дютан, физик, инженер, геометр, но слабый законовед и совсем не философ, является автором &quot;Philosophie de l'economie politique&quot;, в которой он счел нужным выступить на защиту собственности. Метафизика его, по-видимому, позаимствована у Дестют-де-Траси. Он начинает свое сочинение следующим, достойным Сганареля определением собственности: &quot;Собственность есть право, благодаря которому какая-нибудь вещь принадлежит данному лицу&quot;. Это значит буквально следующее: собственность есть право собственности.<br />&#160; &#160;После некоторой дозы празднословия на тему о воле, о свободе, о личности, после проведения различия между собственностями нематериальными естественными и собственностями материальными естественными, которые сводятся к врожденным и приобретенным собственностям Дестюта-де-Траси, г. Жозеф Дютан заканчивает следующими двумя общими положениями: 1) собственность является для всякого человека правом естественным и ненарушимым; 2) неравенство в собственности есть необходимый результат природы. Оба эти положения можно свести к следующему, более простому: все люди имеют равное право на неравную собственность.<br />Господин Дютан упрекает г. де-Сисмонди в том, что он писал, будто земельная собственность не имеет иной основы, кроме законов и договоров; сам же он, говоря об уважении народа к собственности, замечает, что &quot;здравый смысл его раскрывает ему природу первоначального договора, заключенного между обществом и собственниками&quot;.<br />&#160; &#160;Он смешивает собственность с владением, общность с равенством, справедливое с естественным, естественное с возможным: то он принимает эти различные понятия, как равнозначащие, то как будто отличает их друг от друга, так что в конце концов опровергнуть его легче, чем понять. Заинтересовавшись заглавием книги, я, в тумане, напущенном автором, нашел только вульгарные идеи, поэтому я не буду больше возвращаться к этому сочинению.<br />&#160; &#160;Господин Кузен в своей Philosophie morale, с. 15, сообщает нам, что всякая нравственность, всякий закон, всякое право даны нам в следующем завете: свободное существо, оставайся свободным. Я скажу: браво, учитель! Я хочу остаться свободным, если смогу. Он продолжает:<br />&#160; &#160;&quot;Наш принцип верен, он хорош, он социален; нам не следует бояться сделать из него все выводы.<br />&#160; &#160;1. Если человеческая личность священна, она является таковою во всей своей природе и особенно в своих внутренних актах, в своих чувствах, мыслях и проявлениях воли. Отсюда проистекает уважение, вызываемое в нас философией, религией, искусствами, промышленностью, торговлею, всеми продуктами свободы. Я говорю уважение, а не просто терпимость, ибо право бывает нетерпимо, но уважаемо.<br />&#160; &#160;Я преклоняюсь перед философией.<br />&#160; &#160;2. Моя святая свобода, для проявления вовне, нуждается в орудии, которое называется телом: таким образом тело причащается к святости свободы и само становится неприкосновенным. Отсюда принцип индивидуальной свободы.<br />&#160; &#160;3. Моя свобода, чтобы проявиться вовне, нуждается в арене для деятельности или материале, иными словами - в собственности или в вещи. Эта собственность или эта вещь естественно приобщаются к неприкосновенности моей личности. Допустим, например, что я завладеваю предметом, сделавшимся полезным и необходимым орудием внешнего развития моей свободы. Я говорю: этот предмет принадлежит мне, так как он не принадлежит никому другому; с этого момента я, на законном основании, обладаю этим предметом. Таким образом, законность владения покоится на двух условиях: во-первых, я владею только при условии, что я свободен; уничтожьте свободу действий, и вы уничтожите во мне принцип труда. Только посредством труда я могу присвоить себе собственность или вещь, и, только присвоив ее себе, я владею ею. Таким образом, принципом права собственности является свобода действий; этого, однако, еще недостаточно для того, чтобы узаконить владение. Все люди свободны, каждый может присвоить себе какую-нибудь собственность посредством труда; означает ли это, что все имеют право на всякую собственность? Вовсе нет. Для того чтобы я владел законным образом, нужно не только чтобы я, в качестве свободного существа, мог работать и производить; нужно еще, чтобы я первый завладел собственностью; словом, если труд и производство являются принципом права собственности, то факт первоначального завладения является необходимым условием ее.<br />&#160; &#160;4. Я владею на законном основании, следовательно, я имею право использовать мою собственность так, как мне вздумается; я имею также право отдать ее. Кроме того, я имею право передать ее по завещанию, ибо с того момента, как акт свободы санкционировал мой дар, он и после моей смерти так же свят, как и при моей жизни&quot;.<br />&#160; &#160;Итак, чтобы сделаться собственником, надо, согласно г. Кузену, завладеть собственностью путем захвата и труда. Добавлю от себя, что надо также поспевать вовремя, ибо если первые оккупанты уже завладели всем, то что же останется лицам, явившимся впоследствии? Что станется со свободами, имеющими орудие для того, чтобы действовать, но не имеющими объекта? Неужели им останется только уничтожить друг друга? Это ужасный исход, которого не предвидела философская предусмотрительность, ибо великие гении не обращают внимания на мелочи.<br />&#160; &#160;Заметим также, что г. Кузен за захватом и за трудом в отдельности не признает свойства создавать собственность. У него последняя является только плодом их соединения. Это одно из проявлений свойственного г. Кузену эклектизма, от которого ему следовало бы воздерживаться более, чем кому-либо другому. Вместо того чтобы оперировать путем анализа, сравнения, исключения и выведения, который один только может показать истину среди различных форм мыслей и взглядов, г. Кузен смешивает все системы, а затем, одновременно одобряя и отрицая каждую из них в отдельности, он говорит: вот истина.<br />&#160; &#160;Но я предупредил, что не буду опровергать, что, наоборот, из всех гипотез, придуманных для защиты собственности, я выведу принцип равенства, убивающий последнюю. Я сказал, что вся моя аргументация будет заключаться в отыскании во всех рассуждениях неизбежной основы равенства и что я надеюсь со временем показать, что принцип собственности уже в самом зародыше отравляет науку экономическую, науку о праве и о государстве, и сбивает их с истинного пути.<br />&#160; &#160;Разве не верно, с точки зрения г. Кузена, что раз свобода человека свята, то она свята во всех без различия индивидуумах; что если она для проявления вовне, т. е. для того, чтобы жить, нуждается в собственности, то эта потребность в присвоении какой-либо собственности одинакова для всех; что, требуя от других уважения к моему праву присвоения, я со своей стороны должен уважать право других; что если, следовательно, в области бесконечного способность свободы к присвоению находит предел лишь в себе самой, то в области конечного эта же самая способность находит себе предел в математическом отношении числа свобод к пространству, которое они занимают? Не следует ли отсюда, что раз свобода не может препятствовать другой современной ей свободе присвоить себе такую же вещь, какою обладает она, то она тем более не может лишать этой способности будущие свободы, ибо индивидуум погибает, но совокупность сохраняется, и закон вечного целого не может зависеть от его временной части. Не следует ли сделать отсюда вывод, что каждый раз, когда является на свет новое существо, одаренное свободой, остальные должны потесниться? И наоборот, когда новый пришелец является наследником нескольких долей, то право наследования заключается не в праве накоплять их в своих руках, но только в праве выбора между ними.<br />&#160; &#160;Я подражал г. Кузену даже в слоге, и мне теперь стыдно. Разве нужны эти высокопарные выражения, эти звонкие фразы для того, чтобы выразить такие простые вещи? Для того чтобы жить, человек должен трудиться, следовательно, ему нужны орудия труда и материал. Потребность производить является его правом, и это право гарантируется ему его ближними, по отношению к которым он обязан сделать то же самое. Сто тысяч человек поселяются в пустынной стране, равной по площади Франции; каждый из этих людей имеет право на одну стотысячную часть всего запаса земли. Если число владельцев увеличивается, доля каждого соответственно этому уменьшается, так что при 34 миллионах жителей каждый имеет право только на одну тридцатичетырехмиллионную часть территории. Организуйте теперь полицию, управление, труд, обмен, наследование и т. д. таким образом, чтобы средства труда оставались всегда одинаковыми для всех и чтобы каждый был свободен, тогда общество будет совершенно.<br />&#160; &#160;Из всех защитников собственности лучше всех обосновал ее г. Кузен. Он возражал экономистам, что труд может дать право собственности лишь постольку, поскольку ему предшествует захват; законникам же он говорил, что гражданское право может дать определение и применение естественному праву, но что создать его оно не может. В самом деле, мало сказать: &quot;Право собственности доказывается самым фактом существования последней, с этой точки зрения гражданский закон играет роль заявителя&quot;, это значило бы признать невозможность возразить что-либо тем, кто сомневается в законности самого факта. Всякое право должно оправдать себя или самим собою, или другим правом, ему предшествующим; собственность также не может избегнуть этой альтернативы. Вот почему г. Кузен пытался найти ей обоснование в том, что он называет святостью человеческой личности, и в акте, посредством которого воля присваивает себе какую-нибудь вещь. &quot;Раз человек прикоснулся к каким-либо вещам, - говорит один из учеников г. Кузена, - они приобретают от него характер, изменяющий и очеловечивающий их&quot;. Я со своей стороны признаюсь, что не верю в такое волшебство и не знаю ничего менее святого, чем человеческая воля. Но эта теория, весьма непрочная и с психологической и с юридической точки зрения, носит все-таки гораздо более философский и глубокий характер, чем теории, основанные только на труде или на авторитете закона. И вот мы видим, к чему приводит теория, о которой мы говорили, - она приводит к равенству.<br />&#160; &#160;Но, быть может, философия смотрит на вещи слишком свысока и недостаточно практично; быть может, с высоких вершин философской спекуляции люди кажутся слишком маленькими, для того чтобы метафизики принимали в расчет различие между ними; быть может, наконец, равенство условий является одним из тех афоризмов, которые верны в своей величественной всеобщности, но которые смешны и опасны, когда их хотят приложить к обыденной жизни, к социальным взаимоотношениям. Здесь, несомненно, представляется случай подражать мудрой воздержности моралистов и юристов, которые предостерегают нас от крайностей и от всяких определений, ибо, по их словам, нет ни одного, которое нельзя было бы уничтожить целиком, сделав из него все гибельные выводы: omnis definitio in jure civili periculosa est: parum est enim ut non subverti possit. Равенство условий - эта ужасная догма для собственника, утешительная истина для бедного умирающего, отвратительная действительность, обнаруживающаяся под скальпелем анатома, равенство условий, перенесенное в область политическую, гражданскую и в область промышленности, представляет собою только обманчивую невозможность, коварную приманку, сатанинскую ложь.<br />&#160; &#160;Я никогда не буду стараться обмануть читателя. Для меня всякий, кто в своих словах и в своем поведении пользуется увертками, отвратительнее самой смерти. С первой же страницы этого сочинения я выражался настолько точно и ясно, что все могли понять мои мысли и мои намерения, и я надеюсь, все согласятся с тем, что трудно было бы обнаружить в одно и то же время больше смелости и искренности. Поэтому я думаю, что не слишком забегу вперед, если скажу, что недалеко то время, когда столь восхваляемая сдержанность философов, столь усердно рекомендуемая докторами нравственных и политических наук золотая середина будет считаться только позорной особенностью беспринципной науки и печатью ее падения. В законодательстве и в морали, так же как в геометрии, аксиомы абсолютны, определения точны и самые крайние выводы, раз только они делались со всею строгостью, являются законами. Какая достойная жалости гордость! Мы ничего не знаем о своей природе и обвиняем ее в наших противоречиях; увлеченные нашим наивным невежеством, мы осмеливаемся восклицать: &quot;Истина заключается в сомнении, наилучшим определением является отсутствие всякого определения&quot;. Мы когда-нибудь узнаем, происходит ли эта ужасная недостоверность в юриспруденции от свойств ее объекта или от наших предрассудков, не достаточно ли для объяснения социальных явлений изменить нашу гипотезу, подобно тому как Коперник перевернул всю систему Птолемея.<br />&#160; &#160;Но что скажут читатели, если я докажу, что эта самая юриспруденция в своей аргументации постоянно опирается на равенство, для того чтобы оправдать господство собственности? Что мне на это возразят?</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Sun, 26 Apr 2026 11:15:27 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=328#p328 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=327#p327 <p>999 - Your Number Is My Number</p> <p><a href="https://youtu.be/ljePXcgEFPs?si=xY_2E232m2yotl8X" rel="nofollow" target="_blank">https://youtu.be/ljePXcgEFPs?si=xY_2E232m2yotl8X</a></p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Sun, 26 Apr 2026 11:12:33 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=327#p327 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=326#p326 <p><strong>Военно-исторические спекуляции.</strong></p> <p>Предметом расхожих спекуляций махновских апологетов является положение на фронте Повстанческой дивизии (Армии? Уже с середины мая 1919г. начинает употребляться название Повстанческая армия) весной 1919г., - мол, воевала она в исключительно трудных условиях. Дубовик присоединяется к этим спекуляциям, которые не имеют никакого отношения к рассматриваемому нами вопросу. «Почему дивизия не имела поддержки на своем левом фланге?», - возмущенно восклицает он, напоминая, что левый фланг махновцев был оголен, что разрыв между Повстанческой дивизией и правым флангом XIII-й Красной армии достигал десятков километров (Подтекст здесь таков, что это коварные большевики специально создали такой разрыв, чтобы подставить фланг и тыл махновцев под удары рейдирующей конницы Шкуро). Именно в этот разрыв, по мнению Дубовика, «был направлен главный удар деникинцев, вышедших во фланг, а затем в тыл Повстанческой дивизии». Кроме стремления уйти от оценки роли «народного героя» в конкретном бою, этот пассаж показывает, что Дубовик плохо понимает характер боевых действий в войнах, развернувшихся на территории бывшей Российской империи в 1917-1921г.г. За редким исключением, силы враждующих сторон (не только соединения, но даже отдельные части) всегда действовали с открытыми флангами, с огромными разрывами в оперативном построении войск. Слишком большими территориально были театры военных действий, слишком малочисленными были силы сторон. Кампания весны-лета 1919г. между ВСЮР и РККА не является исключением (исключением является лишь такой&#160; эпизод этой кампании, как оборона красными царицынской укрепленной позиции во время ее штурма Кавказской армией Врангеля). У красных разрывы в десятки километров были не только между армиями, но и между дивизиями в составе армий. Еще более наглядно боевые действия с оголенными флангами, с огромными разрывами между отдельными группировками войск, демонстрировали белогвардейцы, которые всегда численно значительно уступали красным. Успехи или неудачи в такой маневренной, полупартизанской войне решал вопрос – у кого в руках была инициатива. Дубовику стоило бы поинтересоваться, как весной 1919г. отступали с Донбасса&#160; XIII-я и&#160; YIII-я Красные армии, когда инициатива ведения боевых действий была у белых, которые благодаря своей казачьей коннице, постоянно заходили за открытые фланги и в тылы отступающих красных дивизий. Пусть он также поинтересуется, как по территории Украины&#160; летом 1919г. наступала Добровольческая армия, - несколькими группировками, с необеспеченными тылами, с совершенно оголенными флангами,&#160; разрывы между которыми достигали не то что десятков, но до сотни и более километров! «Главный удар деникинцев» в разрыв между махновцами и красными – это вообще ляпсус. Я не собираюсь подсказывать Дубовику, где в мае 1919г. ВСЮР наносили свой главный удар, но скажу, что наступательная операция части сил Добровольческой армии в западном направлении носила характер вспомогательной, которая первоначально даже не предусматривала взятия Екатеринослава и переноса боевых действий на правый берег Днепра.<br />Четыре месяца ( январь – май 1919г.) с переменным успехом между белыми и красными россиянами (с махновцами в придачу) шла борьба за Донбасс, - за Каменноугольный район, как предпочитали выражаться белогвардейцы. Почему с переменным успехом? Да потому, что численное превосходство красных и махновцев над белыми было подавляющим, - к маю 1919г., по данным Деникина, у белых на Донбассе было всего 9600 бойцов, а сколько их было в XIII-й, в YIII-й и во 2-й Украинской красных армиях, - пусть Дубовик подсчитает сам. Положение на фронте Повстанческой дивизии было весьма стабильным – с переменным успехом она вела боевые действия несколько восточнее Мариуполя и Волновахи. Для красных и махновцев положение на Донбассе резко изменилось к худшему, когда&#160; белому командованию удалось перебросить на Донбасс конницу Шкуро. Давление белогвардейцев становится комбинированным, -&#160; с фронта нажимали пехотные части, - в случае с Повстанческой дивизией это был отряд генерала Виноградова, а за открытые фланги, в тылы, прорывалась рейдирующая конница Шкуро. Но даже в этой ситуации никакой катастрофы (как это преподносит Дубовик) на фронте «войск имени Батько Махно» в мае 1919г. не было, - они продолжали держаться в районе Волноваха – Мариуполь, а в июне-июле, уже будучи под красным командованием, начали отходить, сначала к железной дороге Пологи – Бердянск, потом к линии железной дороги Александровск – Мелитополь – Чонгар, а потом вообще за Днепр, где были включены в состав Крымской Советской стрелковой дивизии. Если где рядом и была у красных в мае 1919г. катастрофа, так это на фронте XIII-й армии, которая была совершенно расстроена комбинированными ударами лучшей белогвардейской пехоты (корниловцев, марковцев, дроздовцев) и конницы Шкуро и в полном беспорядке отходила с Донбасса в сторону Харькова.&#160; <br />Поэтому никакими ссылками на, якобы, особо тяжелую обстановку на фронте Повстанческой дивизии, гибель сводного Гуляй-Польского полка оправдать невозможно.<br />Однако&#160; спекулятивные рассуждения Дубовика не ограничиваются этой темой. Как один из махновских апологетов, он не может пройти мимо двух излюбленных тем промахновских спекуляций: плохого снабжения боеприпасами и репрессий против военно-политического актива махновщины со стороны большевиков в мае-июне 1919г.&#160; &#160;<br />Почему,&#160; - негодует он, -&#160; махновские войска, «с момента своего возникновения в составе Красной армии»&#160; испытывали&#160; постоянную нехватку всего военного снаряжения?! Патронов и снарядов остро не хватало, но при этом&#160; красное командование гнало махновскую бригаду-дивизию вперед, - на Мариуполь, на Таганрог, на Ростов и предупреждало, что невыполнение этих приказов наступать и наступать будет рассматриваться как&#160; измена. Где мое негодование этими возмутительными фактами?!&#160; Почему я не даю оценки действиям и бездействию большевистского высшего военно-политического руководства?! Почему я не объявляю в связи с этим военными преступниками Ленина, Троцкого, Каменева, Раковского, Гиттиса, Антонова-Овсеенко, Подвойского, Скачко, Ворошилова, Дыбенко и т.д.?!&#160; <br />Эти возмущенные вопросы представляют собой негодную попытку утопить обсуждение военного преступления Махно 22.05.1919г. в широкой теме взаимоотношений большевизма и махновщины. О поведении Махно в тот день я высказался достаточно полно и дал ему однозначную оценку, но теперь и эту тему придется затронуть, так как обойма возмущенных вопросов Дубовика показывает, что он явно не понимает некоторых важных вещей. Попробую, по возможности кратко, объяснить.<br />100 лет назад большевизм (и соответственно, его высшее военно-политическое руководство)&#160; упорно строил тоталитарную систему партия-государство, где большевистская партия выполняла&#160; государственные функции, а государство было иерархией чиновников от большевизма. В этой системе не было места социально- политическим инициативам вне большевистской партии. Любое социальное начинание, любое политическое действие должно было исходить только от большевиков или находиться под их полным контролем. Свободно избранные Советы (что означало свободу предвыборной агитации); Советы, в которых не было обеспечено доминирование большевиков; беспартийные Советы ( что означало Советы без коммунистов) - все это для большевиков были не-Советы, их следовало разгонять. Все это было проявлениями политической активности «мелкобуржуазной контрреволюции», которую, при установке большевизма на социалистическую революцию, следовало подавлять. То же самое можно сказать о других&#160; социалистических партиях, о независимых от партии-государства профсоюзах, о кооперативном движении и т.д.; то же самое можно сказать и о военном строительстве.<br />Пусть Дубовик освежит в своей памяти резолюции проходивших в Гуляй-Поле районных съездов крестьянских, рабочих и повстанческих делегатов. – Второго, в феврале 1919г. и Третьего, в апреле 1919г. Самочинный&#160; созыв этих съездов уже был для большевиков неприемлем (тем более создание на них каких-то отдельных, особенных органов власти, - Военно-Революционного Совета и его исполкома), а содержание принятых ими резолюций было совершенно несовместимо с большевистской политической системой. Если резолюция Второго съезда упрекала большевиков в развитии системы «комиссародержавия», то резолюция Третьего съезда, - это уже был прямой вызов большевизму, это было объявление ему идейно-политической войны, которая, по условиям того времени, неизбежно должна была перерасти в вооруженную борьбу. И если против белогвардейцев красные и махновцы еще сражались вместе, то в тылу, в «махновском районе» и вокруг него, конфронтация непрерывно нарастала и махновцы в этом противостоянии не оставались в долгу перед большевиками. Дело определенно шло к новой григорьевщине. Поэтому с позиций большевизма&#160; совершенно целесообразным было&#160; запрещение Троцким проведения Четвертого съезда и применение репрессий по отношению к его инициаторам, организаторам и агитаторам.&#160; Ликвидация махновщины была для большевиков лишь вопросом времени и текущей военно-политической ситуации.&#160; «С войсками Махно, временно, пока не взят Ростов, надо быть дипломатичными…» - писал Ленин Каменеву в начале мая 1919г. Рапорт Реввоенсовета 2-й Украинской армии&#160; командующему Южным фронтом от 23.05.1919г.&#160; о самочинном переформировании махновской бригады в дивизию, предлагал дилемму: заниматься этой дипломатией, то есть «соглашательской политикой», «пока добровольческо-казачьи войска не будут оттеснены за Кубань» или заняться ликвидацией махновщины с сегодня на завтра, если «в запасе Южфронта» имеются «реальные силы»:&#160; &#160; &#160;«… для ликвидации Махно необходимо иметь не менее двух хорошо вооруженных и полночисленных русских дивизий». Тот же рапорт Реввоенсовета 2-й Украинской армии давал четкую большевистскую оценку махновщине и взаимоотношений с ней:<br />«…бригада Махно представляет собой крестьянскую массу, пропитанную мелкобуржуазными левоэсеровскими, анархическими тенденциями, совершенно противоположными государственному коммунизму, в таком же противоположном направлении ведут махновские войска их вожди и потому столкновение между махновщиной и коммунизмом рано или поздно неизбежно. Это учитывалось командованием 2-й армии уже давно, и еще при образовании бригады Махно командармом-2 были даны ей итальянские винтовки с тем расчетом, чтобы в случае надобности имелась возможности оставить их без патронов».<br />Сказано по существу и весьма откровенно. Это была известная большевистская тактика, не раз реализовавшаяся во время Великой Российской революции 1917-1921г.г. – использовать мелкобуржуазных попутчиков или временных союзников, а потом, в удобный момент избавляться от них.<br />Военное строительство. Отказавшись от провозглашавшегося в 1917г. революционного принципа всеобщего вооружения народа, большевизм уже в 1918г. перешел к строительству регулярной Красной армии, основанной на принудительной мобилизации и массовом привлечении на командные должности бывших офицеров царской армии. Я не знаю, насколько широко известен тот факт, что большевики привлекли на службу в Красную армию более чем в два раза больше бывших царских офицеров, чем их воевало во всех белых армиях вместе взятых, ведь одним из устойчивых мифов о революции 1917-1921г.г. является мнение, что бывший царский офицер, - это, прежде всего, белый офицер. В свою очередь, махновщина была пропитана патологической ненавистью к старому офицерству…<br />В Красной армии, в этой жестко централизованной, пронизанной большевистским политическим контролем и системой политического сыска военной структуре, повстанческая бригада – дивизия – армия была совершенно инородным телом, которое рано или поздно должно было или растворено или ликвидировано, как это происходило со всеми партизанскими формированиями (даже пробольшевистского толка), в разное время, в разных регионах присоединявшихся к Красной армии. Тем более нетерпимой для большевиков была ситуация, когда отдельный партизанский командир, присоединившись к Красной армии, создавал в тылу свой особый район, где проводил&#160; военную и социальную политику, противостоящую политике центра: альтернативные советско-большевистской системе органы власти; собственная контрразведка; срыв большевистской политики продовольственной диктатуры; заградотряды на железных дорогах; самочинные&#160; реквизиции в захваченных городах и концентрация реквизированных материальных ценностей в своей «столице»; самочинные мобилизации и т.д.<br />Дубовик, очевидно, не понимает, что любой, любого калибра, красный военачальник только за публичную декларацию о намерениях проводить&#160; политику, которую проводил Махно в «махновском районе», был бы немедленно снят со своего поста,&#160; арестован и расстрелян, как вдохновитель контрреволюционного мятежа, и возможно, даже со своим ближайшим окружением…<br />Поэтому большевистское высшее военно-политическое руководство весной 1919г. настойчиво и последовательно решало очень сложную для себя задачу: надо было и фронт против белогвардейцев не разрушить и махновщину, как совершенно несовместимое с политической системой большевизма социальное явление, ликвидировать. Вот и все. Этим описывается содержание всех возмущенных реплик Дубовика, которыми он пытается нейтрализовать попытки подорвать героический миф о Махно.&#160; <br />Так почему я должен считать Ленина, Троцкого и других соприкасавшихся с махновщиной большевистских лидеров военными преступниками?! Они строили тоталитарную систему однопартийной диктатуры, которую считали необходимым средством для победы социалистической революции. Причем здесь конкретные военные преступления: уничтожение пленных; мародерство; грабеж, насилия и убийства мирного населения в зоне боевых действий; переход на сторону противника; преступная халатность при исполнении своих воинских обязанностей и т.д., в том числе и обрекающее на гибель собственных солдат бегство командиров с поля боя?!<br /> Какое отношение имеет Троцкий (на которого привычно и дежурно до сих пор вешают всех собак) к тому, что 22.05.1919г. в бою со Шкуро, Махно сбежал с поля боя, бросив своих бойцов?!&#160; <br />Дубовику надо или снять эти смешные потуги объявить большевистских лидеров военными преступниками или идти дальше, - как говорится, сказавши «А», говорить и «Б». Тогда надо говорить, что преступным было все: удушение повстанчества, разгон небольшевистских Советов и независимых профсоюзов; ликвидация социалистических партий и т.д. и т.п.&#160; Тогда надо говорить, что преступны были методы большевизма,&#160; что преступен был сам большевизм,&#160; что преступен был, в конце концов,&#160; Октябрьский переворот в 1917г.!<br />Но не лучше ли Дубовику задуматься над тем, почему именно большевизм оказался самой&#160; гибкой, самой стойкой, самой мощной, всепобеждающей политической силой во время революции 1917-21 г.г.? Когда читаешь подавляющее большинство современных авторов, пишущих об этой революции, то получается, что против большевиков были все и вся: национально-освободительные движения на окраинах бывшей Российской империи и все социальные классы и прослойки российского общества. Крестьяне были против; интеллигенция – против; рабочий класс, - и тот, оказывается, был против, не говоря уже о классах, господство которых свергли большевики. Так почему же большевизм тогда победил?! Я понимаю, что клеить ярлыки на большевистских лидеров проще, чем размышлять на эту тему, но&#160; надеюсь, что такие размышления будут полезны для интеллектуального развития апологета махновщины.<br />Но вернемся к нашей конкретике. Белаш в своих писаниях постоянно жалуется на плохое снабжение махновских войск боеприпасами весной 1919г., которое полностью прекратилось после распоряжения Троцкого №96с от 3.06.1919. Поэтому, если бы сводный пехотный Гуляй-Польский полк выдвинулся в Святодуховку без патронов или был вооружен пресловутыми итальянскими винтовками, а патроны были только к российским «трехлинейкам», то Белаш обязательно сослался бы на эту оправдательную причину и обвинил бы большевиков (точнее «троцкистов», - у Белаша всегда так, - все, что большевики делают против махновцев, - это делают «троцкисты») в гибели только что созданного полка. Но в данном случае Белаш ни словом не обмолвился о каких-то проблемах с боеприпасами. По его словам, «полк отстреливался», когда началась атака Шкуро, а в автомобиле, на котором драпали Махно и Белаш, «к счастью», то есть, якобы, случайно, оказалось два ручных пулемета и ни много, ни мало, 20 лент к ним.&#160; Кстати,&#160; поставлявшиеся во время Первой мировой войны в Россию из США ручные пулеметы «Люис» были специально адаптированы&#160; под единый с российской «трехлинейкой» патрон.<br />Нельзя избавиться от мысли: ну, решили драпануть, так драпайте со своим личным оружием, - с маузерами, с наганами или что там у них было, но оставьте обороняющимся&#160; пулеметы. Я думаю, что даже не надо&#160; быть участником боевых действий, чтобы представить эффективность работы ручного пулемета по плотной массе всадников, скачущих сельской улицей.<br />Так что, в данном бою, ни о каком дефиците патронов, умышленно созданном злобными «троцкистами», речи не было…<br />В контексте этой темы надо отдельно остановиться на «описи»(как&#160; называет Дубовик этот документ), т. е. на приемо-сдаточном акте по передаче «войск имени Батько Махно» под красное командование, согласно которому 1-я Повстанческая&#160; дивизия сворачивалась в 3-ю бригаду 7-й Украинской дивизии. Этот акт, приводимый Белашом в опусе «Дороги Нестора Махно», подписал он, как начальник полевого штаба Повстанческой дивизии и краском Круссер, вступивший в должность комбрига-3. Дубовик ссылается на этот акт, как на показатель отвратительного снабжения оружием махновских войск со стороны красных, так как согласно акту на 9.06.1919г. «в бывших махновских частях числилось 55 тыс. чел., из них оружие имели только 25 тысяч».<br />Правдоподобность этих цифр, а значит и подлинность самого документа, в котором они приводятся, вызывает большое сомнение. Зная численность войск УНР, Красной армии и ВСЮР весной - летом 1919г., трудно поверить, чтобы в махновской дивизии-бригаде было такое количество бойцов. Для примера: летом 1919г. в Крымской Советской армии было около 10.000 бойцов; еще до махновского мятежа в частях 58-й стрелковой дивизии, в Южной группе войск XII-й Красной армии в августе 1919г.,&#160; было около 18 000 бойцов.<br />Более того, вышеупомянутая докладная записка Круссера Ворошилову, датированная все тем же 9.06.1919г., которую в «Дорогах Нестора Махно» опубликовал соавтор В. Белаша, его сын А. Белаш, указывает численность махновской дивизии всего в 7 000 человек и ничего не говорит о тех бойцах, которые, якобы, в составе дивизии числись, но оружия не имели. При сравнении с численностью действовавших на территории Украины армий враждующих сторон весной - летом 1919г., эта цифра выглядит вполне адекватной.&#160; &#160; &#160; &#160; &#160; &#160;А. Белаш не сделал ни малейшей попытки хоть как-то объяснить это кричащее несоответствие в численности «махновских частей». Читателям «Дорог Нестора Махно» остается самим судить, какой документ подлинный, а какой сфабрикован В. Белашом. Учитывая склонность Белаша&#160; в своем опусе приводить совершенно нереальные&#160; цифры или выдумывать целые сражения, можно думать, что численность Повстанческой дивизии, указанная в приемо-сдаточном акте от 9.06.1919г., – это его фальсификация.<br />Но почему Дубовик, как современный апологет махновщины, не пытается хоть как-то объяснить этот казус и просто замалчивает докладную записку Круссера Ворошилову?!&#160; </p> <p>Еще одна ходкая тема промахновских спекуляций, - это репрессии, которые обрушили большевики на махновский актив в мае-июне 1919г. Дубовик не мог пройти мимо этой темы, - ведь это еще один удобный повод замазать темное пятно на биографии его героя выпадами в адрес большевизма.<br />Итак, вообразив, что я «печалюсь» о судьбе Веретельникова, он тут же изображает эту «печаль» лицемерной, ибо, если бы Веретельников 22.05.1919г. остался жив, то «у него были бы более чем реальные шансы погибнуть через две-три недели от рук большевиков». То, что к рассматриваемому нами вопросу это предположение никак не относится, что это очередная негодная попытка замазать его - так это само собой понятно. Но если рассмотреть этот и последующие выпады Дубовика&#160; по поводу большевистских репрессий против махновцев в мае-июне 1919г., то надо сказать, что это сплошная гиперболизация и передергивания, то есть, фальсификация истории украинской революции, на ниве которой он так активно подвизается.<br />Зададимся вопросом: были ли у Веретельникова шансы быть расстрелянным, останься он в живых 22.06.1919г.? Конечно были, как были они у любого красного командира, взявшегося «совать нос» в политику и, тем более, формулировать политическую линию, отличную от «генеральной линии» большевистской партии. Эти шансы были бы еще более реальными, если бы Веретельников оставался «ответственным членом коллегии штаба дивизии войск имени Батько Махно» или «начштаба армии повстанцев-махновцев». Озеров, ставший начальником штаба махновской&#160; армии-дивизии&#160; после Веретельникова, был расстрелян именно за это, - «за самое активное участие в махновской авантюре», тем более, что он в мае 1919г. агитировал за союз с Григорьевым. Но эти шансы были весьма&#160; малы, если бы Веретельников оставался командиром полка, ведь даже махновские апологеты (за исключением Дубовика) не забывали отметить, что все командиры махновских полков остались на своих местах. В течение всего лета 1919г. большевики так и не удосужились их арестовать и расстрелять. Можно также спросить у Дубовика: а почему не арестовали и не «вывели в расход» Белаша со своим штабом, сразу после того, как он передал Круссеру «войска имени Батько Махно» 9.06.1919г.?! Ведь это, по представлениям Дубовика, было бы так по большевистски, -&#160; подписали акт о передаче войск и тут же арест, а на следующее утро – «в расход»… Между тем, Круссер, в своем приказе о вступлении в должность комбрига, датированном все тем же 9.06.1919г., в частности, писал: «Все слухи о том, что все махновцы будут преследоваться новым командованием, ни на чем не основаны; их распускают те, кто чувствует за собой вину. Все истинные революционеры будут оставлены на своих местах совершенно независимо от того, к какой партии они принадлежат, только бы шли с нами в ногу за одно дело освобождения труда от капитала».<br />Но уже ночью с 9.06 на 10.06.1919&#160; Круссер погиб при таких обстоятельствах, что трудно избавиться от впечатления, что его убили сами красноармейцы, еще днем бывшие махновцами. После гибели Круссера командиром бригады на некоторое время становится Белаш, сохранивший при себе свой штаб. Не правда ли странно на фоне измышлений Дубовика о «массовых убийствах махновцев большевиками» в июне 1919г.? А ведь у большевиков были очень веские причины для того, чтобы в ближайшие дни после гибели Круссера арестовать и расстрелять весь перешедший в Красную армию махновский комсостав, включая Белаша со своим штабом. Пусть Дубовик поинтересуется, за что, например, был расстрелян вместе со своим штабом знаменитый Б. Думенко, командир Сводного конного корпуса, один из наиболее выдающихся красных кавалерийских военачальников….<br />Но ни один из махновских апологетов не забывал упомянуть арест и расстрел нескольких членов штаба махновской дивизии. Об этом расстреле упоминают и практически все историки, писавшие о махновском движении.&#160; Арестовали махновских штабистов&#160; в Синельниково 12.06.1919г., а расстреляли их&#160; &#160;в Харькове 17 06.1919г. Можно говорить о том, что взяли, а затем расстреляли первых попавшихся под руку представителей махновского комсостава. Никаких систематических, а тем более массовых репрессий против махновцев в июне 1919г. не было и в тогдашней обстановке военных поражений и значительной дезорганизации красного тыла быть не могло.<br />Аршинов: «Начальник штаба армии махновцев Озеров, члены штаба Михалев-Павленко, Бурбыга и несколько человек из В.Р.Совета были вслед за этим (вслед за бегством Махно со станции Гайчур после отправления своей знаменитой телеграммы) изменнически схвачены и казнены. Это положило начало казням многих других махновцев, попавших тогда в руки большевиков.»<br />Волин: «Одновременно они предательски захватили начальника штаба повстанческой дивизии Озерова, членов штаба Михалева-Павленко и Бурбыгу и нескольких членов Военно-революционного Совета. Все они были немедленно казнены. Это послужило сигналом ко многочисленным казням махновцев, арестованных большевиками».<br />Белаш: «17 июня в г. Харькове под председательством троцкиста Пятакова (члены: Буздалин и Рафаилов) заседал Чрезвычайный военный трибунал Донецкого бассейна. В числе приговоренных и в 24 часа расстрелянных были члены бывшего полевого штаба Повстанческой дивизии: Бурдыга, Коробко, Михалев-Павленко, Олейников, Добролюбов, Костин и Полунин». Эта информация подается Белашом со&#160; ссылкой на харьковскую газету «Коммунар» №73(87) от 18.06.1919г., где, очевидно, был напечатан список всех расстрелянных 17.06.1919г. махновцев и в другом месте отмечает, что четверо из расстрелянных штабистов были анархистами и трое – левыми эсерами.<br />Но только Дубовик дописался до «массовых убийств махновцев большевиками». Он также пишет о том, что махновские штабисты были расстреляны «по лживому и подлому обвинению в участии в «измене Махно». Тиражированное «советской» историографией обвинение махновцев в открытии фронта белогвардейцам или об измене, в смысле сговора с теми же белогвардейцами, -&#160; это, конечно, ложь. Никакого «открытия фронта» не было ни со стороны махновцев, ни со стороны красных, специально в ущерб махновцам, как это утверждают махновские апологеты. Шкуро своими рейдами просто разметал смежные фланги XIII-й и 2-й Украинской красных армий. Вообще-то говоря, эти лживые обвинения были совершенно излишними. Непонятно, зачем «Чрезвычайному трибуналу» понадобилось выдумывать подобный предлог. Махновских штабистов могли расстрелять просто за претворение в жизнь установок Третьего районного Гуляй-Польского съезда или за подготовку к проведению Четвертого.&#160; Ведь Троцкий требовал «устранить верхушку» махновщины без привязки к каким-либо обвинениям и объявил о репрессивных мерах по отношению ко всем, кто будет причастен к подготовке Четвертого районного съезда еще 4.06.1919г.<br />Но вряд ли Дубовику стоило применять эпитет «подлый» по отношению к этим обвинениям. Ведь тогда нужно было бы говорить о подлом убийстве Григорьева и членов его штаба; о подлом покушении на убийство Головного Отамана С. Петлюры после того, как армия УНР, по санкции того же Петлюры, приняла в свои лазареты больных и раненых махновцев и снабдила их патронами и снарядами при чудовищном дефиците средств медицинского обеспечения и острейшей нехватке боеприпасов у самой армии УНР (На постоянно пульсирующей по своим размерам территории Правобережной Украины, которую контролировала УНР, не было ни одного патронного, ни одного снарядного и оружейного завода, а микроскопические партии необходимых медикаментов вместе с деньгами доставлялись из Германии по воздуху, - с помощью эпизодических полетов аэропланов), то есть, по сути, спасла махновцев от разгрома белогвардейцами в сентябре 1919г. …</p> <p><strong>«Красная контрреволюция»</strong></p> <p>Итак, «красная контрреволюция»… Дубовик пишет, что «Махно, как известно, был вынужден уйти из Красной армии и с того времени начал борьбу на два фронта, против красной и против белой контрреволюции». Все было немного не так, но сейчас важно другое, - важно то, что такая оценка большевизма дает возможность задать Дубовику ряд вопросов по поводу деятельности его «народного героя».<br />Почему Махно, начиная с конца 1917г. и по июнь 1919г. все время тяготел к смычке и смыкался с этой самой «красной контрреволюцией»?<br />Проехав по городам Поволжья и побывав летом 1918г. в Москве, Махно что, не заметил тоталитарной тенденции в эволюции большевистского режима?<br />Почему тогда же он идет на прием к&#160; лидерам «красной контрреволюции» и пользуется их содействием при своем возвращении в Украину и это после того, как большевики устроили погром анархистских организаций в городах России в апреле 1918г.?!<br />Махно что, ничего не знал об организационной структуре регулярной Красной армии, с ее политкомиссарами, особыми отделами и бывшими царскими офицерами на командных должностях?!<br />Почему Махно так враждебно отнесся к украинской национально-демократической революции во главе с Центральной Радой, предпочитая ей смычку с российской «красной контреволюцией?!<br />Почему Махно так враждебно отнесся к «второму изданию» украинской национально-демократической революции во главе с революционной Директорией, которая снесла «Украинскую Державу» Скоропадского и представляла собой широчайшее восстание тех же украинских крестьян за землю и волю?!<br />Почему в декабре 1918г. Махно, при поддержке местной агентуры российского большевизма, напал на Екатеринослав, который защищали такие же, как у него, крестьянские отряды, только УНРовской ориентации, вместо того, чтобы догнать и уничтожить так ненавистных ему гетманцев, -&#160; VIII-й корпус гетманской армии, ставший «Екатеринославским отрядом Добровольческой армии», который был изгнан из Екатеринослава отрядами войск УНР буквально за неделю до нападения Махно и пешим порядком шел на Крым?! Быть может, Дубовик по анархистски шаблонно скажет, что, мол, УНРовские атаманы были «государственники»? Но это означало бы только то, что Махно предпочел смычку с жестко-централизованной государственной системой российской «красной контрреволюции» только что провозглашенной где-то в Киеве Украинской Народной Республике.<br />Какие классовые антагонизмы в декабре 1918г. (когда украинская национально-демократическая революция только что смела гетманщину и еще кое-где шли бои с ее сторонниками) могли заставить Махно начать вооруженную борьбу с оборонявшими Екатеринослав крестьянскими атаманами: с Гуляй-Гуленко; с Божко; с нанесшим ему успешный контрудар Самокишем?!<br />Почему в то время Махно ни разу не дал оценки наступавшей с севера регулярной армии «красной контрреволюции», как вторгнувшейся в Украину российской оккупационной вооруженной силе?! Белаш описывает замечательную в своем роде сценку совещания махновского комсостава после поражения в Екатеринославе: Махно: «Теперь нам следует смотреть за Самокишем, чтобы он на Синельниково не ударил. Ты, Чубенко, сейчас же одевайся(?) и поезжай туда и если он не будет наступать дальше Нижнеднепровска, надо занять Павлоград и Лозовую. Может быть, удастся соединиться с Красной армией, которая, по слухам(?!), заняла Белгород и перешла в наступление по всему Украинскому фронту. Если с ней будешь иметь встречу – заключи военный союз. Согласны, ребята? – обратился к нам Махно. Мы, как один, были согласны. Нас пригласили в столовую и мы пошли за Махно. Он налил стакан(!) спирта: «За будущее повстанчества!»» (Что можно сказать по этому поводу? Вопиющий военно-политический дилетантизм, национальный нигилизм и пособничество российским красным оккупантам, той самой «красной контрреволюции». И как многозначительно, в свете последующих событий, звучал тост Махно за будущее повстанчества…).&#160; <br />Почему Махно в своих телеграммах убеждает верховодов «красной контрреволюции» в том, что он правильный, хороший, честный, лояльный и что это они его неправильно понимают?<br />Почему в угоду им он даже пытался отмежеваться от решений Третьего Гуляй-Польского районного съезда?!<br />Подобных вопросов апологету махновщины можно было бы задать еще много…</p> <p><span style="font-style: italic"><strong>Посткриптум</strong></span></p> <p>Свідомі українці ніколи не матюкаються и поэтому здесь, за рамками собственно исторической полемики, я&#160; тоже буду «интеллигентно выражаться».<br />Дубовик в своем раздражении как-то не заметил, что в тексте «Темное пятно на биографии «народного героя»» еще нет, не только «яростных нападок», но и вообще какой-либо полемики против его измышлений. Об эпизоде с бегством Махно из Святодуховки 22.05.1919г. я мог бы с таким же успехом прочитать в «Дорогах Нестора Махно», как я прочитал в его заметке о 100-летии со дня гибели Веретельникова.<br />Объявлять меня врагом Махно – ну, это просто смешно. Я могу по разному относиться к выдающимся деятелям прошлого, могу критиковать попытки их мифологизации, но моими врагами могут быть только мои современники. Как было бы «круто», если бы я, например, объявил своим врагом гетмана Скоропадского. Но на такую глупость я явно не способен.<br />Дубовик считает, что его мифотворчество подвергается «яростным нападкам» «разного толка марксистов», «от упертых сталинистов» до «умеренных социал-демократов». Ставить на одну доску сталинистов и социал-демократов, называть их всего лишь «разного толка марксистами», - это либо оглушающее невежество, либо политическая инсинуация. Но в невежестве Дубовика трудно упрекнуть, ведь для того, чтобы исторические фальсификации выглядели убедительно, нужен известный уровень эрудиции. Это именно политическая инсинуация. Надо только не останавливаться на полпути и зачислить в марксисты маоистов, чучхеистов, «красных кхмеров», последователей Энвера Ходжи и Абимаэля Гусмана. Так будет еще страшнее и еще более похоже на буржуазную пропаганду. Можно так же применить этот подход к самому Дубовику и спросить его, - почитает ли он за анархистов анархо-капиталистов, анархо-демократов, анархо-фашистов,&#160; анархо-панков и прочую анархо-шизу, которая так буйно полезла изо всех щелей в начале 90-х годов ХХст.?!</p> <p><span style="font-style: italic">О. Дубровский<br />Январь-2020.</span></p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Sun, 26 Apr 2026 11:09:44 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=326#p326 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=324#p324 <p><a href="https://www.stav.kp.ru/daily/27771/5232230/" rel="nofollow" target="_blank">https://www.stav.kp.ru/daily/27771/5232230/</a></p> <p><span style="font-style: italic">6 апреля 2026</span></p> <p>«ПОПЛЫЛИ ВЕКОВЫЕ СКЛОНЫ»: ПУГАЮЩИЕ ПОДРОБНОСТИ НЕБЫВАЛОГО ПОТОПА В ДАГЕСТАНЕ РАСКРЫЛИ СИНОПТИКИ <br />Синоптики назвали причины небывалых осадков в Дагестане<br /><span style="font-style: italic">Матрена ВАСИЛЕВСКАЯ</span></p> <p>В Дагестане продолжают устранять последствия сильных ливней, обрушившихся на регион 5 апреля. По данным официальных ведомств, в результате разгула стихии погибли три человека, повреждена инфраструктура, людей эвакуируют в безопасные районы. Таких масштабных осадков республика не видела более 100 лет. Корреспондент «КП-Северный Кавказ» пообщалась с синоптиками и узнала, когда ситуация стабилизируется и чем вызваны такие обильные дожди.</p> <p>Пять месячных норм за день</p> <p>Больше всего от непогоды пострадали Дербент и Махачкала. Там улицы буквально превратились в реки. Людей уносило мощными потоками воды вперемешку с грязью и камнями. Ливни затопили частные дома, подъезды и первые этажи зданий.<br />По данным руководителя прогностического центра «Метео» Александра Шувалова, за вчерашний день в одном только Дербенте выпало пять (!) месячных норм осадков:<br />«Установлен новый рекорд по количеству осадков в апреле. Предыдущий рекорд, который держался с 1973 года, преодолён на 5%. Подобного рода сильные осадки отмечаются впервые».<br />В Махачкале, по словам синоптика, ситуация немного лучше, но и там осадков выпало много. Происходящее в регионе усугубляет то, что в конце марта там уже прошли мощные ливни – тогда за сутки выпало три месячных нормы: одно событие накладывается на другое, поэтому такие последствия.</p> <p>Происходящее – это только начало?</p> <p>Как считает профессор института экологии РУДН Владимир Тетельмин, в будущем подобные катаклизмы будут только нарастать. Такая неблагоприятная для человечества тенденция непосредственно связана с глобальным потеплением:<br />«Впервые Земля входит в эту пору. Глобальное потепление разгоняется, температура становится всё выше. Увеличивается испаряемость с поверхности Мирового океана, ускоряется круговорот воды. Отсюда – рост числа ливневых осадков».<br />Именно эти процессы мы сейчас наблюдаем на Северном Кавказе. По мнению специалиста, такие явление – закономерны. Где-то начинается продолжительная засуха, где-то, наоборот, затяжные дожди и наводнения. Катастрофические природные бедствия будут только учащаться.</p> <p>Горные склоны потеряли устойчивость</p> <p>Возвращаясь к ситуации в Дагестане, особую тревогу специалистов вызывает положение в горной части региона: то, что веками считалось надежным, внезапно пришло в движение.<br />«Там, где горные склоны были устойчивы когда-то, где тысячу лет строились города (вот Дербент, который тоже пострадал, и его пригороды), сейчас обводнились как никогда ранее мощно. Горные породы потеряли устойчивость – отсюда и сели, и оползни».<br />Причина – вода, которая резко снижает прочность грунтов на сдвиг. Склоны, бывшие устойчивыми десятилетиями и веками, начинают «плыть» после одного-двух таких ливней.<br />«Все это будет учащаться по мере того, как будут выпадать более мощные осадки», – добавил Владимир Тетельмин.</p> <p>Что делать в сложившейся ситуации?</p> <p>Единственный выход в новых возможных реалиях – срочно пересмотреть строительные нормы и правила с учетом климатических изменений.<br />Гидрометцентр республики обещает постепенное улучшение погоды в ближайшие дни. По данным ведомства, сильные дожди прекратятся. Сейчас главное – грамотно ликвидировать последствия стихии.</p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Sun, 26 Apr 2026 11:02:55 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=324#p324 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=323#p323 <p>Петр оказывается лежит в больнице </p><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p>https://www.facebook.com/100003266721677/posts/26074647292227472/?app=fbl</p> <p><strong> Victoria Rausch</strong><br /><span style="font-style: italic">23 мар.</span></p> <p>Петр в настоящее время находится в больнице. Требуется финансовая поддержка .<br />Перевод средств возможен на : <br />счёт моей мамы : SE 25 8000 0842 0291 3056 3688 , Yulia Stanislavovna Raush<br />через Pay Pal : victoria.rausch@web.de<br />Также возможен перевод в рублях (за реквизитами пишите в личные сообщения)<br />Будем благодарны за любую помощь и поддержку.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Tue, 21 Apr 2026 12:41:04 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=323#p323 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=322#p322 <p><span style="font-style: italic">Рудольф Рокер</span><br />ОПАСНОСТИ РЕВОЛЮЦИИ </p> <p>В моих обеих последних статьях [«Открытым текстом» и «Революционный миф и революционная действительность»] я попытался показать, что революция не является универсальным средством, которое может одним махом освободить человечество от всех социальных болезней и недостатков. Это невозможно уже потому, что всякая фаза общественного развития проявляется не за одну ночь, а нуждается в идейной подготовке, которая созревает лишь постепенно, прежде чем она принимает конкретные формы. Да и революция сама не может создать ничего нового; она может лишь примкнуть к определённым представлениям, которые уже каким-то образом отразились в умах людей и теперь ждут лишь возможности, чтобы воплотиться на практике.<br />Чем глубже эта идейная подготовка, тем лучше удастся революции устранить старые помехи, стоящие на пути развития новых условий жизни; тем легче ей будет выполнять её историческую задачу и расчищать дорогу для перестройки духовных и общественных условий. Но путь, которым она идёт, должен быть опробован и утверждён множеством новых опытов и практических попыток, зависящих от умственной зрелости и понимания людей, которые только и могут решить является ли дорога, которой они идут, действительно подъёмом, а не спуском. Ибо от пути многое зависит, т.к. он должен показать нам, приближаемся ли мы в действительности к новому будущему или просто перекрашиваем старый фасад, который хотя и может затмить глаза, но не сможет породить творческих сил, которые помогут свершиться обновлению общественной жизни.<br />Революция может ускорить такой процесс тем, что она создаёт ситуации, которые заставляют даже широкие народные массы, едва затрагиваемые идеями в нормальное время, заниматься проблемами времени и вырабатывать своё мнение. Чем более широкие массы будут подвигнуты этим способом к мышлению и под воздействием определённых настроений поставят особые интересы народа во главу своих размышлений, тем основательнее упразднит революция все помехи старого порядка и сможет инициировать лучшее будущее. Это всё, на что она способна, и кто ожидает от революции большего, переоценивает её возможности и возлагает на неё надежды, которых осуществить она не может, т.к. она привязана к соответствующим познаниям людей и может проделать лишь то, что уже приняло форму определённых убеждений в головах народных масс.<br />Неттлау писал мне однажды во время Испанской гражданской войны, когда закат движения уже чётко обозначился:<br />«Современная техника может механически ставить всё более высокие рекорды скорости, но мысли и идеи не могут создаваться так просто механически, они должны сначала быть испробованы в долгосрочном опыте и претворены в жизнь. Даже природа не пускается на такие эксперименты; ибо хотя и существуют громадные степи с травой, но орхидеевых полей нет»<br />Это совершенно верно и особенно важно, что эти слова принадлежат одному из самых выдающихся знатоков социальных движений, бывшему в то же время и одним из самых ответственных историков. Не в последнюю очередь это был культ, возникший позднее вокруг Великой Французской революции, заставивший многих приписывать ей чудесные силы, которыми она никогда не обладала и которые лишь принимались за действительные. Кроме того, мы не должны забывать, что всякая революция, как и всякая насильственная катастрофа в истории, должна постоянно считаться с опасностями, которые легко могут стать роковыми. Ещё во время революции в Англии в 17-м веке и во Франции в 18-м во время борьбы против княжеского абсолютизма развились различные течения, которые не могли договориться друг с другом ни о средствах, ни о целях революции, что, в конечном итоге, привело к тому, что они поставили свои особенные интересы выше общих интересов народа. Концом было то, что в обеих странах к власти пришло самое сильное и самое бессовестное течение и уничтожило все другие, чтобы утвердить у власти самолично.<br />Сегодня эта опасность ещё больше, т.к. с развитием современного конституционного государства возникли и различные партии, которые, по сути, являются лишь политическими церквями, спорящими друг с другом за власть. Таким образом, политическая и общественная жизнь народов уже заранее была расколота и зафиксирована на определённые противоречия во вне и наружу, которые ещё более обостряются в революционное время. Всё революционное движение, навалившееся на многие страны Европы в 1848-1949 годах, потерпело крушение у этой скалы и стало жертвой властной политики национальных государств и политических партий. Тогда это были споры в рядах европейской демократии, вызванные тщеславными национальными интересами и предрассудками и предоставившие, в конце концов, реакции возможность снова собрать свои разрозненные силы и нанести революции решающий удар. Ибо там, где партии спорят из-за власти, там революция теряет свой настоящий смысл, т.к. она больше не поддерживается общими интересами и должна переродиться в контрреволюцию.<br />Если внутренняя разрозненность европейской демократии привела революции 1848-1849 годов к краху, так что она должна была разбиться о старые цитадели княжеского абсолютизма в России, Пруссии и Австрии, а во Франции воскресила бонапартизм, то наш собственный опыт после Первой мировой войны дал нам наглядный урок, который едва ли можно истолковать неверно. В этот раз это было международным рабочим движением, которое было расколото теми же властными интересами, так что оно больше не могло дать сплочённый отпор реакции тоталитарного государства.<br />Кстати, вера, что общественные изменения невозможны без насильственного азрыва с устаревшими формами общественной жизни, не является отличительной чертой анархизма, но определяется особенными условиями эпохи. Анархизм же — только одно определённое понимание жизни, отрицающее всякое внешнее принуждение и стремящееся поддерживать совместную жизнь людей на основании свободного договора и солидарных связей в общих интересах. Каким образом это произойдёт, зависит, конечно, от понимания самих людей и, прежде всего, от осознания того, что грубое насилие до сих пор не было способно действительно разрешить какую-либо великую общественную проблему, и именно по этой причине всегда выливалось в новые формы умственного, морального и общественного порабощения, даже если его приверженцы изначально руководствовались наилучшими соображениями.<br />Факт тот, что большинство великих предшественников вольного общественного порядка в различные исторические периоды не были приверженцами насильственного переворота и полагали основным направлением своей деятельности воспитание человека и органическое развитие его умственных способностей: от китайского мудреца Лао-Цзы, которого за его небольшую, но весьма содержательную книгу «Дао де Цзин» не без основания называли глубочайшим мыслителем всех времён, до Зенона, основателя стоицизма и врага авторитарных представлений Платона; от гностика Карпократа из Александрии до Петера Челсицкого, предшественника Толстого во время чешской Реформации; от ля Боэси и Дидеро до Годвина, Томпсона и Уоррена. И те великие перемены, за которыми наблюдал Прудон и которые он превосходно описал в своём труде «Идея революции в 19-м столетии», мыслились им не как борьба, решающаяся на баррикадах, а как органическое развитие общества на основе европейской федерации и мютуэлистской экономики, которая вместе с упразднением всех монополий должна была гарантировать каждому производителю полный доход от его труда.<br />То, что именно в 19-м веке возродилась вера в необходимость насильственной революции, было не совпадением, а явлением, которому находится объяснение в политических и социальных условиях того времени. Между революцией и реакцией постоянно есть внутренние связи, которые нельзя игнорировать, если нужно исследовать определённую эпоху и её духовные свидетельства. Великая реакция Священного альянса, распространившаяся по всей Европе после поражения Наполеона, повлиявшая даже на Англию и бросившая тень от Москвы до Мадрида, где она французскими штыками помогла победить такому сумрачному деспоту как Фернандо VII и снова разбудили инквизицию, не оставляла иных возможностей. Это было время, когда доведённые до крайности авторитарные убеждения Де Местра, Бональда, Халлера и их более мелких подражателей снова убеждали многих интеллектуалов, которые подобно Де Местру хотели сделать «палача видимым символом всякого общественного порядка»; когда Гегель, обладавший тщеславием стать Макиавелли Германии, возвысил государство до божества и оказывавший на своих современников сегодня почти необъяснимое влияние, а австрийский канцлер Меттерних пытался привести общественную реакцию в определённую систему, которая должна охватывать каждое поле человеческой деятельности.<br />Но чем глубже укореняется реакция, чем более невыносимые формы она принимает, чем больше она пытается выкорчевать все достижения предшествующего революционного периода, тем более она усиливает веру в тех, в ком ещё живёт революционное наследие, что подобное впадение в варварство может быть исправлено только насильственным переворотом. Это усиливалось ещё и тем, что революция не управляется какой-либо внутренней логикой и её результаты нельзя предсказать.<br />Если историки сделали из этого вывод, что все общественные обновления, вызванные революциями, могли бы произойти и без них, и были ли бы даже более успешными, т.к. в таком случае им не нужно было бы опасаться контрреволюции, и постепенно становились бы твёрдым убеждением в мыслях людей и стали бы для них второй природой, то это лишь утверждение, которое ничем не доказать. В таких неплодотворных спекуляциях забывается самое важное: велики исторические события до сих пор вызывались не логическими предпосылками, а, в основном, психологическим влиянием, которое в революционные периоды часто разрастаются до массовых выступлений, но не подчиняется ни законам логики, ни законам науки.<br />То, что общественные перемены были бы возможны и без революций, было бы неоспоримо, если предположить, что люди обладали бы необходимым пониманием. Можно предположить, что однажды настанет время, когда люди, как это предвидел ещё Прудон, станут делать свою историю сами и не станут доверять свои судьбы случайности или привилегированному правящему классу. А до тех пор остаётся верным слово Бакунина, что «кровавые революции благодаря людской глупости становятся иногда необходимыми, но всё-таки они зло, великое зло и большое несчастье».<br />Бакунин, который после смерти Прудона оказывал, наверное, сильнейшее влияние на либертарное движение Европы, конечно, обладал более глубоким пониманием причин революционных переворотов, чем многие другие. Тем не менее, было бы неверным оценивать его революционные действия как черту его либертарных убеждений. Он так же находился под влиянием своей эпохи, как и многие другие, анархистами не бывшие. Это была реакционная реальность, которая усиливала веру в насильственные решения, разделяемую авторитариями и антиавторитариями. Не только члены тайны обществ того времени во Франции, Италии, Испании, Бельгии и других странах видели революцию в пределах досягаемости, такие видные историки как Квине и Мишеле во Франции и Гервиниус в Германии придерживались этого мнения, выраженного в глубокомысленных социально-философских трудах вроде «Filosofia della Rivoluzione» Джузеппе Феррари (1851), «La Reaccion y la Revolucion» Пия и Маргаля (1854) и «La Rivoluzione» Карло Пизасане (1860).<br />И с воспоминаниями о 1789-м годе восстали из могил и тени диктатуры 1793-го года и охмуряют и сегодня мысли миллионов. Мы не можем отвергнуть революцию, т.к. она зависит от обстоятельств, на которые мы не имеем влияния; но мы не желаем делать из неё культ и приписывать ей что-то, чего она не может выполнить. Прежде всего же, сегодня нам нужно остерегаться оправдывать самые возмутительные вещи, как это всё ещё делают некоторые в отношении России. Святая цель никогда не оправдывала подлого средства, но нечестные средства часто порочили великие идеи.<br />Кто действительно хочет послужить своей эпохе и открыть для человечества новые пути для мысли и действия, тот должен сначала согласится с мыслью, что все наши представления, понятия и убеждения обладают лишь относительной ценностью и не будут истинными вечно. Абсолютной правды нет, есть только проблемы правды, принимающие новые формы с изменениями духовных и общественных условий жизни и не связанные определёнными границами. То, что мы называем «правдой» или «заблуждением», постоянно меняется и история даёт нам множество примеров тому, как «заблуждение» одного поколения становилось «правдой» другого. Всякое новое открытие есть лишь ступень на пути к новым открытиям, только средство, но никогда — завершение. Если бы было вообще какое-то определённое представление о формировании исторического процесса, то это могло бы быть только вечной сменой проявлений, которая никогда не прекращается и постоянно создаёт новые формы нашего общественного бытия. Но именно эта простая правда очень далека от людей. Это причина тому, почему былые революционеры сознательно или несознательно переходили на сторону реакции. Они забывали, или никогда и не понимали, что в истории хотя и бывают определённые направления и тенденции, но никаких навсегда утверждённых форм общественной жизни.<br />Т.к. наше мышление никогда не приводит к окончательному результату и по своей природе должно оставаться несовершенным, нам никогда не удастся найти окончательное решение всех проблем, ведь сама жизнь постоянно создаёт новые проблемы, на которые мы можем отреагировать новыми методами нашего действия. Поэтому мы постоянно находимся на пути к новым открытиям, никогда не достигая конца этого пути. Именно в этом и заключается истинный смысл нашей жизни. Поэтому нам придётся смириться с мыслью, что нет универсального средства, что есть лишь различные методы, изменяющиеся с общими условиями, применяемые и заменяемые другими методами. Кто считает, что обладает неким средством для моментального избавления человечества от всех недугов, походит на средневековых алхимиков, всю свою жизнь напрасно пытавшихся найти «камень мудрости». Социальная алхимия ещё более безнадёжна, чем алхимия лаборатории, пытавшейся лишь смешать мёртвые вещества, чтобы постичь все тайны жизни, в то время как социальный алхимик убеждает себя, что может формировать живых людей согласно определённым моделям, дабы достичь абсолютного совершенства общества.<br />Справиться с задачами времени — это самая высокая цель, которую может поставить перед собой человек. Только при этом ему не следует забывать, что и время проходит, а с ним и все средства, рождённые его лоном.<br />Есть люди, нисколько не ценящие маленьких достижений нашего бытия, потому что считают, что этим притупляется воля к большим переменам. Они похожи на глупца, который хотел сберечь силы для большого дела и умер от того, что большого дела всё не появлялось. Ничто не ничтожно настолько, чтобы остаться незамеченным, и ничто не так велико, чтобы перестать к нему стремиться. Предвидеть в малом большое и никогда не теряться в болоте умственной стагнации — вот истинная житейская мудрость и верная оценка нашего бытия.<br />Но ещё хуже сдаться мёртвому фатализму, понимающему каждую форму нашего общественного бытия как «историческую необходимость», которой человеку не избежать, ибо его мышление и его действия определяются неоспоримыми законами экономического движения. Мы хотя и не в состоянии уклониться от законов, лежащих в основе нашего чисто физического существования, и на которые мы не имеем влияния. Но то, что человек создаёт, может быть изменено, переиначено и заменено на другие формы общественной жизни посредством опыта, разума и силы воли. Вся история человечества является тому свидетельством, ибо она состоит из непрерывной смены общественных явлений и их культурных предпосылок. Знаменитые слова Байрона: «Что я могу, того хочу я!» хотя и неверны в отношении физических законов нашего бытия, но вполне верны для общественных отношений в которых мы живём и которым мы сами придаём форму и содержание.<br />Но тут не стоит забывать, что социальные перемены почти никогда не происходят без значительного трения внутри и снаружи. Тут тоже происходят катастрофы, родовые схватки и периодические перерывы, сглаживающиеся лишь постепенно, когда внутреннее равновесие общества восстанавливается новыми духовными и общественными условиями жизни. Незнание, попечительство, деморализация, слепой фанатизм, жестокий эгоизм и всяческие предрассудки тоже играют в истории свою роль, как и соображения рассудка, просвещение, воспитание и стремление заместить устаревшие формы общественной жизни новыми. Но все эти проявления, хорошие и дурные, подчиняются смене эпох и порождаются условиями и предпосылками, которые человек создаёт сам и которые он может своим вмешательством улучшить или ухудшить. В великой драме истории человек не является просто немым зрителем, но действующей личностью. Иногда он может преодолеть длинные отрезки своего общественного развития за короткие сроки, и он может точно так же часто, или даже чаще, на протяжение долгих периодов пребывать в тупом равнодушии или отбрасываться назад непредвиденными и непредсказуемыми обстоятельствами в прошлые состояния. В истории нет абсолютного должествования, а лишь возможности, которые могут вытесняться другими возможностями.<br />Как раз потому, что исторические процессы нельзя определить и предсказать согласно научным предпосылкам как процесс с мёртвыми веществами в лаборатории, т.к. они имеют отношение к живым людям, совершенно по-разному реагирующими на впечатления от внешнего мира, поэтому их непосредственные результаты бесконечно разнятся, так что их никак нельзя вставить в одну определённую схему. Перед этим фактом капитулируют разумные доводы логики и все методы чисто-научного мышления.<br />Единственное, что можно установить точно, это то, что при великих исторических катастрофах, таких как война или революция, все стороны человеческой природы разрастаются до своих крайностей, и это более явно, чем дольше такие события длятся и чем глубже он сотрясают общественное равновесие внешними и внутренними кризисами, что в такие периоды, где так много стоит на кону, просто неизбежно.<br />Я отдельно упомянул войну и революцию, т.к. между ними существует внутренностная связь, равно как и между революцией и реакцией, которые можно без особого труда исторически установить в каждом случае. Ибо и революция, по сути, является лишь войной между жителями одной страны, гражданской войной, но всё-таки такой войной, которая ведётся теми же военными средствами, что и любая другая война. Иначе и невозможно, т.к. внутренние и внешние противоречия, постоянно порождаемые властной политикой национальных государств и монополизацией экономики в каждой стране привилегированными меньшинствами за счёт широких народных масс, неизбежно должны периодически выливаться в насильственные катастрофы. Не потому, что существует такая сущностная закономерность, а потому, что, как верно понял ещё Бакунин, человеческая глупость, незнание истинных причин общественных недугов и жестокий эгоизм разрушают все естественные общественные связи и не оставляют другого пути.<br />Весь наш политический и экономический порядок подготовил почву для сегодняшней социальной реакции тем, что он систематически подрывал естественные отношения между людьми и разделил общественный организм на отдельные составляющие, так что чувство общности постоянно ослабевало и не могло естественно развиваться. Внутри каждой страны он расколол общество на враждебные друг другу слои, классы и касты, а вовне — разделил общую культуру на враждебные нации, относящиеся друг к другу с постоянным недоверием и постоянно сотрясающие своей непрекращающейся борьбой общественное сосуществование и выводящие его из равновесия. Мы забыли, что экономика является не самоцелью, а только средством, чтобы обеспечить материальное существование человека и сделать ему доступными плоды более высокой культуры, равно как мы забыли, что политика государств не может решить ни малейшей общественной проблемы, а всегда ведёт логичным образом лишь к ещё большим катастрофам, чему неопровержимо научил нас последний период нашей истории. Именно тут и надо искать истинные причины всех войн и революций.<br />Прусский генерал Карл фон Клаузевиц, которого по праву называли философом войны, объяснял в своей книге «О войне», что война является лишь продолжением политики другими средствами, чем он хотел сказать, что когда все попытки дипломатии оказываются неудачными и определённые проблемы могут быть решены лишь военным насилием, должна начаться война, чтобы проделать то, чего не смогла политика дипломатов. То же касается и революции. Она начинается, когда все законные средства терпят крах и народу для борьбы за свои права остаётся лишь насильственное сопротивление. На самом деле, отношения между войной и революцией оказываются столь тесны, что бывает трудно провести между ними чёткую границу. Это касается, в особенности, всех войн против чужой власти, подчинившей народы после завоеваний. Так, именитые историки назвали восстание союза швейцарских общин против австрийской династии Швейцарской революцией, а также Войной за независимость Швейцарии. То же касается и восстания Нидерландов против Испанской монархии. И волнения в Северо-Американских колониях против английской метрополии также обозначается историками и как «American Revolution», и как «War of Indipendance» – чтобы назвать тут несколько примеров, которые можно легко удесятерить.<br />Между войнами такого рода и революцией существует родство, как и вообще между войной и революцией. Поэтому «гусситские войны» в Богемии, давшие маленькому народу силы отбиться от организованного Папами европейского крестового похода, равно как и так называемые «войны за свободу» в Германии против Наполеона и период «Risorgimento» в Италии, сделавший Гарибальди одним из самых знаменитых народных героев 19-го столетия, заставляли пылать страстью мысли и чувства целых народов и наполняли, в особенности, молодёжь идеализмом, который не страшился никаких жертв. Это было и причиной тому, почему государственные мужи старой школы в Австрии и Пруссии боялись таких движений, исходивших из самого народа, как самой революции.<br />Не так уж неправ был Фридрих фон Генц, наёмный писака Священного Альянса, когда писал: «Таким движениям никогда нельзя верить, т.к. никогда нельзя угадать, куда они ведут. Сегодня от направлены против чужеродного правителя, а завтра, возможно, против законных отцов страны собственного народа». После поражения Наполеона во всех немецких землях начались так называемые «преследования демагогов», когда целые толпы немецкой молодёжи хоронились заживо предательскими князьями и их трусливыми вассалами в казематах крепостей, после того как они рисковали жизнью в борьбе против власти Наполеона.<br />Даже тот факт, что многие из этих, якобы, «освободительных войн» против чужого владычества позднее оборачивались своей противоположностью и перерастали в обыкновенные захватнические войны, не является убедительным аргументом, т.к. и о революциях можно сказать то же самое. Не говоря уже о бесчисленных восстаниях в Европе, задушенных реакцией, прежде чем они получали возможность воплотить свои цели в реальность. Но и те малочисленные великие революции последних двух столетий, которым удалось успешно свергнуть старый режим, позднее превратились в свои противоположности и вставали на путь диктатуры и, тем самым, контрреволюции.<br />Английская революция привела к военной диктатуре Кромвеля и дала повод для кровавого подавления Ирландии, что стало для обеих стран вековым проклятием. Великая Французская революция, так славно начавшаяся, вылилась, в конечном итоге, в террор якобинцев, считавших, что они могут совладать с любым другим отличным мнением при помощи острой логики гильотины, и подготовивших почву для сабельной диктатуры Наполеона, которая привела к тому, что вся Европа четыре года подряд, без перерыва опустошалась в кровавых войнах. Русская революция, разбудившая надежды у измотанных Первой мировой народов, уже в первый год пала жертвой диктатуры «профессиональных революционеров» и привела к установлению политической теократии, для которой государство является всем, а человек ничем. Это впадение в новое варварство, для которого тоталитарная реакция стала принципом, и которое за последние 35 лет так идейно опустошила головы миллионов людей, что можно почти считаться с тем, что всякая революция сегодня приведёт к пропасти всеобщего порабощения и, вероятно, к целому ряду внешних войн.<br />Пока у нас нет возможности оценивать исторические явления иначе, чем через призму времени, мы всегда будет находиться под влиянием абстрактных предпосылок, которые зачастую против нашей воли становятся желаемым. Даже самый глубокий мыслитель не может избегнуть такого влияния, обоснованного сутью нашего мышления и нашими предрасположенностями, которые отчасти являются врождёнными или прививаются нам позднее социальным окружением, в котором мы живём. Лишь когда нам предоставляется возможность вблизи рассматривать вещи, о которых мы уже имеем теоретическое суждение, мы постепенно приближаемся к другим убеждениям, для которых нам раньше не хватало умственных сил. Это и есть путь человеческой мысли, и мы должны смириться с этим, т.к. в этой области других путей нет.<br />Каждое новое открытие должно оплачиваться новым и зачастую весьма горьким опытом, без которого не было бы возможным никакое умственное развитие. Зачастую это те же самые проблемы, которые всегда занимали людей различных эпох, но проделанный тем временем опыт приводит к тому, что мы каждый раз видим их в новом свете и часто видим тени там, где раньше видели только свет — или свет там, где раньше мы узнавали лишь тень. В этом исчерпывается весь смысл и все способности нашего мышления, и чем яснее мы это осознаём, тем лучше мы будем подготовлены к задачам, которыми нам предстоит заниматься, чтобы добиться новых условий жизни.<br />Сегодня это важнее, чем когда-либо, т.к. мы угодили в одну из тех хаотичных эпох, когда все теоретические предпосылки и понятия, некогда обладавшие умственной или этической ценностью, шатаются и должны подвергнуться перепроверке. Лишь тот, кто может посвятить себя этому и обладает моральной смелостью, честно выразить свои убеждения, действительно научился чему-то из великих перемен во всех общественных отношениях и их идейных проявлений, которые наваливаются на нас со сторон, что делает его способным к новому пониманию будущего. Не имеется в виду, что он защищён от всех ошибок, ибо такую привилегию природа не положила в колыбель даже самому выдающемуся гению. Но тем самым он, как минимум, доказывает, что он честен сам с собой, и поэтому готов быть честным с другими.<br />Новое понимание приходит к нам не вдруг, оно получается и отвоёвывается медленно. Слепой фанатизм, доктринерское упрямство и пустые лозунги, фабрично производимые только для массовой потребности людей, лишённых собственного мнения, тут не помогут; они лишь связывают наши умственные способности и вызывают стагнацию в мышлении, из которой больше не сможет возникнуть ни одной новой мысли. Всякий умственно притязательный человек, который борется с собой и честен с собой относительно своих действий и мыслей, знает это. Я тоже понял это на собственном опыте и в собственном представлении о революции, которое я получил ещё во времена моей юности. Для меня этот опыт был очень полезным и проникновенным, т.к. он был получен в чрезвычайных условиях и, следовательно, произвёл на меня сильное впечатление.<br />Я родился в одном из самых древних городов Германии, на левом берегу Рейна и уже пятнадцатилетним попал под влияние социалистических идей. Мой родной город Майнц во время Французской революции был захвачен генералом Кустеном, который нашёл решительных союзников среди так называемых «клубистов» города, и был представлен такими известными учёными как Георг Й. Форстер, Адам Люкс и некоторыми другими во французском Национальном конвенте, пока город снова не отошёл к Германии. В раннюю юность — я родился восемь с половиной лет спустя после основания новой Германской империи Бисмарком — французское влияние на левом берегу Рейна всё ещё было достаточно живо, а для меня — в моём знакомстве с целым рядом старых революционеров 48-го года, принимавших активное участие в событиях 1848-1849 гг. в южной Германии. Но я подробно описал эти впечатления в первом томе моих воспоминаний и поэтому не хочу здесь на этом останавливаться. Факт тот, что я как юный социалист, под сильным влиянием моего дяди Рудольфа Наумана, уже тогда лучше разбирался в истории Французской революции, чем во многих исторических эпизодах «Священной римской империи германской нации», которая нашла своё бесславный конец в войнах против Наполеона. Но что притягивало меня тогда более всего прочего, было не Провозглашением прав человека в 1789 г., а драматические события штурмового 1793-го года, которые глубоко впечатлили мой юный ум. Я до сих пор помню, с каким немым благоговением я смотрел на старую французскую гравюру, висевшую над рабочим столом моего старого друга Фолька — старого участника 48-го года, долго жившего во Франции и который, как он сам говорил, потому не мог присоединиться к немецкой социал-демократии, «что она слишком ручная». В центре картины находилась громадная гильотина, над которой красовались слова «Liberte, Egalite, Fraternite», а по углам старой гравюры находились изображения Марата, Дантона, Робеспьера и Карно.<br />Когда я в 1891-м впервые познакомился с анархистскими идеями и расстался с социалистическим движением Германии, постепенно изменились и мои соображения касательно великой Революции и его протагонистов. Особенно во время моего первого изгнания, когда у меня было достаточно возможностей углубиться в исторические исследования, на которые меня, в основном, подвигли труды Бухеза, Нодье, Квине, Мишеле, Гильома и Кропоткина. Вскоре я многое понял о реакционной тенденции централистских устремлений якобинцев и их культе «единой и неразделимой республики»; равно как и о неизбежных последствиях так называемого революционного террора, посредством которого была подготовлена почва для контрреволюции. Но моё общее представление о необходимости революции и спонтанных, почти сверхъестественных силах, которые её приписывались, тогда почти не пошатнулись. Ведь куда легче отказаться от врождённых черт или изменить их, чем от усвоенных идей, которые постепенно стали нам второй природой, и в которые мы тем более верим. К ним принадлежат самые яркие впечатления, которые наводят нас на новые соображения, и которых не может избегнуть ни один мыслящий человек.<br />Меня самого это понимание посетило, когда в 1918-м после начала Ноябрьской революции я вернулся в Германию, и это была сама революция и её последующее перерождение в тиранию тоталитарного государства, которые привели меня к этому пониманию. Во время этих пятнадцати лет в Германии, которые были самыми активными в моей жизни, у меня была возможность не только наблюдать как революция на моей родине всё более превращалась в борьбу за власть между политическими партиями, чей слепой фанатизм привёл их прямо в лагерь реакции, но я также понял, что развитие, проделанное революцией в России, должно было придать этой реакции интернациональный характер, что так ясно доказали события в Венгрии, Польше, Италии, Австрии и победа Гитлера в Германии.<br />При этом новом и самом крайнем деспотизме в облачении тоталитарного государства человеческая личность оценивалась только по её пользе для политического аппарата. Человек достаточно хорош для того, чтобы быть использованным в виде сырья бездушной, уравнивающей всё государственной машиной, чьи предводители не терпят ни частного права, ни какого-либо мнения, не совпадающего с законами ставшего самоцелью государства. Религиозные преследования еретиков тёмного Средневековья были теперь перенесены в политическое и привели к ужасающему преследованию всех, кто не хотел безусловно подчиняться этому новому варварству. Распоясавшееся безумие могло принимать только всё больший размах и затягивать все больше и больше бездумных и подстрекаемых людей. Немецкая революция в этот раз погибла в самом начале — не говоря уже о русской — т.к. большинство её носителей не поняли своих элементарных обязанностей и пытались лишь дальше усиливать горячку идейной массовой эпидемии, под ядовитым дыханием которой должна была увянуть всякая надежда. То, что последовало за этим, было лишь логичным результатом культурного краха, который должен был привести к величайшей катастрофе всех времён.<br />Жестокое угнетение всех духовных и общественных достижений последних двух сотен лет, вмешательство государства в самые интимные отношения между полами, безымянный ужас концентрационных лагерей, политические убийства на службу государственных интересов, духовное отравление молодёжи посредством государственной пропаганды ненависти и фанатической нетерпимости, постоянные апелляции к самым низким инстинктам масс бессовестными демагогами, для которых цель оправдывала любые средства, лживая, нацеленная на обман и друзей и врагов политика, не признающая ни законов, ни заключённых договоров, и, в конце концов, пакт между Сталиным и Гитлером, ставший непосредственным поводом для начала красного потопа Второй мировой войны — это были этапы самой жуткой мировой трагедии и таких её страшных проявлений, как уничтожение шести миллионов евреев, ставших жертвами дикого расового помешательства, и превращение целых регионов в усеянные трупами поля и пустынные руины. Из этого драконового семени организованного безумия и слепой разрушительной страсти мог родиться лишь сегодняшний хаос всех понятий и понятий, который может привести нас теперь к новой пропасти, глубину которой не сможет оценить и всевидящий глаз какого-нибудь пророка. Кто не научился ничему из этого чудовищного культурного кризиса всей нашей общественной жизни, сотрясающей весь мир в его основаниях на протяжение лет, что могло бы привести его к новым мыслям, мимо того события последних десятилетий прошли бесследно, и он едва ли будет способен достичь, которые могли бы вывести нас из лабиринта безумия и варварства в сторону лучшего будущего.<br />Прежде всего, мы должны научиться понимать, что великие общественные катастрофы никогда не могут заменить органичного развития общественных перемен. При особенно благоприятных условиях они могут сократить ход этого развития, но только в том размере, в каком люди восприимчивы к новым идеям и способны на конструктивную работу, чтобы претворить в жизнь новые формы нашего общественного бытия. Там, где этого нет, там революция становится вопросом власти для партий, который почти всегда находит своё завершение в диктатуре. Это понятно тем более, что все насильственные катастрофы, такие как война или революция, особенно когда они длятся долго, приводят людей к неверной идее, что насилие может решить все проблемы. Широкие массы постепенно свыкаются с честной верой, что насилие является неизбежным злом, на котором основывается всеобщее счастье, и которое может привести людей в лучшее будущее. Алчущие власти демагоги используют эту веру в своих тщеславных планах и, в конце концов, становятся носителями новой тирании, которая, как мы чётко можем видеть сегодня, зачастую бывает ещё более худшей, чем тирания прошедшей эпохи. Это секрет, лежащий в основе всякой диктатуры: одни следуют честной, но обманчивой вере, другие выигрывают на этом и создают из мечтаний обманутых народов жестокую реальность.<br />Ибо счастье тоже является только относительным понятием, и кто считает, что людей можно сделать счастливыми при помощи насилия, подводит их под ярмо нового порабощения. Люди не станут счастливыми, если всех их подвергнуть одному и тому же угнетению.<br />Там, где у человека отнимают свободное решение создавать свою жизнь по собственному разумению, там даже рай становится адом. Наверняка, должно пройти много времени, пока эта правда не распространится, а люди не пойдёт по другому пути в своём общественном развитии, который сделает их господами их собственных судеб. До тех пор едва ли можно будет избегнуть насильственных катастроф в истории, т.к. они зависят от условий, которые хотя и создаются самими людьми, но до сих пор не понял, как с ними справляться. Но совершенно ошибочно было бы делать веру в неизбежность подобных катастроф составной частью либертарных убеждений и не замечать опасности, которые они постоянно влекут за собой. Высказать это — как раз сегодня это необходимость, от которой мы не можем отказаться, если мы не хотим подстёгивать слепой фанатизм и массовую историю. Ибо бунт сам по себе ещё не создаёт свободы и солидарного взаимопонимания между людьми; он может привести даже к пропасти, где, как мы сегодня видим, заканчивается свобода.</p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Tue, 21 Apr 2026 12:18:51 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=322#p322 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=321#p321 <p>Тото Кутуньо - Flash</p> <p><a href="https://youtu.be/7_a6sPm-obo?si=QLmpB97Mcohgocgf" rel="nofollow" target="_blank">https://youtu.be/7_a6sPm-obo?si=QLmpB97Mcohgocgf</a></p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Tue, 21 Apr 2026 08:33:36 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=321#p321 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=320#p320 <p>(Петр Кропоткин . Современная наука и анархия )</p> <p>Х<br />СУЩЕСТВЕННЫЕ ХАРАКТЕРНЫЕ ЧЕРТЫ ГОСУДАРСТВА </p> <p>Мы рассмотрели в общих чертах, не останавливаясь на подробностях, некоторые существенные функции государства: его законодательство относительно собственности, налог, образование монополий и, наконец, защиту территории — иначе говоря, право войны.<br />И мы отметили тот в высшей степени многозначительный факт, что в каждой из этих отраслей государство всегда преследовало и еще преследует одну и ту же цель, — а именно, отдать массу управляемого им народа во власть нескольких групп эксплоататоров, обеспечить им право эксплоатации и продлить его. Для этой цели, в сущности, и было создано само государство; и это составляет до наших дней его главную задачу.<br />Законодательство государств относительно права собственности никогда и нигде не имело своей целью обеспечить каждому пользование плодами своего труда, как это говорится в университетской науке прав. Наоборот, закон государства всегда имел и еще имеет целью лишить широкие массы народа большей части плодов его труда в пользу некоторых привилегированных. Держать массы в состоянии, близком к нищете, и отдавать их в древние времена господину и жрецу, в средние века — господину, священнику и купцу и, наконец, теперь — промышленному предпринимателю и финансисту еще в большей степени, чем всем прежним, — такова была главная задача всех государств теократических, олигархических или демократических: т.е. церковных, привилегированного класса или якобы народных.<br />Налог, как мы это видели, представляет огромной силы орудие, которое государство употребляет для той же цели. Он позволяет правителям производить экспроприацию бедных в пользу богатых, — экспроприацию усовершенствованную, которая не бьет в глаза, хотя прекрасно достигает своей цели. Налог позволяет им поддерживать искусственно бедность, несмотря на колоссальный рост производительности человеческого труда, не прибегая для этого к грубым формам открытого присвоения, которые практиковались в прежние времена. То, что делал феодальный барон, выжимая последние соки из своих рабов под защитой государства, то теперь делает государство в «корректной» форме, посредством налога и всегда в пользу какого-нибудь богача и деля часть добычи между богачом и своими многочисленными чиновниками.<br />Мы видели затем, как государство употребляло и еще употребляет монополию, промышленную, торговую, финансовую, и как оно позволяет группам предпринимателей и финансовых дельцов быстро накоплять громадные богатства, присваивая себе продукты труда подданных государства. И мы показали, как происходит то, что все новые источники обогащения, открывающиеся цивилизованным народам или вследствие прогресса науки и техники, или вследствие завоевания отсталых в промышленности стран, — все захватываются небольшим меньшинством привилегированных. Это позволяет государству, со своей стороны, набивать свою казну деньгами и расширять постоянно свои отправления и свою власть.<br />Наконец, мы видели, какое ужасное орудие для поддержания социального неравенства, монополий и привилегий всякого рода представляет из себя другая обязанность государства: содержание армий и право войны. Под предлогом патриотизма и защиты отечества государство заставляло служить себе армии и войны всё для той же цели. Во все времена, начиная с древности и до наших дней, завоевания производились всегда только для того, чтобы отдавать новые народы на эксплоатацию классов, покровительствуемых государством. То же самое происходит теперь — все войны делаются в пользу банкиров, спекуляторов и привилегированных, И во время мира баснословные суммы, ассигнуемые на вооружение, и государственные займы позволяют правительствам создавать колоссальные богатства и новых эксплоататоров, избранных среди своих любимцев и фаворитов.<br />В этом нестареющем, неуклонном стремлении к обогащению некоторых групп граждан за счет труда всего народа и его жертв заключается самая суть той политической централизованной организации, которая называется государством и которая развилась в Европе среди народов, разрушивших Римскую империю, только после периода вольных городов, то есть в шестнадцатом и семнадцатом столетиях.</p> <p>Заметим, что речь идет вовсе не о так называемых «злоупотреблениях властью», каковы жестокости, совершаемые всеми правительствами над своими подданными или над завоеванными народами, когда дело касается защиты интересов привилегированного класса. Мы не говорим также о грабеже чиновников, о незаконных вымогательствах, которые совершают все правительства; об оскорблениях и страданиях, которыми они награждают управляемых, ни о национальной вражде, которую они проповедуют и поддерживают. В этом отношении достаточно вспомнить, что «власть» и «злоупотребление властью» идут невольно рука об руку и что между чиновниками неизбежно устанавливается род круговой поруки, которая состоит в том, что они поддерживают друг друга и смотрят сквозь пальцы на то, что они любят называть «печальною необходимостью пользования властью».<br />На этих «печальных необходимостях» мы не останавливаемся и ограничиваемся тем, что рассматриваем самую суть организации, которая несколько раз формировалась в человеческих обществах, и каждый раз, когда она вновь организовывалась, она всегда носила один и тот же характер взаимной поддержки между церковью, солдатом и господином за счет труда народных масс. Новейшее время явило нам в этом отношении только одну новую черту: к прежней святой троице присоединились богатые буржуа, коммерсанты, промышленники, капиталисты, дающие денег взаймы, и целая туча чиновников.<br />Так, в интересах привилегированных — но не народа — государство отняло землю у крестьян, чтобы отдать ее группам захватчиков, и выгнало из сел немало землеробов. А когда масса безработных пролетариев начала скопляться в городах, законодательство государства отдало этих голодных людей во власть любимчикам государства — буржуазным промышленникам, финансовым дельцам и крупным капиталистам. Вся эта роящаяся масса бедноты была закабалена любимцами правительства.<br />Позднее же, когда привилегированные классы, выработавшие с большим искусством и умом эту политическую форму — государство, — начали замечать, что эксплоатируемые массы стараются стряхнуть с себя ярмо, они сумели найти новое средство для расширения базы своей эксплоатации.<br />Завоевание было всегда и во все времена средством обогащения не для завоевывающих народов (им предоставляли «славу»), а для правящих классов этих народов: стоит только вспомнить о богатствах, оставленных Наполеоном I своим генералам и «военной знати»! Так же, когда открытия техники и прогресс судоходства позволили государствам содержать большие постоянные армии и могущественный военный флот, правящие классы сумели использовать этот флот и армии для завоевания «колоний». И буржуазии голландская, английская, французская, бельгийская, германская и даже русская принялись по очереди завоевывать отсталые в промышленности нации, что приводит их теперь к разделу между ними Африки и Азии и к войнам из-за лакомых кусков.<br />Эти государства, то есть эти буржуазии — так как рабочие не получают ничего, кроме нескольких крошек, упавших со стола богатых, — становятся таким образом одновременно хозяевами и эксплоататорами широких масс населения, гораздо больших, чем их «дорогие сограждане». Что же касается рабочих, то они с своей стороны позволяют обманывать себя обещаниями легкой наживы, которые им делают их хозяева. Они требуют, между прочим, покровительственных таможенных пошлин для защиты от иностранной конкуренции, и, должным образом подготовленные преступною печатью, оплачиваемою капиталистами, они готовы броситься на своих соседей, чтобы оспаривать у них добычу, вместо того чтобы восстать против своих сограждан-эксплоататоров и их всемогущего орудия — государства.</p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Tue, 21 Apr 2026 08:32:17 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=320#p320 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=319#p319 <p>Ну вот и дожили мы до конкретных разборок в путинистском стане . Дом-2 против Вечера Соловьева . Оба проекта , имхо , с момента основания занимались пропагандой и разжиганием социальной вражды и ненависти в российском обществе . Да , у Дома и&#160; Вечера были , на первый взгляд , разная повестка , аудитория и заявленные цели , но тактика и стратегия выдавала фашистскую подоплеку происходившего в эфире ...<br />Честно говоря , Вику Боню ,1979 г.р. ( моя , кстати , ровесница), я не застал , т.к. стал смотреть Дом-2 лишь с 2018-го года . Но , думаю , с того&#160; момента , как Виктория покинула шоу , суть не сильно поменялась . Во второй половине месяца , мы стали свидетелями оживленной дискуссии в сети между Владимиром Соловьевым и Боней , во время которой , Владимир охарактеризовал Викторию , как &quot;потрёпанную шалаву с грязным ртом&quot; , а Виктория заметила &quot;господину персонажу Соловьёву&quot; , что он &quot;жидко обосрался на всю страну&quot; . В связи с этим есть креативная идея : Соловья отправить на Дом-2 , а Боню на Воскресный вечер - мы же любим , когда ломают систему ! Володя построит Дом , а Вика построит Вечер , а это не удавалось ещё никому .</p> <p>Смех смехом , а классовый анализ никто не отменял . Даже в фашистской модели -&#160; буржуазия остаётся буржуазией , пролетариат-пролетариатом , а государство всё также остаётся государством . Вечер соловья это голос режима , пропагандистский орган государственной власти ; Дом-2 транслировал буржуазную идеологию , имеющую в условиях путинщины тенденцию к фашизации . Между господами персонажами Соловьевым и Боней практически не было противоречий . Но , как известно , война эти противоречия обостряет . Пятый рок героичного супротиву украинского народа путинистской агрессии , постепенно , из коллег и соседей по телецентру , делает непримиримых антогонистов .</p> <p>Значит , что вообще случилось ? Боня , находясь по месту жительства в Монако , записала и выложила в Инстаграме видеообращение к Вадиму Вадимовичу . В почти&#160; двадцатиминутном заявлении Виктория Боня озвучивает фактически основные претензии не претензии , но общее недоумение от лица среднего не среднего , мелкого не мелкого , но точно буржуазного слоя пропутинской России . Они недоумевают , что вообще происходит . Повод всегда найдется , здесь и наводнение в Дагестане , и перегибы при ликвидации эпидемии скота в Сибири , и залитое мазутом черноморское побережье и , конечно , блокировки интернета . Главный тезис : Путина стали&#160; боятся и это очень, очень и очень плохо . Буржуазия не должна боятся своего государства . Государство должно доверять буржуазии , и это , по мнению Бони , и есть залог стабильности . Нашлись и виноватые , и это , в первую очередь , губернаторы&#160; , ну и далее бюрократический аппарат . В общем Боня , как бы , намекает Путину , что надо бы как нибудь поаккуратнее действовать , а то... Но до прямых угроз режиму дело не дошло . Боня была сама дипломатия . </p> <p>Как же отреагировал режим ? Сперва вроде , как и надо было делать в подобном случае , абсолютно нейтрально отозвался о бонином видео пресс-секретарь Песков - девушка была корректна и Песков тоже был корректен и краток , так бы всё и забылось , если бы не выскочил Соловьев и начал , как он привык , строить всех направо налево .<br />И вот тут появляется вопрос : неужели у режима всё настолько хуёво , что нужно было столь жёстко реагировать на это обращение к Путину ? Так или иначе , а набирающая градус дискуссия в сети между соловьём и Викой стабильности в России точно не добавит , НО ОНА АНАРХИСТАМ СЕЙЧАС И НЕ НУЖНА , ВЕДЬ ПОРЯДОК ЛИШЬ В АНАРХИИ . <br />Запасаемся попкорном .</p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Tue, 21 Apr 2026 08:28:19 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=319#p319 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=317#p317 <p><a href="https://piter.anarhist.org/utopia1-16.htm" rel="nofollow" target="_blank">https://piter.anarhist.org/utopia1-16.htm</a></p> <p>TWENTY-NOTHING ДВАДЦАТЬ-НИ-С-ЧЕМ</p> <p>«Ваш Американский Век подошёл к концу», – говорят старпёрам представители поколения «X»<br />Везде, куда простираются щупальца телевидения, Америка переживает серьёзный, но забавный кризис идентичности. Не то, чтобы вы испытывали проблемы со своим собственным образом, но вопрос заключается в том, чтобы окружить флажками большую и влиятельную группу потребителей. В стране, где идеализируется молодость и где от каждого поколения требуют, чтобы оно следовало нехитрой стандартной линии, нынешнее поколение молодёжи очень трудно поймать на эту удочку. Легионы выпускников Гарварда устремляются к дверям рекламных агентств и площадкам Голливуда, обещая найти ключ к молодёжному рынку и создать образы, которые вскоре станут вездесущими. Это всеобщее исступление - попытка определить поколение 20-30-летних.<br />Навешивание ярлыков на поколения – самая любимая и прибыльная игра культурного бизнеса. С тех пор как впервые появился термин &quot;молодёжное движение&quot;, вы искали ярлыки для молодёжи, образы, которые помогали бы манипулировать людьми и продавать им всё что угодно до конца их жизни.<br />Но вы можете стараться сколько хотите, вам всё равно не удастся найти ярлык, который подходил бы нам. Всего несколько лет назад мы были криминальным, насильственным поколением, взращённым на диете насилия на экранах ТВ и неоднократно встречавшим телерепортёров градом камней. Потом мы стали консервативным и практичным поколением, счастливо работавшим на корпорации и толпами голосовавшим за Рейгана. Опросы общественного мнения показывали полное отсутствие у нас идеализма шестидесятников. Очень скоро мы стали сострадающим поколением, чья озабоченность судьбой природы и бедняков должна была изменить десятилетие. Теперь мы стали просто теми, кому &quot;20 с чем-то&quot;, отчаянно борющимися с экономическими трудностями и омоложающими звукозаписывающую индустрию.<br />Самым поразительным в этих поисках души поколения является то, что сами его представители практически не участвуют в них. Конечно, двадцатилетний с чем-то Дуглас Коупленд написал &quot;Generation X&quot;, но его роман был всего лишь самым быстрым способом заработать деньги на шумихе, поднятой масс-медиа. Конечно, вы интервьюировали двадцатилетних с чем-то для &quot;Нью-Йорк Тайме&quot; и &quot;Тайм&quot;, а ваши телешоу заставляли родителей по всей стране в ужасе прикрывать рот рукой. Но всё это – дело ваших рук, следствие вашего ненасытного желания сравнивать все молодежные движения со своим собственным. Вполне предсказуемо, что большая часть ваших утверждений просто оскорбительна. Если верить вам, то у нас нет своих взглядов или отличительных черт, говорящих в нашу пользу. Остальное – это рассказы о моде, стиле грандж и о том, как новые стили одежды приходят с улицы в магазины моды быстрее, чем прежде. Все это приправлено поп-психологией, поп-историей и непогрешимой статистикой. Как вы убедились на собственном опыте, молодость продается, причём старики покупают её охотнее, чем сама молодёжь. Но прежде, чем что-то проникает на рынок, нужно изобрести стереотип поколения, который превратит воспоминания целого десятилетия в конкретные продаваемые товары. Если верить вам, то мы это то, что мы потребляем. Вы пускаетесь в пространные рассуждения о &quot;нашей&quot; музыке и &quot;наших&quot; прикидах, – не обращая внимания на то, что у нас в головах, – чтобы изобрести и передразнить привлекательный стиль &quot;двадцатилетних с чем-то&quot;, который состоял бы из легко имитируемых вкусов и предпочтения определенных марок прохладительных напитков.<br />Платой за это становятся получаемые вами доллары и миллионы подростков по всей стране, которые стремятся втиснуться в рамки &quot;нашего&quot; поколения, и которых вам удалось убедить в том, что пара кед за 80 баксов позволит им отличаться от всяких там гопников. Но что более важно - это возможность продать эликсир молодости старикам. И вот уже очереди стареющих тусовщиков выстраиваются по всей стране перед магазинами Gap, чтобы приобрести фланелевую рубашку в знак солидарности с сиэтлской тусовкой.<br />Все эти споры об идентичности преследуют одну цель – переписать историю по мере того, как она совершается, и выбросить на рынок &quot;молодёжную культуру&quot; для голодных потребителей. Эти товары будут продаваться и через десять лет. Можно легко представить себе фильм &quot;Наш старый гараж&quot; о стареющем брате, гомосексуалисте и вегетарианце, и его сестре-феминистке, которые постоянно враждуют, но в конце-концов обретают взаимопонимание в рок-тусовке Сиэтла. Вместе с подобными фильмами будут выброшены на рынок и соответствующие товары - и точно также, как сегодня тинэйджеры скупают майки, подобные тем, что вы носили в шестидесятые и семидесятые, наши дети в 2005 году будут носить док-мартены и оборованные по колено джинсы.<br />Всегда были люди из различных возрастных групп, которые разделяли некие общие взгляды на мир. В то же время глупо ожидать, что все, кто родился между 1960 и 1970 годами, придерживаются одних и тех же идей. Это всё равно, что думать, будто группы вроде младогегельянцев были представителями большинства своих современников.<br />Но когда приходится действительно исследовать идеи представителей нашего поколения, вам режет слух какофония, которую вы слышите. Точно так же, как музыкальная индустрия игнорировала творческое брожение последних 15 лет, вы игнорировали наши подлинные интересы. Неудивительно, что вы теперь ничего не можете понять.<br />Мы – поколение, которое наконец слишком мудро, чтобы играть в ваши игры. Наша высшая цель – сопротивление ежедневным нападкам со стороны созданной вами цивилизации. Мы не мечтаем о ярком будущем и карьере в бизнесе. Мы – в обороне, мы строим барьеры между собой и непрекращающимся потоком лжи и глупости, который вы называете культурой. Мы создаем анклавы автономии, где можно укрыться от постоянного натиска со всех сторон. Этот мир недоступен вашему пониманию.<br />Вы предаетесь фантазиям, утверждая, что наше поколение выросло исключительно на телевидении, что мы говорим языком рекламных роликов. Вы считаете, что наша способность мыслить полностью утрачена в результате интенсивной промывки мозгов. Но на самом деле наше раннее знакомство с ТВ имело обратный эффект – новизна больше не прикалывает нас, а картинки не нравятся нам лишь потому, что они движутся. Мы выросли на автоматическом недоверии к вашим описаниям мира и нас самих.<br />Вы находите, что нам не хватает идеализма, – на самом деле нам всего лишь несвойственны ваши публичные проявления разочарования. Выросши при чудовищно подлом правительстве, мы считаем всех, кто находит в вашей политике здравый смысл и правильность, по крайней мере дураками, но скорее всего лгунами. Для нас очевидны идиотизм, порочность и ломающая души жестокость вашего общества. Нас не вдохновляет банальная революционность шестидесятых, нам больше по душе спокойная уверенность двадцатых и тридцатых – призыв Гарольда Штерна к &quot;интеллектуальному уходу&quot; и заявление Дос Пассоса о том, что &quot;на самом деле мы два народа&quot;.<br />Вы ничего не знаете об этом, потому что наши размышления протекают не на ТВ и глянцевых страницах крупных журналов, а в колледжах маленьких городков, подпольных панк-тусовках, о которых вы никогда не услышите, маленьких журнальчиках и звукозаписывающих фирмах. Вам пришлось бы глубоко копать, чтобы узнать, что мы действительно думаем, но вам легче нанять каких-нибудь Red Hot Chilli Peppers, чтобы они пропели вам пару общих мест и сказали, что всё ништяк, что всё, чего мы добились – это несколько стилистических инноваций и легко имитируемый звук.<br />Вы, кажется, понимаете, что мы нечто вроде потерянного поколения. Но наше недовольство не просто результат экономического кризиса. Ещё будучи подростками мы сильно подозревали, что что-то серьезно не так, что картинка на экране требует коррекции. За рядами зеленых газонов, супермаркетов и видеомагнитофонов лежит мир отчаяния, невообразимых страданий и фантастической несправедливости. Наших первых встреч с кровожадностью бизнеса, непререкаемой властью государства и просто нуждой было достаточно, чтобы отбросить великие национальные мифы.<br />И потом для каждого из нас настал момент осознания – неожиданного осознания того, как устроен ваш мир и каковы действительные цели ваших средств массовой информации, вашей политики, ваших университетов. Другие поколения формировались определёнными историческими событиями, но для каждого из нас этот решающий момент наступил в разное время. Для многих это было связано с музыкой, с группами, сохранившими верность духу 1977 года (а вы знаете, что произошло в этом году?), с сотнями местных тусовок, наполненных энтузиазмом и чувством товарищества. Это было неожиданное осознание того, что музыка, литература и мысли, которые находили непосредственный отклик в наших сердцах, фактически под запретом, что они оттеснены на обочину шестидесятнической &quot;освободительной&quot; попсой. Впервые в жизни мы нашли для себя выразительную форму, отвечавшую нашим чувствам, и средство сопротивления, инструмент для создания автономии. Мы больше никогда не сможем сидеть часами в ваших офисах, слушая Мадонну по официальному радио. Мы больше не сможем некритично читать ваши газеты и считать, что написанное в них как-то соотносится с реальным миром. Одного пристального взгляда на работу машины было достаточно, чтобы полностью переменить нашу ориентацию – теперь мы вне её и наши вкусы автоматически осуждались альянсом хиппи и бизнесменов.<br />С тех пор и поныне мы живём отдельно от вас.<br />Вам никогда не понять нашего опыта, и ваши корпорации никогда уже не смогут привести нас под общий знаменатель. Наше сопротивление – это не причёска, не пластинка &quot;Нирваны&quot; и даже не кожаная куртка с булавками. Вы создали в нас опасного и неуничтожимого врага, который знает, как работает ваша культурная машина, и которого нельзя заставить жить как раньше.<br />Вы ломаете голову над тем, в чем же всё-таки состоит феномен &quot;двадцатилетних с чем-то&quot;. Вот вам ответ. Нам двадцать с чем-то и это ничего не значит. Мы навсегда потеряны для вашего телевидения, глухи к вашей неполитике, безнадёжно отчуждены от вашего культа &quot;профессионализма&quot; и убивающей мозг архитектуры ваших офисных комплексов. Мы больше не вздрагиваем, когда крутые парни на телеэкране наводят на нас свои пушки. Мы не киваем утвердительно головой, когда ваша интеллигенция инструктирует нас о пользе неопределённости. Наша юность была школой сопротивления и мы научились ускользать от ваших попыток манипулировать нами.<br />Самые яркие и способные из ваших детей не хотят иметь с вами ничего общего. Мы слишком рано стали отпускать циничные замечания по поводу мотивов вашей деятельности, вашей политики и вашего рок-н-ролла. Наше поколение никогда больше не будет сотрудничать с вами, готовить вам кофе и обсуждать последние события в ваших любимых сериалах.<br />Мы объявляем, что ваш Американский Век подошёл к концу. Наше поколение говорит решительное НЕТ вашим любимым общественным институтам – мы не только не будем воевать за нефть в Персидском заливе, но мы не верим тому, что вы показываете в репортажах новостей и не ходим в ваши супермаркеты. И вы никогда не избавитесь от нас. Ваши лихорадочные попытки интегрировать нас начались слишком поздно - слишком многие уже успели вырваться. Вы можете сколько угодно убеждать самих себя, что мы не столь утончённы, как вы, и что у нас нет вашего идеализма. Мы всё равно никуда не денемся, мы будем медленно разрушать вашу машину, спиливая зубцы её шестерёнок и готовя вам надгробные эпитафии.<br />Вы можете верить чему хотите и проводить опросы общественного мнения. Нам, опять-таки, всё равно. Мы знаем, кто мы такие на самом деле, независимо от ярлыков, которые вы на нас навешиваете. И оставьте нас в покое.</p> <p><span style="font-style: italic">Том ФРЭНК, Кейт УАЙТ<br />(Впервые опубликовано в независимом американском журнале The Baffler<br />Вольный сокращённый перевод Михаила ЦОВМЫ)</span></p> mybb@mybb.ru (Павел Карпец) Tue, 21 Apr 2026 08:25:00 +0300 https://anarchy.mybb.social/viewtopic.php?pid=317#p317